Честь рыцаря

Лейтем Джулия

– Той ночью в спальне вашего брата была я, – прошептала она глухим голосом, закрывая глаза. – Я спасла от него Мэри, но не смогла убежать. Он попытался изнасиловать меня, и я была вынуждена… убить его.

Он содрогнулся, вспомнив колеблющееся пламя в камине, фигуру женщины на полу рядом с мертвым братом, стыдливо отвернувшую лицо.

– Вы отпустили меня, спасли меня, – продолжала она бесцветным голосом, – а я трусливо отплатила вам тем, что позволила подозревать вас. Это только что стало известно Сесили, вот чем она угрожает мне.

Что-то в ее словах

не складывалось, но что именно – он пока не мог уяснить. Он понял только, что все эти шесть лет она страдала от чувства вины.

– Я сам принял решение отпустить вас. Я принял вас за служанку. Ее бы повесили за убийство, независимо от того, что сделал мой брат. Вы наверняка понимали это.

– Но я не была служанкой. Если бы я осталась и взяла вину на себя, возможно, мне удалось бы доказать им.

– Вас скорее всего бросили бы в тюрьму и предоставили королю решать вашу судьбу. Вы бы погибли, ваша семья была бы опозорена.

Она закрыла, лицо руками.

– А вместо этого позор лег на вас. Когда вы появились здесь, я запаниковала. Я подумала, что вы узнали, кто я. И как я могла позволить вам ухаживать за своей сестрой, если я убила вашего брата?

Так он ошибался относительно Лиги? Если причина, по которой она заточила его в тюрьму, являлась чисто личной, тогда Лига здесь ни при чем.

– Нет, в этом не было смысла, – наконец сказал он. – Все знали, что за человек был мой брат. Я бы понял, что произошло, я бы помог вам.

– Откуда мне было знать это? – возразила она. – Я была напугана и плохо соображала, что делаю. Вы знаете мою склонность к поспешным поступкам – наши отношения не раз омрачались ошибками, которые я совершала, не имея времени на обдумывание.

Он наступал на нее, пока она не оказалась прижатой к кровати.

– Диана, вы не говорите мне всей правды. Я не верю, что молоденькая девушка – сколько вам тогда было, семнадцать? – могла одна проехать по стране, изменить свою внешность и рисковать жизнью из-за женщин, которых она никогда прежде не видела.

– Вы же теперь знаете, какова я!

Она сказала это горячо, но с каким-то отчаянием.

– Да, я знаю. Вы талантливая девушка, которая впервые показала свое умение публично, на турнире. Тогда-то Лига и заприметила вас?

Только замешательство отразилось на ее лице, больше она ничем себя не выдала. Да, она умела лгать.

– О чем это вы? – спросила она. – Зачем привлекать сюда Лигу, которая не что иное, как легенда?

– Мы оба знаем, что это не легенда. Я работал с ними в этом году. Я знаю, они появляются там, где нарушается справедливость, где нужно помочь, чтобы не дать сильным обижать слабых. Вы с вашими умениями должны были заинтересовать их. Женщина – именно женщина из Лиги – идеально подошла бы для выполнения задания во владениях моего брата. Никто не заподозрил бы служанку в умысле против виконта. Но я не верю, что у вас было задание убить брата.

Она ничего не сказала, но на тот раз он уловил быстро промелькнувшие в ее глазах панику, печаль и что-то затаенное, заставившее его гадать, сможет ли он когда-нибудь

узнать о ней все, придет ли время, когда она будет полностью доверять ему. Он понимал, что если бы не прижал ее к кровати, лишив возможности бежать, она бы убежала.

Он отступил назад.

– Я поговорю с Мэри. Она ведь одна из тех служанок, да? И еще девушка, которую я застал здесь. Я узнал ее.

– Не впутывайте их, – сказала она сквозь стиснутые зубы. – Они только жертвы насилия. Даже после того, что ваш брат сделал с ними, они не виноваты.

Пришел его черед припомнить беспомощность, ощущение, что его предали, противоречивые чувства, которые он испытывал к брату.

– Я не причиню им вреда. Рад, что вы помогли им. Но я хочу знать правду.

– Черт возьми, Том, не могли бы вы оставить все как есть? Это не ваше… – Она осеклась.

– Не мое дело? Это вы хотели сказать? Мой брат давным-давно сделал это моим делом.

Она застонала.

– Да, да, вы во всем правы. Я связана с Лигой, и я получила задание убедить служанок не оставаться бессловесными, убедить шерифа, что там творится нечто ужасное. Если бы вашего брата призвали к ответу лица более могущественные, чем он сам, пусть даже судили, его можно было бы остановить.

– Но этого не произошло, – мягко произнес он.

На Диану нахлынули сожаления о прошлом. Сколько ошибок! Она не видела Тома и свою спальню, перед ее глазами стояло залитое слезами лицо Мэри, когда та убегала от виконта, бледные, со страдальческим выражением, лица других служанок, занятых на разных работах в замке Баннастер, всегда ждущих, когда придет их очередь испытать на себе внимание хозяина.

Глухим голосом она продолжила:

– Шесть лет я твердила себе, что только такое решение я могла принять, что эти женщины теперь в безопасности.

– Вы же не думаете, что я бы предпочел, чтобы вас изнасиловали?..

Она удивленно посмотрела на него.

– Вероятно, нет, но, должно быть, случались дни, когда вы сожалели, что позволили мне скрыться.

Он помрачнел.

– Да, случались. Но я знал, что я меньше пострадаю при расследовании. Я был виконтом, и доказательств, что я убил брата, не было. В Лиге это знают?

Она кивнула.

– Я с самого начала сказала им, что это сделала я.

– Так, значит, они никогда не подозревали меня, не пытались искать доказательства, что именно я убийца.

Она покачала головой, испытывая неловкость. Она не могла рассказать ему все, если хотела остаться в Лиге.

– Они сказали, что я плохо справилась с ситуацией, что я слишком молода и импульсивна. Они сказали, что я допустила ошибку, что они должны подумать, правильно ли поступили, приняв меня в Лигу, и до тех пор, пока они не примут решение, я должна ждать, – с горечью добавила она.

– И вы все еще ждете?

Она ничего не сказала. Ей никогда не приходило в голову, что придется выбирать между Лигой и мужчиной, она была слишком молода, когда согласилась стать членом Лиги. Она представить себе не могла, что чувствует женщина, которая полюбила.