Черные крылья

Конычев Игорь Николаевич

 К тому же, поселение находилось всего в паре дней пути, а дочка старосты была на удивление хороша. Она возвращалась с отцом из Куртаге, где местные наемники отказались принимать их заказ, заявив, что не собираются переться в такую даль за пару монет.

 Что скрывать, избалованным городским жителям не понять, что значит, всю зиму торчать в заснеженном форте в компании солдат, где единственное развлечение - игра в кости да дешевое пиво.

 Но тот, кто ест с ножа, не всегда может выбирать работу, особенно если он не слишком-то удачлив. По контракту с вербовщиком Арн

провел в форте с гордым названием “Ледяная пика” три долгих месяца и все это время старательно проигрывал в кости еще не полученное жалование. Поэтому, едва охотнику выдали деньги за службу, как он сразу же раздал накопленные долги, оставшись с жалкими грошами в дырявом кармане.

 Несколько дней назад, остановившись в “Мохнатом шмеле”, Арн воспринял встречу с новым нанимателем, как настоящий подарок судьбы. К тому же, старик оплатил ночлег и еду, а его дочка так смотрела на кажущегося ей гордым одиноким волком охотника на драконов, что сердце Змееглазого растаяло. Хотя, сердце Арна таяло периодически, стоило ему заметить очередную красотку, но разве это повод для стыда или смущения?

 Возможно, с дочкой старосты что-нибудь да получилось, если бы проклятые черные драконы не сожгли всю деревню вместе с жителями. Мало того, казавшаяся плевым делом работа закончилась для Арна настоящей авантюрой.

 И вот теперь он сидел за столом с таверны с маленькой девочкой, никак не похожей на наследницу рода черных драконов, но являющуюся таковой. А о ее папаше и вспоминать-то не хотелось.

 Вытянув под столом ноюще от долгого бега ноги, Арн огляделся.

“Мохнатый шмель” располагался чуть в стороне от тракта, рядом с безымянным поселением лесорубов, отсюда и клиентов имел весьма своеобразных - сплошь заросшие бородами здоровенные мужики, заготавливающие бревна для верфи Великого порта. Вся братия лесорубов-завсегдатаев смотрела на Арна с подозрением и то, как скоро они напьются и решат “поговорить” с новичком, представлялось мужчине лишь вопросом времени.

 Арн не понаслышке знал, чем заканчиваются подобные разговоры, поэтому сразу же положил на стол свой знак охотника на драконов. По столам лесорубов прошла волна шепота, и они сразу же поскучнели - никому не хотелось связываться с человеком из гильдии. К тому же, грязные стекла трактира то и дело содрогались от доносившегося со стороны Старого хребта рева. Даже местные, не блещущие умом мужики, понимали, что не стоит портить отношения с охотником на драконов, когда где-то поблизости ревут Вестники.

 Убедившись, что одна проблема решена, Арн немного расслабился и принялся разглядывать местных подавальщиц, которые, как он понял, зарабатывали не только тем, что подносили мужчинам выпивку и еду. О втором промысле местных девиц красноречиво говорили их вызывающие наряды и томные призывные взгляды, что они бросали на каждого, кто заходил в таверну.

– Есть хочу, - Амелия дернула ножкой и, скорее всего, специально, ударила Арна прямо под коленку.

– Не ты одна, - с тоской протянул Арн, поправив повязку, скрывающую от посторонних взглядов его не человеческий глаз.

 Порывшись в карманах, охотник вытащил три мелкие монетки -

все, что у него осталось. Этого, конечно, хватит на скромный ужин, но об уютной комнате и теплой постели можно забыть. Тяжело вздохнув, Арн помянул нехорошим словом проклятых драконов, разорвавших его лошадь и пожравших все добро, что было в седельных сумках. Да еще и этот Вэлфиар - из-за его вмешательства охотник совершенно позабыл о сборе трофеев.

– Интересно, как он там, - Арн поежился, вспомнив дикий рев, что разносился над горами, пока он сам, с девочкой на руках, бежал без оглядки по пустому тракту.

 Словно в ответ на мысли Змееглазого, окна снова задрожали от рева, доносившегося теперь немногим дальше, чем ранее. Весь собравшийся люд сразу же насторожился, пытаясь определить, как близко от таверны оказались Вестники. Пара подавальщиц прильнула к окнам, тщетно всматриваясь в темноту.

 Налегающие на выпивку, чтобы вернуть утраченную храбрость, выпивохи косились на темные окна, подбадривая друг дружку глупыми и натянутыми смешками. Каждый старался казаться смелее, чем он есть на самом деле. Арн поймал себя на мысли, что с удовольствием поглядел бы на местных храбрецов, если бы те увидели перед собой Мраконосца. А ведь Вэлфиар мог бы быть здесь, если бы не преследователи.

 Неожиданно охотник ощутил какую-то странную грусть, словно жалел об отсутствии отца Амелии. Жив ли этот дракон до сих пор? Когда Арн с девочкой на руках приближался к таверне, небо над горами казалось тихим.

– Отец сильный.

– Это я знаю, - невольно коснувшись пальцами шеи, Арн вымученно улыбнулся ерзавшей на стуле девочке.
– Я рад, что ты не унываешь!
– Змееглазый повысил голос, чтобы его было слышно за воем взметнувшегося ветра.

– А ты обещал мне чего-нибудь вкусненького, - учтиво напомнила Амелия, но ее голос прозвучал не столь жизнерадостно и беззаботно, как прежде. Кроме того, Арн уже не раз замечал, как девочка бросает беспокойные взгляды в сторону входной двери.

 Покачав головой, Змееглазый жестом подозвал одну из подавальщиц. Женщина незамедлительно двинулась к столу, чересчур явно виляя полными бедрами. Опершись на столешницу так, чтобы вырез на ее платье оказался как раз напротив глаз Арна, она чувственно спросила:

– Чего желаешь, милый?

– Что-нибудь поесть, - улыбнулся охотник и придвинул к краю стола все свои деньги.

– Пф, - услужливое выражение сползло с лица женщины, едва она увидела достаток клиента. Скривившись, она заговорила уже будничным недовольным тоном: - Похлебка, хлеб, овощи. Еще есть печеная рыба. Устроит?

– А как на счет промочить горло?

 Подавальщица скупо кивнула и ушла уже обычной, шаркающей походкой усталой женщины. Впрочем, едва она сделала несколько шагов, как один из сидящих за соседним столом лесорубов ухватил ее за талию и привлек к себе на колени. Тускло сверкнула серебряная монета, быстро скрывшись в ладони подавальщицы. И вновь Арн наблюдал чудесное преображение серой замученной селянки в мило хихикающую барышню.

– Деньги, - покачав головой, выдохнул охотник.
– Все решают деньги.