Честь рыцаря

Лейтем Джулия

Но услышать это сейчас, совершенно неожиданно, от сестры – было от чего испытать шок.

Она собрала все свои силы и поинтересовалась ровным голосом:

– О чем это ты?

– Не вини Мэри. Она очень больна, а тебя не было, чтобы принести ей поесть.

«Потому что я уединилась с Томом», – мелькнула у нее мысль.

– Бедная Мэри все еще больна?

– Я дала ей бульона, так что, наверное, ей станет лучше. Но поначалу она вся горела в лихорадке и много болтала. Я нашла это все таким увлекательным. Подумать только, ты спасла ее от этого злобного лорда Баннастера. Я так горжусь тобой!

Диана смотрела

вниз, на сестру, по-королевски раскинувшуюся на кровати. На ее красивом личике было написано удовольствие.

Сесили усмехнулась и покачала головой:

– Но что скажет наш лорд Баннастер? Ты убила его брата, из-за тебя он оказался под подозрением.

Диана и не думала отвечать, в смутном замешательстве она наблюдала за сестрой, удивляясь, как они могли оказаться столь близкими родственницами.

– Я уверена, что ты убила его, защищая всех женщин замка. Как благородно с твоей стороны! Но возможно, лорд Баннастер – или король – посмотрит на это по-другому. Кто знает?

– Что ты хочешь, Сесили? – холодно спросила Диана. – Ты ничего не объясняешь, ничего не отрицаешь?

Я разочарована. Я даже не знаю, как ты оказалась в замке Баннастер.

Диана сцепила за спиной руки, боясь, что сейчас ударит сестру.

– Вижу, ты не в настроении и не собираешься удовлетворять мое любопытство, – сказала Сесили с видом мрачного разочарования. – Так что я просто повторю то, что ты, по-видимому, забыла. Ты скажешь лорду Баннастеру, что больше не желаешь принимать его ухаживания. Я разрешаю тебе придумать любую историю, на твой вкус, только бы он тебе поверил. После этого он станет моим, и вскоре нам с тобой уже не придется видеться. Я навсегда покину эти развалины.

– И ты думаешь, его будет так легко убедить жениться на тебе?

Губы Сесили медленно растянулись в ликующую улыбку.

– Он ведь мужчина, не так ли? Будет нетрудно остаться с ним наедине, позволить ему некоторые… вольности. А после этого честь потребует, чтобы он женился на мне.

– Если ты думаешь, что этого так просто добиться, тогда зачем тебе понадобилось, чтобы я отказалась с ним видеться? Похоже на то, что ты собираешься совратить его.

Сесили больше не улыбалась. Она поднялась с кровати.

– Делай, что я сказала, и тогда я не заявлю о том, что ты сотворила.

Диана настолько напряглась, что после ухода сестры с трудом разжала стиснутые – кулаки пальцы. Когда она осторожно опустилась на скамью, плечи и шея у нее болели от напряжения.

Она знала, что между ней и Томом всегда будет стоять сокрытая правда. Может быть, так лучше, подумала она; глаза ее были сухими, она не могла плакать. Она откажется от Тома, и все будет кончено; он слишком горд, чтобы просить ее вернуться к нему. И потом, он ведь не говорил о женитьбе. Они просто мужчина и женщина, получавшие удовольствие от близости.

А теперь это позади. У нее осталась только Лига.

После того как Том и Диана расстались, он понял, что любит ее и хочет жениться на ней. С нетерпением ждал он ужина. Он еще не знал, как сказать о своем намерении Сесили, но не сомневался, что найдет способ сделать это деликатно.

Том еще не вполне осознал, как это случилось, что из разъяренного узника он превратился в пламенного влюбленного, и не переставал удивляться этому. Усевшись за главный стол, за которым на этот раз

было особенно много знатных особ из числа прибывших на турнир, обсуждавших недавние поединки, он поглядывал вокруг, ожидая появления Дианы. И увидел ее. На ней было платье темно-красного цвета, выгодно подчеркивающее изящество гибкой фигуры. Каждый мужчина, ранее думавший о ней только как о сопернице на арене для поединков, теперь видел в ней эффектную девушку.

Он не был удивлен, когда Сесили снова вынудила Диану сесть сбоку от себя, не рядом с ним. Удивило то, что Диана весь ужин, избегала говорить с ним и даже смотреть в его сторону. Он знал, что у нее сложные отношения с сестрой. Может быть, она чувствовала вину за их связь, хотя никакой ее вины в том не было. Ведь он ничего не обещал Сесили.

Но Диана выглядела… бледной, подавленной, непохожей на себя. Он вспомнил свои тревоги относительно того, что на турнире мог быть кто-нибудь из Лиги; возможно, она считала, что не должна говорить ему об этом. Он был уверен, что со временем сумеет убедить ее быть с ним совершенно откровенной.

После ужина, когда все развлекались, Сесили не отходила от него. Она постоянно дотрагивалась до его руки, склонялась к нему, показывая на жонглера или предлагая восхищаться сладкозвучными голосами менестрелей.

Диана оставалась на противоположной стороне зала. А ведь совсем недавно она созналась ему: ее людей беспокоит, что он не уделяет одинаковое внимание обеим сестрам. Тогда почему она избегает его, не дает возможности побыть с ней?

Хотя Сесили пыталась завладеть его вниманием, он не упустил, что Диана несколько раз танцевала с одним и тем же мужчиной, сэром Бивисом из Ричмонда. Первый раз в жизни Том испытывал безобразное чувство ревности. Ведь только утром они сливались друг другом, он дарил ей наслаждение, предвкушал, как будет просить ее стать его женой.

Что-то произошло. Больше всего его беспокоило, что она не доверяет ему.

Если она и выходила из главного зала, он не видел этого, так что не мог застать ее одну. Наконец он улучил момент, когда она говорила со служанкой в проходе, ведущем к кухням. Повернувшись, она оказалась с ним рядом, слишком поздно заметив, что Том поджидает ее.

Она не смотрела ему в глаза.

– Моя служанка Мэри больна. Я иду навестить ее.

– Диана, что происходит?

Она подняла голову, но смотрела куда-то мимо. Вдруг она прищурилась и стиснула зубы. Он оглянулся и увидел наблюдавшую за ними Сесили. Но та не надула губы, как делала всегда, когда стихала, что ее игнорируют. Сесили улыбнулась и помахала рукой, потом безмятежно отвернулась.

Том, нахмурившись, смотрел на Диану сверху вниз.

– Что происходит?

– Я не могу… больше быть с вами, – деревянным голосом сказала она.

В ярости, что она ничего не объясняет, он прорычал:

– Посмотрите на меня, иначе я схвачу вас за плечи и буду трясти на глазах у всех!

Она наконец взглянула на него. Он увидел холодные серые глаза, в которых не смог прочитать ничего.

– Этим утром мне показалось, что вы начали видеть во мне больше, чем любовницу, – заговорила Диана глухим голосом, – Но, видите ли, моя страсть – поединки, а не скучные обязанности жены. Я посчитала, что вы уже поняли это, но сегодняшнее утро показало мне, что я должна прояснить ситуацию.