Честь и предательство
Шрифт:
Он был прав. Лэннет неохотно отдал аппарат.
— Возьмите у Ялунды двух легкораненых и всех остальных, кроме тяжело пострадавших и Клузанаманна. Сержант, вооружитесь мечом. Гвардейцам безразлично, кто перед ними — врач или боец. Касид, в случае опасности докладывайте. Если мне нельзя идти в бой, то и вам нечего корчить из себя героя. Вы меня поняли?
Касид ухмыльнулся:
— Если что, мы вам крикнем.
Лейтенант и солдаты покинули туннель, настроив очки на тепловое излучение. Когда они ушли, Лэннет сказал:
— Я знаю, сержант, вы хотели бы пойти с
— Что-то мне не по себе, — отозвался Клузанаманн, и Лэннет удивленно приподнял брови. Ветеран продолжал: — Я всегда надеялся умереть в гражданском костюме. Мне и в голову не приходило, что я приму смерть, находясь в своей будущей могиле. Я не хочу умирать в этом мраке. Очень не хочу.
— Я понял вас. Сам я об этом не думал.
— И не думайте. Вам это не понравится. — Клузанаманн попытался рассмеяться, но смех не удался.
Несколько секунд спустя послышался взрыв ракеты, вслед за которым раздался вопль боли. Коммуникатор Лэннета защебетал. Лэннет прислушался, бледнея.
— Шкипер, мы попали в западню, — сказал Касид. — Тупиковый туннель, уходящий вправо. Нас настигают сзади. Выхода нет. Нам остается лишь двигаться вперед.
Лэннет услышал жужжание и треск плазганов. Кто-то отчаянно закричал.
— Идем на помощь, Кас, — произнес Лэннет. — Держитесь.
Клузанаманн уже исчез в туннеле. Лэннет выхватил меч и бросился следом. Он думал о Нэн.
Глава 46
Мандро Та и полковник Абак лежали на склоне вдали от сражения, высунув из-за вершины головы.
— Какие новости, полковник? — спросил тиран. — Надеюсь, все уже кончено?
— Еще нет, тиран. — Абак бросил взгляд на хронометр. — Прошло всего два часа. Протяженность туннелей составляет многие мили.
— Стрелков меньше двух сотен. Двенадцать плазганов против ваших ста пятидесяти.
— Сэр, мы ничего не знали о минах, не подозревали о том, что противник станет взрывать туннели. Я хотел бы заметить, сэр, что ваши ракетометы практически бесполезны.
— Они отвлекли на себя огонь орудий Лэннета, дали вам возможность войти внутрь. Но я бы не сказал, что от этого была какая-то польза.
Абак хотел возразить, но его отвлек щебет коммуникатора. Выслушав сообщение, он просиял:
— Лэннет в наших руках.
Мандро Та встал на колени и высунулся из-за гребня горы по пояс. Тут же сообразив, какой опасности он себя подверг, тиран побледнел и плашмя бросился на землю, не заботясь о том, что теряет лицо.
— Вы его поймали? Взяли в плен?
— Заманили в ловушку. Мы обложили всю его командную группу. Ему не уйти.
— Стало быть, вы его не поймали. Схватите Лэннета. Приведите его ко мне, и ваше будущее обеспечено. Схватите его.
Абак отдал распоряжения, глядя на коммуникатор с таким видом, будто одного его желания было достаточно, чтобы убить капитана Стрелков.
Перекатившись на спину, Мандро Та поднес к губам свой собственный коммуникатор.
— Приступайте к выполнению боевого плана, — произнес он, не спуская глаз с Абака. На лице полковника отразилась явственная
— Мы сметаем Стрелков со своего пути. Нам нужно время, а не постороннее вмешательство.
— Приведите мне Лэннета. Поймайте его, и я позволю вам действовать по своему усмотрению. — Та указал в сторону долины. — Но если вам это не удастся, в официальном рапорте будет написано, что ожесточенный отпор противника сломил дух ваших людей.
Щеки Абака порозовели:
— Вы так и доложите командору Этасалоу?
— Именно так. — Та отвел взгляд. Реакция полковника насторожила его. Что-то здесь было не так. Казалось, Абак хотел улыбнуться. Нет, это попросту смешно. Мандро Та повернулся на бок, следя за своими солдатами.
Словно намагниченные опилки, они шевельнулись и бросились навстречу друг другу. Беспорядочная праздная толпа превращалась в группы, которые сливались вместе, мало-помалу образуя боевые подразделения. Несколько минут спустя они выстроились безупречными рядами, словно электромобили на расположенной поблизости площадке. Символизм зрелища восхитил тирана. «Какой-нибудь паровианец не преминет сложить об этом поэму, — подумал он. — Какой-нибудь женоподобный изнеженный рифмоплет».
— Ложись! — Клузанаманн пригнулся и выстрелил прямо перед собой. Сквозь вспышку на экране теплового детектора Лэннет увидел силуэт человека, заваливающегося на спину. Гвардеец выстрелил в ответ; разряд угодил в стену, раскаляя воздух. В тот же миг Лэннет ринулся вперед. Миновав Клузанаманна, он прыгнул на поверженного гвардейца и тяжело рухнул на пол туннеля, одной рукой перенастраивая очки, а другой лихорадочно шаря вокруг в поисках плазгана. Его пальцы наткнулись на тело, погрузившись в месиво поджаренной плоти. От омерзения к горлу Лэннета на секунду подступила едкая рвота. Шум привлек внимание противника, и луч плазгана со звоном отразился от камня в нескольких сантиметрах от капитана. Ответный выстрел Клузанаманна сразил гвардейца; тот обмяк, издав предсмертный вопль. Его товарищи открыли огонь, ориентируясь по звукам и движению. Однако Лэннету хватило короткой заминки, чтобы настроить очки и отыскать оружие. Клузанаманн подполз к нему. Они включили плазганы, водя ими из стороны в сторону и сметая все, что находилось впереди. Разряды плазганов гвардейцев, до сих пор нацеленные на труп, сосредоточились на двух Стрелках, словно лучи смерть-лампы.
Разряд угодил в тело, за которым прятался Лэннет. Оно подпрыгнуло, бессильно взмахнуло руками и вновь повалилось на камни. Какой-то предмет — Лэннету показалось, что это была конечность трупа, — упал сверху ему на шлем. Судя по звукам, Клузанаманну достался такой же подарок. Сержант выругался, точь-в-точь как Лэннет секунду назад. Они вновь открыли стрельбу.
Ответа не было.
Они осторожно подобрались к тому месту, где от основного туннеля ответвлялся боковой. Гвардейцев здесь не оказалось. Но впереди слышался отдаленный шум борьбы.