Черный Камелот

Кайл Дункан

– Большие деньги, – заметил Колвин и взглянул на Кларка, сидевшего совершенно неподвижно.

– Вы спросили его, что получите взамен?

– Спросил. Он ответил: спокойную жизнь, – слегка улыбнулся Джексон.

– Что было потом?

– Он сказал, что позвонит утром и передаст инструкции относительно денег. Очевидно, имеется в виду порядок их передачи.

– На этом разговор закончился?

– Да. Хотя нет, не совсем. Я сказал, что, по моему мнению, он слишком оптимистично смотрит на вещи.

– А

он?

– Разозлился. Если мне не изменяет память, он сказал буквально следующее: «Вы мне выложите всю сумму до последнего пенни. Иначе список отправится в министерство обороны».

– Именно так и сказал?

– Да, вы правы, – извиняющимся тоном произнес Джексон. – Конечно, мне следовало включить магнитофон.

– Не важно, – сказал Колвин. – Просто не помешало бы, если бы у нас была запись его голоса.

– Я сожалею.

Колвин почесал подбородок:

– Что все это значит? С чего он решил вам угрожать?

– Понятия не имею.

– Вы действительно можете оказаться в каком-то списке, составленном в Берлине?

– Вряд ли. Разве что как директор компании, ведь мы производим радарные установки для противовоздушной обороны. Может быть, немцы хотят устроить на моих заводах диверсию?

– Или лично против вас.

– Меня они уже и так вывели из строя, мистер Колвин. – Джексон внезапно отодвинулся от стола, взял в руку стальную линейку и стукнул себя сначала по одной ноге, потом по другой. Раздался металлический звук.

– Итальянский фронт, – пояснил он.

Колвин смутился.

– Значит, о берлинском списке вам ничего не известно?

– Понятия не имею. Может быть, они составляют списки инвалидов войны, лишившихся обеих ног?

– Почему вы нам позвонили?

– Я решил, что нужно сообщить об этом звонке куда следует.

– Почему не в полицию?

Джексон на секунду прикрыл глаза.

– Ну, понимаете, у меня есть один знакомый в контрразведке...

– Его имя, сэр, – чисто автоматически встрепенулся Колвин.

– Да бросьте вы, знаете вы его имя. Ведь это он связал вас со мной. Мистер Тауэрс.

– Откуда вы его знаете?

– Моя компания производит засекреченную продукцию. Мне приходится иметь дело с сотрудниками службы безопасности.

– И у вас нет никаких догадок по поводу пресловутого списка?

– Мужчина больше ничего мне не сказал.

– А сами-то вы что думаете?

– Вообще-то у меня есть одна гипотеза, – осторожно сказал Джексон. – Возможно, я излишне подозрителен... – Он говорил тихим, мягким голосом, но Колвин заметил, что пальцы директора изо всей силы сжимают стальную линейку. – Эту компанию основал мой дядя, брат моего отца. Его тоже, как и меня, звали Стэнли Джексон.

– Где он теперь?

– Умер пятнадцать месяцев назад, – устало вздохнул Джексон.

– Он симпатизировал немцам?

– Можно сказать и так. Дядя

учился в Берлинском университете. Еще в конце прошлого века. У него много немецких друзей, он поддерживал с ними отношения все эти годы. В тридцатые дядя буквально обожал Гитлера, но вообще-то он был человек порядочный. Предателями такие не становятся.

– Это ваше предположение?

– Я абсолютно в этом уверен. Но хорошо могу себе представить, почему дядю могли включить в какой-нибудь берлинский список.

Колвин задумался. Скорее всего гипотеза Джексона справедлива.

– Нет ли у вас здесь какого-нибудь помещения, где мы могли бы спокойно все обсудить?

– Я предоставлю вам спальню для дежурных, – сказал Джексон. – Раньше там был офис, а теперь комната для отдыха.

* * *

На следующее утро Колвин и Кларк встали ни свет ни заря. В девять пятнадцать, когда они вошли в кабинет Стэнли Джексона, предварительная подготовка была закончена. Колвин связался с Лондоном и договорился с почтовым ведомством о прослушивании телефонных разговоров. Кларк побывал в местной полиции, и в его распоряжение предоставили несколько машин. Полиция пообещала, что продублирует прослушивание телефона.

Джексон уже ждал их.

– Что я должен сделать? – сразу спросил он.

– Мы полагаем, что он будет звонить из телефона-автомата, – сказал Колвин. – Наша главная задача – выяснить, из какого именно. Все телефонные операторы города предупреждены о том, чтобы о звонке немедленно сообщили в полицию. Это отработанная процедура, действует она достаточно эффективно. Кроме того, мы поддерживаем прямую связь с полицией. Если повезет, полицейский автомобиль окажется возле телефонной будки через две минуты.

– А если он будет звонить не из автомата?

– Не имеет значения. На коммутаторе все равно сообщат в полицию. Просто на задержание понадобится чуть больше времени, вот и все. Когда человек позвонит, вы должны сказать ему следующее, сэр.

Закончив инструктаж, Колвин взглянул на часы.

– Через минуту должен быть пробный звонок. Чтобы проверить систему.

Пробный звонок подтвердил, что система функционирует нормально.

– Что, просто сидим и ждем? – спросил Джексон. – Или я могу заниматься своей обычной работой?

Телефон у него на столе звонил не переставая. Это были обычные деловые звонки. Позвонил начальник цеха, сказал, что заболел гриппом и не придет на работу. Потом сообщили о поломке в механическом; позвонил мастер с конвейера и сказал, что не работает вентилятор.

Колвин и Кларк сидели рядом, слушая все эти разговоры, – к телефону был подсоединен динамик. Колвин подумал, что Джексон, невзирая на всю свою мягкость, – человек решительный и энергичный.

В промежутке между звонками Колвин спросил: