Чёрный диггер
Шрифт:
«Рафик» рявкнул и взял с места, как гончая за лисой. Если Сашка при телевизионщиках был шофёром по роду занятий, то гонщиком, уж точно, по призванию.
— Давай, Гуровенко, давай, родной, — подстёгивал его нервно крутившийся на сиденье шеф. — Жми на газ. Низом пойдём — так короче. Нет, ну не сволочи, а?
Договорились ведь.
— Может, он вас не понял, Ипполитович? — спросил Илья.
— Да понял он все прекрасно. Специально ведь сделал так, чтобы нас не брать.
— Непонятно что-то, — сказал Сергей, прижимая к себе кожаный чехол с камерой. — Обычно к таким акциям прессу и телевидение привлекают
— Не хотят ребята рекламы, — сказал Женька. Он сидел на заднем сиденье рядом с сумками, куда поместилась вся съёмочная аппаратура. — Скромные попались ребята.
— А может, у них там не гуманитарка? — спросил Илья. — Вдруг они контрабанду прут?
— Ну да, — сказал Леопольд. — Через зону военных действий, через все посты и кордоны. Они что, идиоты? Могли бы поспокойнее дорогу выбрать.
— А я вообще удивляюсь, как федералы могли пропустить груз с гуманитарной помощью для чеченцев, — отозвался Маклай.
— Свободно, — ответил ему Женька. — Они уже не раз заявляли, что воюют не с мирным населением, а с бандформированиями. Так что вполне могли пропустить гуманитарку для селян, чтобы забить баки общественному мнению.
— Ага! — вскричал вдруг Леопольд и хлопнул по «торпеде» так, что бедный «рафик» очередной раз подпрыгнул. — Попались, голубчики. Ир-роды! Жми, Сашик, сейчас мы их сделаем!
Они достали сбежавшие грузовики уже у северо-западного КПП, как раз в момент проверки документов. Мужик, сопровождавший груз, действительно был агромад-ного размера и, как показалось Сергею, габаритами даже превосходил местного богатыря майора Жлубина. Досада от появления телевизионщиков явственно читалась на его лице. Судя по всему, они нужны были ему, как шило в печени. Но отвертеться от Леопольда с его хваткой не удавалось и более скользким личностям. Шеф быстро ввёл в курс дела старшего по КПП, молодого летеху, пригрозил ему личным распоряжением подполковника, тот внял доводам, в свою очередь нажал на сопровождающего, и в конце концов детина, у которого оказалась символическая фамилия Неверный, нехотя приказал группе следовать за ними и ни в коем случае не отставать. Задерживаться из-за них, объяснил он, никто не станет. В глубине души этот Неверный, должно быть, надеялся, что у телевизионщиков по дороге заглохнет мотор или хотя бы спустит колесо.
Вот с таким уговором они и тронулись в путь: грузовики впереди, съёмочная группа за ними. Шанса оторваться от себя Саша Гуровенко им не дал, хотя дорога заняла около двух часов. Встречный транспорт попадался редко, и лишь трижды небольшой караван останавливали, чтобы проверить документы.
К концу второго часа все начали проявлять признаки нетерпения и громко выражать своё недовольство.
— Да что же это такое! — вскрикнул Коля Маклай, в третий или четвёртый раз ударившись головой о стенку, когда «РАФ» поймал особенно глубокую выбоину. — Куда это их несёт?
— Неужели нельзя было поближе аул найти? — поддержал его Женька. — Вон сколько их мы уже проехали.
— Действительно странно, — подтвердил главный. — Что им, не все равно?
Разгрузили бы в ближайшем селении, и готово. А так тащатся куда-то, сами себе жизнь усложняют. Может быть, они из тех, кто любит преодолевать
Как думаете, парни?
— Да не похоже, — процедил Женька.
— Слушайте, а может, ну их к чёртовой матери? — неожиданно предложил Илья.
— Повернём назад? Все зашевелились в недоумении.
— Ты чего это? — толкнул его локтем в бок Маклай, удивлённо поблёскивая глазами из-под своей чёрной шевелюры.
— Да не знаю. Как-то… муторно мне.
Все загалдели, заспорили, но Илью никто не поддержал. Сергею тоже было не по себе, но он промолчал. Тогда Крутйн ещё не научился доверять своим ощущениям и не знал о существовании маленького гномика.
Но рано или поздно любая дорога подходит к концу. И грузовики, ехавшие впереди, все-таки остановились на краю крошечного аула, самого захудалого и безлюдного изо всех, что они миновали.
Вместо ликующего местного населения их встречали «уазик» и довольно потрёпанный «Лендкрузер» с хмурыми бородатыми мужчинами, явными представителями того, что называют «незаконными вооружёнными формированиями». Правда, автоматов у них не было, по крайней мере, на виду, да и другим оружием они не размахивали, что немного успокаивало.
— Вести себя тихо, — негромко сказал Леопольд, выходя из машины. — Без моей команды ничего не снимать.
Было заметно, что его тоже проняло и, как Илью, начали одолевать сомнения.
Неверный и шофёры вылезли из кабин грузовиков. Из кузовов на землю спрыгнули четверо ребят в форме войск федеральной армии. К их компании подошли Леопольд и двое мужчин из «Лендкрузера». Мужчины держались напряжённо и то и дело поглядывали в сторону «рафика». Разговора ребята не слышали и только видели, как к ним обратился Неверный, затем начал говорить Леопольд. Горцы сначала внимательно слушали, видно, пытаясь разобраться в том, что здесь происходит, а затем вдруг пришли в необычайное возбуждение. Они принялись наперебой говорить, время от времени что-то выкрикивая и сопровождая свои слова оживлённой жестикуляцией. Ряд продемонстрированных жестов имели ярко выраженную половую направленность и перевода не требовали. Неверный явно оправдывался, разводя руками.
Один из мужчин махнул на него, сплюнул под ноги и полез в кузов грузовика.
Минут пять его не было, затем он вылез, что-то сказал своему напарнику, и они вместе направились к машинам, где их поджидали другие абреки. Леопольд остался беседовать с Неверным. Они отошли под дерево и закурили. Причём громила угощал шефа сигаретами из своей пачки и вёл себя уже более дружелюбно.
Горцы выбрались из «уазика» и «Крузера» наружу. Те двое опять подошли к Леопольду и начали ему что-то втолковывать. Леопольд глубоко затягивался, щуря левый глаз, и кивал головой в знак согласия.
Неверный крикнул что-то невнятное солдатам, которые курили вместе с шофёрами, сидя на камушках. Они неспешно поднялись, деловито притаптывая окурки.
Леопольд поспешил к «рафику», и все поняли, что предстоит работа.
— На выход, ребятки! — скомандовал он. — Готовим все по-быстрому. Они уже начинают разгружать. Серёжа, Коля, берите камеры. Женя, глянь, как со светом.
Илья, оцени панораму, наметь точки.
— Это что, местные крестьяне? — спросил Женька, выйдя из машины и скептически разглядывая бандитскую внешность встречающих. — Пастухи-чабаны?