Черные крылья
Шрифт:
Вроде бы эта женщина и не была в его вкусе - слишком простая и, к тому же, ощутимо старше. Но от одного осознания, что на месте снискавшего снисхождения подавальщицы лесоруба мог оказаться сам Арн, охотника грызла зависть.
– Ну пусть подавится, урод, - насупился Змееглазый, бросив еще один недовольный взгляд в сторону милующейся парочки.
– Надеюсь, она наградит его не только любовными утехами, но и какой-нибудь проказой. Проклятый деревенщина...
Как оказалось, последнюю фразу охотник произнес слишком громко - сидящие за ближайшим столом лесорубы одновременно повернулись в его сторону.
– Замечательно. Просто замечательно, - поняв, что извиняться перед бандой пьяных скотов бесполезно, Арн положил руку на рукоять кинжала. С другой стороны, зачем устраивать кровопролитие, если все может кончиться парой синяков? Передумав пускать кинжал в ход, Арн взглянул на спутницу:
– Амелия, спрячься под стол и не высовывайся из-под него. Сейчас, кажется, меня будут бить.
– Хорошо, - девочка кивнула.
– А поесть принесут?
– Рад, что ты обо мне заботишься, - кисло улыбнулся Арн, наблюдая, как пятеро здоровенных мужиков одновременно поднимаются со своих мест, буравя его взглядами.
– Ты чёй-то вякнул, а?!
– самый высокий из лесорубов навис над охотником, остальные обступили жертву со всех сторон.
– Ты не думай, что раз из гильдии, то можешь всякое тут говорить! Пойдем-ка выйдем на воздух. Не хочу, чтобы малышка видела кровь.
– Громила подмигнул Амелии и ощерился щербатым ртом, обдав Арна зловонным дыханием. Затем он сгреб охотника за плечи здоровенной лапой и поволок к двери.
По мере приближения к выходу, Арн ощущал на себе все больше и больше насмешливых взглядов. С каждым шагом настроение мужчины ухудшалось. Но он беспокоился не столько о себе, сколько об Амелии - девочка обладала чудовищной силой и была непредсказуема. Если ей вдруг взбредет в голову заступиться за Арна, то жертв точно не избежать. С другой стороны, будь на месте Амелии ее отец и реши он помочь охотнику - кровь уже лилась бы рекой.
– Куда это вы ведете его, стая помойных червей?
– холодный, доносящийся будто из склепа голос мгновенно заставил всех посмотреть в сторону двери.
На пороге стоял высокий рыцарь в черной броне. Красивое благородное лицо хранило презрительное выражение, а темные глаза опасно поблескивали в свете факелов. Немного растрепанный, Вэлфиар Мраконосец выглядел бледнее чем обычно, и это делало его еще более жутким.
– Его жизнь принадлежит мне, - невозмутимо продолжил принявший человеческое обличие черный дракон и сделал широкий шаг в сторону неуверенно переглянувшихся лесорубов.
– Э-э-э... Господин, - тот самый мужик, что держал Арна за плечи, выступил вперед, оказавшись чуть ниже, чем Вэлфиар.
– Вы уж простите, я не знаю, кто вы, но этот человек прилюдно оскорбил меня и моих друзей.
– По-твоему, меня это интересует, презренное создание?
– Вэлфиар опасно прищурился, из-под бледных губ показались едва заметные клыки.
– Ты ищешь смерти?
– Послушай, не надо все усложнять, - освободившийся от рук лесорубов Арн всерьез забеспокоился о сохранности человеческих жизней, не стоивших для черного дракона ровным счетом ничего.
– Они просто выпили слишком много...
–
Настроение у дракона было хуже некуда - от него буквально веяло яростью и жаждой крови. Арн счел благоразумным отступить, чтобы не попасть под горячую руку. Прежде чем юркнуть за широкие спины лесорубов, он попросил:
– Только не убивай никого. Это может вызвать ненужные проблемы.
– Смеешь указывать мне?!
– Вовсе нет, - эти слова Арн произнес уже сидя за столом напротив дочери дракона и глядя куда-то в окно.
– Я вообще молчу.
– Понизив голос до шепота, он обратился к Амелии:
– Останови своего отца. Если он убьет этих работяг, то сильно осложнит нам жизнь.
Между тем, дело принимало совсем уже скверный оборот - один из захмелевших лесорубов, пошатываясь, подошел к Вэлфиару и положил тяжелую ладонь на латный наплечник.
– Ты не слишком-то зазнавайся, господин-ик... Мы тут таких, как ты - не лю-ю-ю-бим!
Остальные присутствующие поддержали смельчака одобрительным гулом и еще несколько мужчин поднялись со своих мест. Ободренный такой поддержкой лесоруб продолжил:
– Ты, может и это-ик, рыцарь! Но нас тут много, а ты - один. Сгинешь здесь - никто и не найдет. Ик!
– Ой дура-а-ак, - Арн взялся за голову, сквозь пальцы наблюдая, как сходятся темные брови Вэлфиара.
– Амелия, сделай же что-нибудь. О!
– Змееглазый щелкнул пальцами.
– Если твой отец убьет этих идиотов, то нам едва ли дадут еды...
– Отец, не убивай их!
– незамедлительно воскликнула девочка, на личике которой тут же отразилось неподдельное волнение.
По виду Вэлфиара было заметно, как тяжело ему далось прислушаться к словам дочери. Черный дракон изменился в лице. В темных глазах пронеслась целая буря эмоций, губы плотно сжались и Мраконосец шумно выдохнул через ноздри. Кажется, Арн заметил две струйки пара. Подняв полный злобы взгляд на лесоруба, Мраконосец медленно процедил сквозь стиснутые зубы:
– Ты жив, лишь благодаря желанию моей дочери. Дай мне пройти и убери руку, пока я не сломал ее, ничтожество.
– Ты чё, угрожаешь мне...
– начал было лесоруб, но, так и не договорив, громко заорал, заглушив хруст собственной сломанной руки, сложенной в локте пополам, но в обратную сторону.
Один из друзей пострадавшего бросился на выручку товарищу, но сокрушительный удар в голову опрокинул задиру на пол. Видимо, отсутствие мозгов возмещалось толстым черепом, так как иной причины, по которой мужчина лишь потерял сознание, вместо того, чтобы умереть - попросту не существовало.
Третий, не блещущий смекалкой трактирный боец, решил прыгнуть на спину рыцаря, воспользовавшись столом, как трамплином. Каково же было удивление лесоруба, когда закованный в броню воин без труда поймал его за шею прямо в воздухе и швырнул через весь зал, будто пушинку. Пролетев над тремя столами, бедолага впечатался в стену и рухнул на узкую лавку, сломав ее головой.
Тот самый лесоруб, что предложил Арну выйти на воздух, рывком поднял руки, но не успел ничего сказать - Мраконосец ухватил его за грудки и одним движением подбросил так, что несчастный врезался спиной в потолок и безвольно рухнул к ногам победителя.