Чехова, 16

Фадеев Кир

Вася выпрямился, сжал кулаки и коротко скомандовал:

– Мочи лохов!

Дальше остальное было, как в тумане. Парни Наиля сцепились с парнями Камаза в жестком мордобое. Комната отдыха в считаные мгновения превратилась в месиво из человеческих тел, мелькавших рук, ног и поломанной мебели.

Казалось, что копившаяся месяцами злоба на весь этот мир вырвалась на свободу и перетекла в кулаки. Очень скоро рукопашный бой перешел в весьма зрелищный реслинг, и в руках ребят замелькали ножки от стульев, горшки с цветами и даже

выдранные из стен светильники.

Сеня расталкивал всех, кто пытался завязать с ним бой, и пробирался к ближайшему окну. Иного выхода у него не оставалось. Как только Камаз узнает о его подставе, Сене не жить. Единственный шанс решить все возникшие проблемы – это побег.

Крича и размахивая руками, в комнату ворвались воспитательницы с двумя охранниками. Они попытались усмирить толпу разбушевавшихся детдомовцев, но ощутимого результата не добились, вызвав только новую волну гнева и криков.

Схватив стоящий под батареей табурет, Сеня замахнулся, попутно припечатав кого-то к стене, и швырнул мебель в окно. Звон разбитого стекла потонул в шуме драки. Более медлить было нельзя. Собравшись с мыслями, Сеня поставил ногу на подоконник и попытался выбраться наружу, но чьи-то пальцы вцепились ему в свитер и повалили на пол.

Это был Наиль. С рассеченными бровями и перепачканными кровью губами.

– Стой, падла! – проорал он, хватая Сеню за волосы.

Шипя от боли, Сеня каким-то чудом вывернулся и оттолкнул противника двумя ногами. Наиль отлетел в сторону и упал точно на обезумевшего Толика Косого. Тот, недолго разбираясь, залепил ему в ухо и принялся с упоением душить.

Как потом сложилась судьба Наиля, Сеня не досмотрел.

Уже не помня себя от бушующих в голове эмоций, он вскочил на подоконник и спрыгнул вниз.

Глава 5

Прыжок даже с высоты первого этажа оказался довольно болезненным. Холодный весенний асфальт встретил Сеню жестким ударом. В лицо пахнул порыв ледяного ветра.

Сеня потер содранные ладони и поднялся на ноги. Прежде чем он успел сориентироваться в полумраке наступающей ночи, дверь черного входа открылась, и на улицу выскочили охранник с санитаркой Еленой Евгеньевной.

– Завьялов! – заорала она, ткнув пальцем в Сеню. – Стой на месте!

«Ага, сейчас…» – подумал Сеня и побежал в противоположную сторону.

Он обогнул угол здания и оказался прямо возле хозяйственного корпуса, левая стена которого упиралась в высокий сетчатый забор. А сразу за оградой чернел неизвестностью давным-давно заброшенный пустырь.

Поднажав, Сеня преодолел расстояние до сетки и вцепился в нее обеими руками. Металл оказался ледяным на ощупь и обжег пальцы. Сеня замер в нерешительности. Он прекрасно понимал, что, если сейчас перелезет через ограду, обратного пути уже не будет. Если его поймают за пределами детдома, жизнь превратится в кромешный ад.

Сеня оглянулся, пытаясь сделать выбор. Окна жилого корпуса

горели теплыми желтыми огнями. Даже отсюда слышался шум продолжающейся драки. Из-за поворота выбежали уже три темные фигуры.

– Арсений! – закричал один из охранников. – Не делай глупостей! Будет только хуже!

– Куда уж хуже… – сказал Сеня вслух и полез на свободу.

На преодоление препятствия у него ушло не больше десяти секунд. Его преследователи к этому времени даже не успели добежать до хозяйственного пристроя.

Вдохнув поглубже и уже не оглядываясь, Сеня затрусил по пустырю, навстречу ночному холоду.

Серое апрельское небо нависало над землей свинцовым полотном. Колючий порывистый ветер бил в лицо. Еще не просохшая после недавнего дождя глина прилипала к подошвам. Но Сеню это не останавливало.

Стараясь держать темп, он бежал сквозь сгустившуюся темноту и боялся думать о том, что будет делать дальше.

В сущности, все выглядело не так уж и плохо. На нем были почти новые кроссовки, теплые вельветовые штаны с подкладкой, майка на пару размеров больше и вязанный шерстяной свитер с порванным рукавом. Гораздо лучше, чем ничего. Если где-нибудь найти кусок клеенки или пару целлофановых пакетов и обмотаться ими, то ночью точно не замерзнешь.

Впрочем, спать в ближайшие сутки Сеня не планировал. Скорее всего, воспитатели уже вызвали милицию и рассказали им о случившемся. А значит, начиная с этого момента, Сеню будут искать в каждом подвале, теплотрассе и общественном месте. И чтобы спрятаться получше, важно было убежать как можно дальше.

Сеня вспомнил, что месяц назад их всем детдомом вывозили на благотворительный концерт в театр. Автобусное место, доставшееся Сене у окна, позволило ему проследить путь от детского дома до центра города. Поэтому сейчас, преодолевая пустырь, Сеня примерно знал, куда выйдет.

Оранжевые огни уличных фонарей, цепочкой тянущиеся вдоль дороги, подсказали ему, что он на верном пути. Сеня остановился передохнуть, и вгляделся в открывшиеся перед ним перспективы.

Впереди начиналось крупное шоссе, ведущее куда-то в сторону аэропорта и далее, за пределы области. Другой конец трассы уходил в спальные районы. По правую сторону от Сени магистраль пересекалась с небольшой, асфальтированной линией, светящейся нитью уползающей в жилой микрорайон, что стоял на отшибе от основной черты города.

Вглядевшись в сумрак, Сеня вдруг обнаружил серебристые нити рельс. Какая-то часть путей шла параллельно дороге, а затем сворачивала куда-то влево, в темноту. Неподалеку от поворота нашлась и трамвайная остановка в виде неказистого каменного грибка.

Поняв, что это его шанс, Сеня растер онемевшие ладони и побежал туда.

На небольшом бетонированном островке ожидали несколько пассажиров. Хмурый дед в потертой бейсболке, полная женщина в пуховике с ребенком на руках и молодой парень в наушниках.