Черти поневоле

Пучков Владимир

– За общественный порядок, – строго сказала Жульетта. – Я теперь – ух! Всех на чистую воду повыведу. Так что смотри у меня! А пока иди. Но ты под подозрением.

Костя вытер пот со лба и тряхнул очумелой головой. Что это на бабку накатило?

– Постойте, – сказал он, – вы же астрономией увлекались?

– Астрономия – это хобби, – сказала Жульетта, подняв кверху изогнутый палец, – а порядок – это долг!

Костя пошел к калитке, сопровождаемый взглядами Жульетты и ее козы Марианны, которая просунула

голову сквозь забор и нахально усмехалась. Неожиданно она заблеяла и снесла яйцо.

– Ох ты, батюшки мои! – засуетилась старуха. – Вот и снова отстаралась, второе уж за день, несушка ты моя!

Костя, не поворачиваясь, бросился вон из калитки.

«Знают ли те, кто меня сюда посылал, – подумал он, – что здесь творится такое? Или все-таки не знают? Но почему-то научные дяди сюда особенно не едут. Впрочем, я догадываюсь почему. Легче сделать вид, что ничего особенного не существует. Стоп. Так, может, от меня и требуется именно это? Чтобы я написал, в конце концов, в отчете, что все здесь в порядке и никаких чудес в помине нет?»

Он внимательно огляделся, чтобы не нарваться на компанию братков, и поспешил к Шлоссеру. Через калитку заходить не стал, а перемахнул через забор.

– Ворюга! – тут же очнулся от спячки запорный механизм. – Грабят! На запчасти растаскива-ают! Лови! Держи! Вяжи!

– Заткнись, шалашовка! – рявкнул Костя, поднимаясь на ноги и отдирая от себя колючки. – Ой, как больно!..

Навстречу ему уже спешил Шлоссер.

– Ты через забор? – деловито спросил он. – Правильный выбор. Но неверное место. Здесь у меня металлолом свален. Без ноги мог остаться. Ну пойдем, заждались уже.

Они поспешили к машине.

– Вот она, красавица! – любовно сказал Евстигнеев. – Сейчас мы ее усовершенствуем. Какие качества закажем?

– Нужно, чтобы скорость была хорошая, – сказал инопланетянин, наверняка вспомнив, как он удирал он космических пиратов. – Чтобы – чик! И на месте.

– Абсолютная защита от вредных воздействий, – напомнил Полумраков, – ну излучения там всякие…

– Поля нехорошие, – подсказал Евстигнеев.

– И если астероидом шваркнет, чтобы ни одной царапины не было, – закончил Семеныч. – Все, действуй!

Костя вынул из кармана камень чудес, зажал его в руке и, зажмурившись, выкрикнул пожелание. Сверкнула ослепительная молния, а следом грянул гром, да такой, что у Кости подогнулись коленки. Воздух на мгновение потемнел и сгустился, а на небе стали видны звезды. Повеяло страшным холодом. Друзья испуганно огляделись.

Деревья вокруг стояли в серебристом инее. Кран с водой оброс ледяной шубой, кот Антуан прыгал на задних лапах и отчаянно дул на передние. Видать, тоже прихватило.

– А где «Запорожец»-то? – неожиданно спросил Полумраков.

Летающей машины не было.

– Братцы! – крикнул Евстигнеев. –

Машину увели! Пока мы тут чикались, кто-то ее спер!

– Не суетись, – сказал Шлоссер, – если ее не видно, это еще не факт, что сперли! Мы чего заказывали, помнишь? Защиту от всех воздействий! А свет – это воздействие. Ее просто не видно, вот и все.

– Ну и как мы ее найдем?

– А очень просто, – сказал Семеныч и пошел вперед, растопырив руки. Через секунду он обо что-то щёлкнулся лбом и радостно воскликнул: – Вот она! Что я говорил-то? Тут, голубушка!

– Что ж мы ее, так и будем на ощупь искать? – недовольно проворчал Полумраков. – Она хоть бы подмигивала иногда!

Вслед за этими словами раздался щелчок, из камня чудес вылетела короткая молния и ударила в летающий «Запорожец». Все ахнули. Машина и в самом деле стала подмигивать: с интервалом в секунду она то становилась прозрачной, то вспыхивала фиолетовым светом.

– Ну вот, еще хлеще, – возмутился Полумраков, – теперь у меня в глазах рябит!

– Порябит и перестанет, – сказал Костя недовольным голосом. – Подумаешь!

– А вот и не перестанет, – пожаловался Полумраков, – от этого мельтешения в мозгах все дрожит.

– Подрожит и пройдет, – все тем же тоном возразил Костя, склоняясь над камнем чудес и что-то шепча. Наконец ему удалось придать машине облик полупрозрачного облачка.

– Красота какая! – ахнул Евстигнеев. – Выходит, теперь как на облаке кататься можно!

– Кому можно, а кому нельзя, – отозвался Костя.

– Эй! – Евстигнеев уставился на него с удивлением. – Ты чего разворчался? Может, не тот пирожок съел?

– Да не разворчался я, – пожал плечами Костя, – настроение испортили.

– Жульетта? – прищурился Евстигнеев. – Угадал? За домом сечет?

– Сечет, – вздохнул Костя. – Но Жульетта – это так… Ерунда. Я же ее знаю. Тут какие-то типы появились. Четверо. Ну одного еще медведь в лесу укусил. Бандиты натуральные!

– Жертва Потапыча? – усмехнулся Евстигнеев. – Как же, как же! Ему сегодня лошадиную дозу сыворотки ввели. Надька потом его искала, да не нашла. Она вакцины перепутала. Вместо бешенства влупила ему от малярии, что ли.

– И что теперь будет? – заинтересовался Полумраков, злорадно сверкнув глазами.

– Да ничего особенного. Подергается немного и пройдет. Доза-то лошадиная, а вакцина для хрюшек.

– Значит, не от малярии, – сказал Костя, – свиньи малярией не болеют.

– Точно, – сказал Евстигнеев, – от ящура. Надька сказала, что после такой дозы у него, значит, аллергия пойдет. Колотун, короче. А ты-то с ними чего не поладил?

Костя рассказал.

– Ерунда, – отмахнулся Шлоссер, – стоит из-за таких пустяков расстраиваться? Ну а если они захотят счеты сводить, мы на них Гаврилу натравим!