Череп для ученика
Шрифт:
Так, тут какие-то сокращения…
«Наиболее действенное средство против вьяллы – деструктурация…», – этого слова Гринер не понял, – «…с помощью направленного в тонкие точки потока однотипной энергии нижнего плексуса, с усилением вибрации». Тут юноша окончательно запутался и украдкой посмотрел на Тео, которая звякала тарелками и довольно мурлыкала.
– Кхм? – дал он о себе знать.
– Спрашивай.
– Что такое «де-струк-ту-рация»? И это
– А, читаешь про вьяллу… Все очень просто. У каждого существа – и вещества – да и вообще у всего – есть своя структура. М-м-м… устройство, определенная система. Понимаешь?
– Пока да.
Что такое «система», Гринер знал, или думал, что знал. Когда один раз в замок приехали строители, их главный показал любознательному мальчишке устройство, поднимавшее тяжелые камни наверх, к осыпавшейся стене. Он сказал, что все это переплетение веревок, грузил, блоков и всего прочего называется «подъемная система».
– Так вот, есть монстры, которым недостаточно отрубить голову. Собственно говоря, любому недостаточно, но я сейчас не об этом. – Тео повернулась, вытирая полотенцем руки, потом, подойдя к столу, принялась им же смахивать крошки и объедки на пол. Хотя, как заметил Гринер, до пола они не долетали, исчезая где-то на полпути. – Монстра нужно лишить его структуры, развалить изнутри. Тогда он пропадет окончательно. Но для этого надо знать его слабые места.
– Тонкие точки?
– Так тоже называют.
– А… «поток однотипной энергии нижнего плексуса?»
– Наша вьялла была женского пола, заметил?
«Еще бы», – подумал Гринер и покраснел еще больше, – «У нее были такие… хм».
– Значит, однотипная энергия – энергия мага того же пола. Я имею в виду сексуальную энергию. Она просто перенасытилась и как бы лопнула.
Затянувшееся молчание Гринера Тео, видимо, восприняла как непонимание, поэтому охотно пояснила:
– Я разорвала ее своим сексуальным желанием, если проще.
– О! – только и сказал Гринер.
Тео задымила трубкой, прикурив от пальца, и хитро на него посмотрела. Она прекрасно осознавала эффект от своих слов, на самом-то деле. Мальчишка очень хорошо держался в гостях у самой вьяллы, и с таким трудом сдерживал чувства, обсуждая ее… непорядок. Посмущается, потом ему надоест, как и всякому ученику.
– А откуда она взялась? – Гринер решил переменить тему.
– Зришь в корень, Гринни. Видишь ли, рядом с нашим существует другой мир…
– Небеса Создателя?
– Хм… Не совсем. В том, другом мире нет ничего. И в то же время это ничего хочет быть хоть чем то. И когда возникают «проколы» между нашими мирами, из их мира появляется… нечто. Противоположное существованию. Оно поглощает нашу материю и приобретает форму. Самую разную. – Она помолчала, дав время Гринеру усвоить. – Мы называем таких «темными». И боремся с ними. Закрываем «проколы» и уничтожаем вышедшее
Гринер задумчиво посмотрел на толстенную книжищу, лежавшую перед ним. Эта заканчивалась на букве «Г», но, даже напрягая всё своё воображение, он не мог представить многообразие монстров и тварей, перечисленных во всех томах справочника. Тео, казалось, угадала его мысли (или просто прочитала), потому что, улыбнувшись, похлопала ученика по плечу.
– Не бойся, я тебя в обиду не дам. А потом, обучившись, ты и сам за себя постоишь.
– А как вы узнаёте, что случился «прокол?».
Тео встала, потянулась, давая понять, что устала и продолжение разговора лучше отложить.
– «Белые» говорят. Ну, пойдем, покажу твою спальню.
Несмотря на рассказы про страшных монстров, загадочную «усадьбу», полную необъяснимых в таком месте звуков, Гринер в эту ночь заснул, как младенец, впервые в жизни подумав: «Я дома».
В одно прекрасное летнее утро Тео спустилась в кухню из своей комнаты, критическим взглядом обвела помещение и с невразумительным бурчанием плюхнулась на стул. Гринер, который к тому времени уже успел проснуться, позавтракать, разбить банку с вареньем, склеить банку (магически), собрать варенье с пола (магически) и съесть большую его часть (обычным способом), сидел за столом, разложив перед собой древний фолиант под названием «Сбор волшебных трав – секреты мастерства». Нет, он вовсе не вставал ни свет ни заря, чтобы совершить все эти деяния, он встал как обычно. Дело в том, что его наставница называла «утром» то время, которое обычные люди называли «полднем».
Гринер как раз читал главу о ночном сборе папоротника, когда раздался характерный звук. Глухой такой «бом!» о дерево. «О, это, верно, о стол ударила пятка наставницы!», – восхищенно предположил Гринер. Нет, это не было чем-то в духе разминки, как он подумал бы в первые дни своего обучения, или демонстрацией особых боевых искусств – просто Тео в своей обычной манере водрузила ноги на стол. Гринер подумал, что неплохо было бы узнать у нее, зачем, выходя на сбор некоторых трав, маги берут с собой мышей в мешке. Не откладывая, он тут же спросил об этом.
Тео хмуро покосилась на ученика, потом на стену, потом на окно, потом снова на стену. И ядовито сообщила:
– Некоторые начинают утро с чашки горячего кофе, поджаренного хлеба с маслом и хорошего настроения, я же начинаю его с глупых вопросов моего ученика.
Гринер смутился и опустил взгляд.
– Если ты дашь себе труд хоть в некоторой степени задействовать свои мозги, которые у тебя, бесспорно, есть, иначе я бы не взяла тебя в ученики, то, как минимум, найдешь в оглавлении книги упоминание об использовании животных при сборе трав.