Черти поневоле
Шрифт:
– А если он кирпичом?! – испугался Колян. – Чу делать-то?
– Ты у нас тренированный, – ухмыльнулся шеф, – карате изучал. Дашь ему по чайнику и прогонишь с крыши. Теперь дальше. У входа наверняка будет пастись Лисипицин. Он и от десяти процентов не откажется, гад! Возьмем его за хибон, пусть показывает, где что. Дальше. Рыжевье к бабке не потащим. Нам шухер ни к чему. Закопаем где-нибудь здесь, а потом вывезем. Может быть, за один раз все и не увезем!
– Увезем, – уверенно сказал Серый. –
– Там будет видно, – здраво рассудил шеф, – может, и все сразу.
Он на минуту замолчал, уставившись на Толяна.
– Жрать хочется! – сказал он совершенно без всякой связи с предыдущим.
– Шеф, а я-то тут при чем? – насторожился Толян.
– Ни при чем, – сказал Эдик, отводя глаза и сглатывая слюну. – Маланья небось обед сготовила!
– Пойдем, а то не достанется, – забеспокоился Колян.
– Мясца бы, – вздохнул Эдик. – Колбаски…
– Да здесь небось и колбасы нет, – сказал Серый, – это сельпо, тундра!
– А может, дойдем до магазина, посмотрим, – предложил Толян. Его идея была подхвачена всеми.
– Надо глянуть, – сказал шеф, – может, чего и придумаем?
Поднявшись и отряхнув штаны, они направились в сторону сельмага.
Надпись «Люська-насос» все еще красовалась на пыльном витринном стекле. Шеф прочел ее и надолго задумался.
– А может, раскрутим ее, эту Люську, – сказал он неуверенно.
В это время из магазина вышел Евстигнеев. Из авоськи у него высовывалась палка колбасы. Яйца в пакете Евстигнеев держал в руке. Увидев братков, Евстигнеев нахмурился, но ничего не сказал.
– Шеф, – прошептал Серый, – давай я ему яйца разобью!
– Бесполезно, – махнул рукой Эдик, – я уже разбивал…
– Я имею в виду настоящие, в сумке!
– Увянь! – сказал Эдик. – Без тебя проблем хватает. Пошли в магазин!
Никто из братков не увидел, как с другой стороны к сельмагу подошла Яга Степанидовна. Мстительно усмехнувшись, она прошептала заклинание, изменяющее внешность, и через минуту уже стояла возле дверей магазина, самодовольно рассматривая в пыльном стекле свое отражение.
Появление в магазине четырех коротко стриженных бугаев произвело на Люську самое благоприятное впечатление. Она попыталась придать своим растекшимся телесам хоть какую-то видимость формы и изобразила на лице игривую улыбку. При этом жиденькие волосы у нее сами собой приподнялись и улеглись в виде полупрозрачного хохолка.
– Здравствуйте, мальчики, – произнесла Люська с придыханием, – что будем брать?
– Колбасу! – вожделенно произнес шеф и запустил руки в карманы. – Ой! – тут же сказал он фальшивым голосом. – А мы деньги забыли! А можно мы потом принесем?
Игривый хохолок на голове у Люськи мгновенно опал и рассыпался по мясистому лбу
– Ишь ты какие умные! – усмехнулась Люська. – Тут кадры вроде вас часто крутятся, каждый норовит наколоть. Нет денег – нечего по магазинам шастать.
– Ты чего выступаешь-то? – нахмурился Серый. – Захлопни лучше пасть!
Люська медленно встала из-за прилавка и заколыхалась, словно плохо приготовленный студень.
– У кого пасть? – угрожающе осведомилась она, подхватив с весов двухкилограммовую гирю. – Молчал бы уж, чучело длинношеее! Небось всю жизнь по окнам зырил, вот шея и вытянулась!
Серый задохнулся от обиды.
– Ты че, ты че? – зачастил он со слезой в голосе, и неизвестно, чем бы закончилась эта ссора, если б в магазин не вошла высоченная старуха в спортивном костюме голубого цвета и бейсболке. Узнать в даме Ягу Степанидовну было совершенно невозможно. Все участники этой некрасивой сцены невольно замолчали и уставились на нее.
– Здрассьте-мордасъте! – пробормотала Степанидовна и уже громко и отчетливо добавила: – Добрый день, молодые люди!
– Ага! – кивнул Эдик, с опаской поглядывая на бабку.
С некоторых пор старухи стали вызывать у шефа чувство неуверенности в себе. А эта так и вообще больше походила на баскетболиста из «Чикаго Буллс». Мускулатура, рост… Только вот башка старушечья!
– О чем спорим? – весело осведомилась посетительница и встала так, чтобы загородить выход на улицу.
– А мы и не спорим, – заискивающе улыбнулся Эдик, – мы просто зашли, а деньги забыли. Вот.
– Врут они все, – нахмурилась Люська, – колбасу хотели увести!
– Это правда? – тихо осведомилась «баскетболистка».
– Гадом буду – врет! – воскликнул Эдик и для убедительности стукнул себя кулаком в грудь.
– Ясно, – сказала бабка, пристально разглядывая братков, – жрать охота?
– Охота, – прошептал Эдик, но тут же поправился, – шутка! Мы сейчас обедать пойдем!
– Просто хотели узнать, есть здесь колбаса или нет, – начал объяснять Серый. – Мы думали, что нет, а она-то есть!
– Ну и что тут за колбаса? – подозрительно насторожилась старуха.
– Вкусная! – выпалил Серый, роняя на пол слюну.
– Ага! – сказала бабка и, на секунду задумавшись, вытащила из кармана куртки здоровенный бумажник. – Милочка, свешай два кило колбасы!
– А деньги? – прищурилась Люська. – Вы сначала деньги покажите! Откуда я знаю, может, вы все из одной шайки?
– А твое какое дело? – равнодушно сказала посетительница. – Денежки – вот они! Ты уж вешай давай! – Она вытащила из кошелька сотенную купюру, затем еще две и помахала ими в воздухе.