Черный рыцарь
Шрифт:
Узиил стал дежурным пегасом мага Карпинуса, а Афину, Артемиду и Гефеста, без каких-либо проволочек, на долгих сто пятьдесят лет заточили в бассейн с нечистотами. Магический голубой шар, взявшийся неизвестно откуда, освободил их из заточения, но поскольку у них не было крылатых магических коней, чтобы бежать с острова Мелиторн, они и обратились ко мне. Даже в том случае, если я соглашусь дать им коней, предприятие будет довольно рискованным, так как их не любят на этом острове. Не смотря на риск преследования, древнегреческие боги не собирались дожидаться того момента, когда маг Карпинус придумает для них наказание еще пострашнее, чем то, через которое они уже прошли. Они пришли ко мне за тем, чтобы найти временное убежище в Золотой башне,
Их история заставила меня задуматься, ведь если такие маги боятся Карпинуса, то что тогда должен делать я? Малость пораскинув мозгами, я сказал уже совершенно нормальным и дружелюбным тоном:
— Друзья мои, я очень сочувствую вам. Однако, прошу вас, не беспокойтесь, переправлять людей в Золотой замок мне не впервой. Недавно я уже отправил к магу Альтиусу, божественную царицу Нефертити и я с радостью помогу вам. У меня самого этот зловредный маг, давно уже в печенках сидит.
Афина, выслушав меня с царственным величием и немигающим взглядом, услышав имя царицы Египта, слегка оживилась и презрительно фыркнула:
— Так эта египетская шлюшка вновь вернулась свою тесную каморку в Золотом замке? Интересно, что же она теперь там будет делать, когда стала древней старухой? Станет забавлять солдат мага Альтиуса рассказами о своем былом величии?
По-моему, мою рожу все-таки изрядно перекосило в этот момент, так как Афина вновь удивленно вскинула брови. Не желая более терпеть такого откровенного хамства, я ответил ей ледяным тоном:
— Мадам, моя божественная царица Нефертити вновь молода и прекрасна, и я очарован её невероятной красотой. В Золотом замке она занимает теперь одну из самых больших и красивых башен, у царицы несколько десятков слуг, а скоро их станет сотни и сотни. Верховный маг Альтиус обедает с ней каждый день и она имеет на него очень большое влияние. Правда, меня несколько смущает то обстоятельство, что моя маленькая милая Неффи все мои просьбы к Бенни передает ему в виде приказов, но когда я буду в Золотом замке, то обязательно отшлепаю её и извинюсь перед стариной Бенни за эти невинные шалости.
Мои слова возымели свое действие и Афина слегка склонила голову, но затем выпрямилась и спросила меня:
— И кто же вернул молодость этой женщине?
— Как кто? Разумеется я.
– Ответил я Афине и язвительно добавил - Или вы, мадам, в самом деле считаете, что голубой магический шар сам прилетел в ваше узилище? Нет, мадам, это была моя работа. Просто я не хочу раньше времени вдохновлять оппозицию, иначе она до срока начнет досаждать старикашке Карпинусу. Поэтому я постарался сделать так, чтобы никто не связывал деятельность магических купелей с моим именем. Увы, мадам, начиная с Микен я только тем и занимаюсь, что возвращаю в Парадиз Ланд молодость и любовь. Правда Пан почему-то считает это похотью, но, поскольку он и сам этому рад, я вовсе не считаю, что поступаю неправильно. А вы как думаете, мадам, прав я был тогда, когда вложил в свою магию столько чувственности и эротики?
Честное слово, у меня и в мыслях не было, завалить эту гордячку в постель, но по тому, как она взглянула на меня, я понял, что до этого рукой подать. Поскольку мне не хотелось выглядеть в глазах Лауры, сексуально озабоченным типом, то я тут же поторопился высказать мои гостям, свой план бегства:
— Друзья мои, лететь на пегасах это долго, опасно и все-таки не очень удобно. Давайте-ка я отправлю вас Восточный Парадиз на драконе? Вы долетите до Золотого замка всего за каких-то несколько часов, да к тому же с полным комфортом, который я вам обеспечу.
