Чемпионат
Шрифт:
– Так лучше же, - Юра упрямо вновь обнажил её.
– Ой, влюбился ты, что ли? – продолжала играть Лера. Попутно думая, как это они после двадцати лет сохраняют эту живость и флирт, характерный для младых существ, но никак не для зрелых уже людей.
– Ты, кстати, можешь о деле говорить. А то ведь кто-то торопился.
– Так я, может, к тебе торопилась, а дело – лишь повод, – луч солнца попал ей в глаз, и она прищурилась, отчего выражение стало слегка ехидным.
– Да, но я-то тебя раскусил, поэтому можно уже и не прикрываться.
– Ну,
Юра нахмурился, размышляя. Ведь теперь возможны были другие сценарии, и весь груз с Реброва можно было слегка скинуть на него, на Юру. «За пятнадцать минуть можно сделать очень многое. Нужно к Анаталочу».
– Лерусь, нужно к Проскурину. Дуй в душ. Кстати, ты, как всегда налегке? И опять будешь щеголять в деловом костюме?
– Тут недалеко какой-то магазин я видела, чуть сменю гардероб, а то и правда, утомили мои брюки и пиджак всех.
– Ну, меня ты вряд ли сможешь утомить.
– Да, ты у меня знатный фетишист. Я даже иногда думаю, что тебе на меня в одежде нравится пялиться больше, чем без.
– Хм… а что, очень может быть. В общем, я пошёл будить главного, у тебя часа два на всё про всё. В одиннадцать давай к нему в четыреста тридцатый, по-моему.
– Слушаюсь, мой генерал! – Лера прогарцевала мимо него в ванную.
Через два часа, как и было условленно, она постучалась в номер к Проскурину, где уже сидел Бобров. Они битый час пробовали разные варианты использования этих «пятнадцати минут», но идеальной картинки не складывалось.
– В тысячный раз повторю, всё будет зависеть от того, чего на поле будет происходить. И, возможно, тебе придётся исправлять уже непоправимое.
– Масло масленое ты говоришь, Валентин.
– Валя, здравствуйте, - Лера вошла. Была она в джинсах, линялой кенгурке, тонкой кожанке и бейсболке. Выглядела явной пацанкой при богатом мажоре. Проскурин даже сразу и не признал её.
– Ой, Лерочка, здравствуйте. Проходите, - как и большинство мужчин, в её присутствии он таял и забывал суть вопроса.
– А, может, зря я тебя попросил зайти, ведь всё, он голову теперь потерял, - Юра прислонился к подошедшей жене, а она в ответ потрепала его спутанную шевелюру. Скинув кепку, она мотнула гривой и присела рядом.
– Лера, что-то у нас не получается нужного варианта, как вашим подарком распорядиться. Что думаете?
– О! Женщину пустили в святая святых? Ладно, ладно, молчу. Точнее, предлагаю по существу. Может, подождать минут тридцать и потом тебе выйти до конца тайма. Не подстраиваясь, а уже конкретно рубя с плеча, чтобы обеспечить фору на второй тайм?
– Это за пятнадцать минут-то? Мы, вообще-то, в гостях у «Реала», если ты забыла.
– Моё предложение. Просто мне кажется, что в любой другое время можно будет уже и не успеть что-то исправить.
Юра опять нахмурился.
–
– Справиться-то он справится, только индивидуально он справится. Будет один «спасать Родину», расшибется в лепёшку, опомнится, что надо стадо своих подгонять, да будет поздно.
– Что это, Лера, Вы не верите в нашего парнишку?
– Валя, я как раз очень верю, его талант виден даже мне, профану футбольному, но талант ФУТБОЛЬНЫЙ, а тут важен организационный.
– А зря, что ли, мы его натаскивали-то несколько дней? Должно получиться. На тренировках получалось же, - Юра был обескуражен ей напором.
– Вот именно, что на тренировках! А тут восемьдесят тысяч вокруг! Уверены, что он будет помнить, чего там вы натаскивали? Тут должно взыграть его «Я» как раз. Как давно он мечтал себя показать на большой арене! Вот и слетят все наставления ваши с него, как последний лист в ноябре.
– Ну, что-то вы, Лера, на нас страху нагнали. Всё же будем надеяться, что Леша что-то да и усвоил. И потом, его личных возможностей тоже может хватить на многое.
– Это если ему дадут играть.
– Анатолич, может, пойдём навстречу даме?
– Я предлагаю вот, что. Если первые полчаса будут подтверждаться Лерины догадки, то есть, наша команда будет неуправляемым стадом, а Ребров будет биться рыбой об лёд, наскакивая на стройные ряды соперника, то в последние пятнадцать минут первого тайма пользуемся бонусом от наших… ээ … друзей, - он подмигнул им обоим, - выпускаем тебя, Юра вместо Седьмого, я думаю. Так? Так. Строимся чуть по другому… - тут им всем троим приходит озарение, что играть Боброву и Реброву вместе ещё не доводилось. – Юр, ты понял, да? Придётся с листа.
– Да ничего страшного в этом нет, в том, что мы с Лёшкой ни разу не играли. Отправляем их связкой с Ромой вперёд, ну, а я с этими бойцами подыграю. Нужно, штуки две заколотить. И вот что, давай, вместо меня обратно выпустим людена с начала тайма. Наверное, с Сашкой Матросовым нужно поговорить. Роль неблагодарная, но он, согласно фамилии поймёт.
– Согласен с тобой. Но всё же нервирует меня, как вы вдвоём с Ребровым разместитесь.
– А вот здесь, Валентин, думаю, как раз беспокоиться не о чем – Лёша разберётся с игровыми моментам, а уж при поддержке Юры и остальные подладятся. Кстати, я бы на вашем месте посмотрела, как будет взаимодействие происходить. По-моему, будет любопытно.
– Любопытно, говорите, хм… Ладно, пойду к Матросову. Да и пора ехать на стадион.
Он стремительно поднялся и вышел из номера. Юра с Лерой захлопнув дверь, вернулись к себе.
– Однако ты была просто Жанна д’Арк!
– Видел бы ты свои округлившиеся глазёнки.
Юра собирался на игру, Лера, что-то шебуршила в своём планшетике, взмахивая по воздуху своими изящными пальцами.
– Может, ты на постоянку к нам пойдёшь. Столько экспрессии. Будешь ребят заряжать, тех, что не людены. Хотя, как мне кажется, это и киборги просекут. Твой энергетический посыл.