Черные холмы
Шрифт:
Да, Лилиан стала другой, и дело не только в том, что теперь у нее фигура на зависть многим моделям. А еще у нее такие глазищи, от взгляда которых у него, например, чуть не закипела кровь.
Пожалуй, не стоило думать о Лил подобным образом. Они ведь друзья, просто друзья. Ему не следовало обращать внимание на то, какая высокая у нее стала грудь, и уж тем более вспоминать, что он почувствовал, когда Лилиан, сев на мотоцикл, прижалась к его спине.
Что уж говорить о сне, который ему приснился в первую ночь, проведенную дома…
По просьбе деда Купер взнуздывал годовалую кобылу, чтобы потом на выгоне объездить ее.
Люси, накормившая к тому времени коров и кур и собравшая яйца, села на перекладину ограды.
– Своенравная лошадка, - улыбнулась она, когда кобыла начала брыкаться.
– Просто много энергии, - возразил внук.
– Ты уже придумал ей имя?
Купер улыбнулся. После того как восемь лет назад мальчик назвал Джонса, имена всем лошадям на ранчо по традиции давал он.
– У нее такой замечательный окрас! Вся в яблоках… Пусть будет Веснушкой.
– Хороший выбор. Ты всегда умел найти лошади подходящее имя. И ухаживать за ними ты тоже умеешь.
– Я скучаю по ним, когда возвращаюсь в город.
– А когда приезжаешь сюда, скучаешь по дому. Это нормально, - добавила Люси и улыбнулась.
– Ты еще так молод, Купер! Вся жизнь впереди…
– Бабушка, мне почти двадцать. По идее, я уже мог бы разобраться, что к чему… Понять, чего я, собственно, хочу. Ты в двадцать лет, кстати, была замужем за дедушкой.
– Сейчас другие времена, мой мальчик. В чем-то нынешние двадцатилетние старше нас, а в чем-то моложе. У тебя еще достаточно времени, чтобы разобраться в себе.
Купер взглянул на бабушку. Стричься она стала короче, и вокруг глаз пролегли новые морщинки, но в целом Люси оставалась прежней. Не изменилась она и внутренне: как и раньше, он мог доверить ей все, что было на душе.
– Бабушка, ты довольна тем, как сложилась твоя жизнь? Ни о чем не жалеешь?
– Нет. Какие сожаления, раз уж я сижу тут и смотрю, как мой внук собирается объезжать лошадь? Но мою жизнь нельзя сравнивать с твоей. Замуж я вышла в восемнадцать, первого ребенка родила, когда мне не было и двадцати, и за эти годы ни разу не была восточнее Миссисипи. У тебя, Купер, все иначе.
– Я и сам не знаю, что у меня… Постой-ка, - он взглянул на бабушку озадаченно.
– Ты сказала, первого ребенка?
– После твоей мамы мы с Сэмом потеряли двоих. Это было нелегко. И сейчас вспоминать тяжело… Может быть, потому-то мы и сблизились так с Дженной. После Лил у нее был выкидыш, а еще раз она родила мертвого малыша.
– Я и не знал.
– Это не те подробности, которые принято обсуждать, но жизнь есть жизнь. Со временем учишься радоваться тому, что имеешь. В конце концов, у нас с дедом есть ты. А у Дженны и Джосайи есть Лил.
– Лил… Уж она-то
– У девочки серьезные планы на будущее.
– А что… - Купер старался говорить как можно небрежнее.
– У Лилиан кто-нибудь есть? В смысле парень?
– Я поняла, о чем ты, - в голосе Люси прозвучали суховатые нотки.
– Лично я ни о чем таком не слышала. Знаю, что Нодок здорово за ней увивался, но на Лил это не произвело впечатления.
– Нодок? Галл? Да ему же двадцать три или двадцать четыре года! Он для Лил староват.
– Не Галл, а Джесс. Его брат. Тот примерно одних лет с тобой. Ты что, намерен сам попытать счастья?
– Я?… С Лил?… Ну нет! Мы друзья, и только. Она мне как сестра.
Люси, словно в раздумье, постучала каблуком по ограде:
– Мы с твоим дедом тоже в детстве дружили. Не думаю, правда, чтобы Сэм когда-нибудь считал меня сестрой. Впрочем, Лил есть Лил, и у нее, как я уже сказала, большие планы на будущее.
– Это понятно.
Закончив всю работу, Купер решил прокатиться верхом. Сам он предпочел бы взять Джонса, но жеребец, которого он когда-то помогал объезжать, был нарасхват у туристов.
Поразмыслив, Купер остановил свой выбор на чалом мерине по имени Гастон. Он уже направился было за седлом, когда увидел, что по выгону неспешно шагает Лилиан.
Губы у него мгновенно пересохли.
Лилиан была в джинсах, ярко-красной рубашке, потертых сапогах и шляпе с широкими полями. Распущенные волосы свободно падали девушке на плечи.
Приблизившись к ограде, Лил улыбнулась.
– Я собралась на пикник и ищу компаньона. Здесь имеются желающие присоединиться?
– Стоит подумать.
– Вот только лошади у меня нет. Готова позаимствовать одну у вас в обмен на эту жареную курицу, -Лилиан постучала пальцем по седельной сумке, висевшей у нее на плече.
– О! Значит, и думать не о чем! Выбирай. После секундного раздумья Лил махнула рукой:
– Пусть будет эта гнедая кобыла.
– Пойду принесу тебе седло, а ты пока скажи моим, что мы уезжаем.
– Я уже заходила к вам. Сэм с Люси ничего не имеют против. В нашем распоряжении целых полдня, - Лилиан повесила сумку на ограду.
– Я знаю, где у вас хранится упряжь. Так что ты занимайся собственной лошадью.
Друзья они или не только друзья, но Купер Салливан не отказал себе в удовольствии посмотреть вслед Лил, когда он пошла к сараю. Отметил он и то, как здорово сидят на ней джинсы.
Оба привычно начали седлать лошадей. Пристраивая седельную сумку Лил, Купер удивленно присвистнул:
– Да тут у тебя, похоже, целый курятник.
– Просто я прихватила диктофон, фотоаппарат и… Ну, словом, кучу всяких мелочей. Ты же знаешь, я люблю вести записи, вот и подумала: неплохо было бы проехаться до ручья, а затем подняться в горы по той тропе, что ведет через лес. Там есть одно очень красивое место.