Чёрные глаза

Босуэлл Барбара

Мэтью догнал ее уже на улице и, схватив за локоть, повернул к себе.

– Не пытайся, милая, соревноваться со мной в беге, я еще в колледже занимался легкой атлетикой, да и теперь продолжаю бегать, чтобы сохранить форму.

– Считай, что это на меня не произвело впечатления, и убери руки. Повернувшись, Ханна быстро зашагала вдоль тротуара, не глядя в его сторону. Однако Мэтью не отставал.
– Уходи!
– приказала она.
– Оставь меня!

– Я провожу тебя до машины.

– Улицы Кловера для меня не опасны. Я не нуждаюсь в твоей защите.

Мэтью вздохнул.

– Пойми, я не сержусь на тебя. Я сам виноват, что воспользовался твоей неопытностью, причинил тебе боль...

– Перестань каяться. Я легла в твою постель потому, что сама захотела. Вся ответственность лежит только на мне; спасибо тебе за заботу. Я не из тех, кого можно обманом заманить в постель.

– Конечно, я знаю, но я...

– Заткнись и убирайся! Тут уж его возмущение достигло кульминации.

– Ты - самое твердолобое создание, с которым мне выпало несчастье столкнуться! Если ты думаешь, что я буду валяться у тебя в ногах и просить прощения...

– Прощения?
– Ханна остановилась. Значит, он сожалеет о том, что произошло между ними! Прощение за любовь?! Нет, пусть лучше она заживо сгорит, чем прольет хоть одну слезу из-за Мэтью Грейнджера!

В этот критический момент на противоположной стороне улицы появилась пара:

Эмма Уинн, хозяйка книжного магазина на улице Кловер, и Кеннет Дрейк, красивый парень, член местного клуба игроков в гольф.

Ханна быстро перебежала улицу, якобы желая поприветствовать старых знакомых, а на самом деле - чтобы избавиться от общества Мэтью. Каково же было ее удивление, когда он последовал за ней со словами:

– Привет, друзья!

– Что ты тащишься за мной?
– возмутилась Ханна.

– Я просто хочу поздороваться с моими новыми друзьями, - невозмутимо возразил он.

Ханна была раздражена тем, что и Эмма, и Кеннет радостно приветствовали Мэтью. К тому же Кеннет предложил всей компании зайти куда-нибудь выпить.

Тут Ханну осенила коварная мысль:

– Скажи-ка, Эмма, ты когда-нибудь слышала о писателе по имени Гален Иден?

– Конечно, - закивала Эмма, - его книги прекрасно раскупаются. В моем магазине есть все его произведения. Туристы с удовольствием читают их на отдыхе.

– Ханна!
– с укоризной произнес Мэтью.

Но она не обратила внимания на его предостережение.

– Для тебя, Эмма, будет приятной неожиданностью узнать, что Гален Иден стоит перед тобой, хотя ты знаешь его как Мэтью Грейнджера.

– Вы Гален Иден?
– с изумлением спросила Эмма.

– Ну разумеется, это он, - злорадно подтвердила Ханна.
– Я советую тебе устроить в своей лавке встречу с читателями, и пусть автор дает автографы всем желающим. Уверяю тебя, что местные жители и туристы слетятся в твой магазин, как пчелы на мед.

Эмма смущенно улыбалась, однако Кеннет не растерялся:

– Итак, вы писатель? Это прекрасно. Я могу вам рассказать массу историй об игре в гольф. Мои друзья уверяют, что мне самому пора уже написать книгу на эту тему.

Мэтью тяжело вздохнул,

а Кеннет стал забрасывать его вопросами об издательском деле.

– Мне надо бежать! До встречи!
– крикнула Ханна и пустилась наутек, оставив Мэтью с Эммой и Кеннетом. Надеюсь, что встреча состоится не очень скоро, подумала она про себя. А что касается Мэтью Грейнджера, то, может быть, мы не увидимся никогда!

– Бабушка, я не хочу больше видеть этого человека, - заявила Ханна, вернувшись домой. Родители и Бэй по обыкновению отсутствовали, а Лидия Фарли сидела у телевизора.
– Мэтью Грейнджер ловкач, он.., он...
– Ханна с ужасом почувствовала, что может расплакаться.

– Что случилось, дорогая?
– спокойно спросила бабушка.
– Днем ты хотела ему помочь в работе, и я договорилась с Александрой Уиндэм на завтра. Она будет ждать нас троих к чаю.

– Нас троих? Тебя, меня и Мэтью?
– Ханна опустилась на диван.
– Ой, нет!

– Как же так?! Она была очень любезна и даже изменила свою программу ради встречи с нами. Поскольку Александра хочет пристроить свою дочь за нашего Бэя, она рада пообщаться со всеми членами семьи Фарли. Вот если б она знала... Лидия передернула сухонькими плечами, явно довольная характером предстоящих событий.

– Что касается меня, бабушка, то я не пойду туда вместе с Мэтью Грейнджером, пусть идет один.

– Неужели влюбленные поссорились? Ханна вздрогнула, услышав слово "влюбленные". Она так долго ждала встречи с настоящим мужчиной, отвергала направо и налево всех, кто хотел ее полюбить, и потому, наверное, внушила себе, что наконец-то нашла то, что искала. И какой печальный финал!

Этот бессердечный человек желал только провести с ней ночь, а ее неопытность в любви оттолкнула его. Он не мог ей простить девственности, которая была ему совсем не кстати...

– Ханна, что с тобой? Ты плачешь?

– Нет!
– отрезала внучка, смахивая тыльной стороной ладони непрошеные слезы.
– Разве я когда-нибудь плакала из-за мужчин? Тем более не намерена проливать слезы из-за этого ненавистного выскочки!

– Ненавистного выскочки?
– повторила бабушка.
– Должно быть, он сегодня совершил непоправимо дурной поступок, если заслужил такой эпитет. Может быть, ты, дорогая, посмотришь со мной фильм, развлечешься?

– Бабушка, пожалуйста, сделай что-нибудь, но я не могу пойти с вами завтра.

– Ты должна, деточка, через "не могу"! Мы не имеет права так подвести Александру Уиндэм.
– Лидия подъехала на своем кресле к дивану, где сидела Ханна.
– Расскажи мне лучше, что там у вас случилось с этим Мэтью Грейнджером.

Закрыв лицо руками, Ханна прошептала:

– Ах, бабушка, я сваляла такого дурака сегодня вечером!

– Но, дитя мое, ты ведь не в первый раз валяешь дурака, - посочувствовала Лидия, гладя руку Ханны.
– Твой брат всегда тебя обвинял в том, что ты ставишь в глупое положение всю семью, а ты в ответ смеялась над ним. Почему бы тебе и на сей раз тоже не посмеяться?