Достав уоки-токи, я немедленно связался с Годзиллой и велел ему бросить все дела и срочно лететь в Синий замок. Вот тут я, похоже, сделал большую ошибку, дав моим гостям услышать
Ничего не скажу, Афина, конечно же, возбуждала меня своей красотой, статью роскошного тела, своей неприступной холодностью и даже высокомерием. Но она, в то же время, была очень страстная женщина и была предельна откровенна в своих желаниях, сразу же объяснив мне, что вовсе не собирается проигрывать какой-то там Нефертити ни единого сражения. К тому же она, несомненно, была великим мастером в составлении магических формул, которым беспрекословно подчинялась материя Парадиз Ланда и Зазеркалья.
Только что Афина в царственно-гордой позе восседала на широком, феодального вида, сиденье светлого дуба, одетая в пышное платье средневековой королевы, но уже в следующую секунду она шагнула ко мне обнаженной. Несомненно, она хотела поразить меня своим роскошным телом, перламутрово-розовым, сияющим и прекрасным. Эта женщина не была опытной искусительницей, да это ей и не требовалось, вполне хватало того, что она была невообразимо красива.
Высокий рост Афины, скрадывали ее женственно-мягкие формы: неширокие, очаровательно плавные плечи, высокие, полные груди с приподнятыми кверху, выпуклыми сосками розового цвета, тонкая талия и овальное, чуть выдающееся вперед, сверкающее блюдо живота, на котором лишь формально был обозначен крохотный бутон пупка. Широким бедрам этой женщины можно было найти множество сравнений, но мне они напоминали амфоры, цвета слоновой кости, наполненные прекрасной амброзией. Стройности её ног могли бы позавидовать все топ-модели Зазеркалья, но при этом они не были такими же худыми, как у этих тощих созданий.
Это было тело настоящей богини и светлолицая красавица Афина, использовала всю свою неземную прелесть, как оружие против своей невольной соперницы Нефертити, а я всего лишь был в этом сражении полем боя. Тем не менее, я быстро вскочил на ноги, пылко обнял это божественное тело и целуя беломраморную, стройную шею чуть ниже розового ушка, тихо шепнул:
— Моя прекрасная богиня, внизу нас ждет ложе, вполне достойное тебя.
На этот счет у Афины имелось свое собственное мнение и, повинуясь её магическому приказу, мой элегантный костюм для верховых прогулок, слетел с меня, словно пушинки с одуванчика, сдуваемые сильным ветром. Богиня властно обхватила меня за шею и, целуя своими ароматными, горячими губами, заставила меня еще сильнее стиснуть её в объятьях и резко опрокинуться всем телом на пушистый, мягкий, толстый ковер библиотеки. Пристрелить этого гада Карпинуса, и того мало, держать такую женщину в своем гнусном узилище целых сто пятьдесят лет! А может быть мне следовало наградить его медалью "За заслуги перед Отечеством", потому что иначе мне никогда бы не выпало такой возможности.
Однако, лишь поначалу Афина показалась мне женщиной, истосковавшейся по мужским ласкам. Уже через несколько мгновений, она применила магию, которая превратила меня в некое приспособление для получения сексуального удовлетворения. Как только я понял это, то тут же принялся, не прекращая ласкать это роскошное тело, творить свою магию, но уже с помощью Кольца Творения, зажигая в этой красотке бешеное желание и освобождая её от всех комплексов.
Моя магия несколько вразумила эту властную гордячку и она, наконец, стала просто отдаваться мне со страстью обыкновенной смертной. Правда, она сняла с меня не все свои магические чары, но лишь потому, что хотела сделать меня неутомимым любовником и я это ей простил, хотя она могла вовсе и не делать этого. Парадиз Ланд и без того наделил меня такой силой и энергией, что я и сам порой этому удивлялся.