Чехова, 16
Шрифт:
Проклиная все на свете, Виджей щурился от встречного ветра и пытался разглядеть хоть что-то впереди себя. В голове вертелся круговорот страшных мыслей. На момент взрыва, отец точно не успел бы оказаться во дворце, а значит, происшествие настигло его в дороге и наверняка заставило удвоить осторожность.
Через несколько минут бешеной скачки до Виджея донесся едкий кисловатый запах с примесью дыма.
– Финейская бомба! – крикнул он Бирбалу на ухо.
Воин не отреагировал, он и сам прекрасно знал, что за вонь расползается по сонным улицам
Нехорошо. Очень нехорошо. Финейская бомба – крайне гнусное и коварное оружие узкого круга поражения. Не самое мощное, но зато самое эффективное, поскольку магически привязывается к конкретному человеку, которого и уничтожает в первую очередь. Потому-то эту пакость так любят тайные заговорщики и наемные убийцы.
Главные ворота царской резиденции оказались открыты настежь и никак не охранялись. Рядом со створками валялся сломанный пополам засов. Решетка ограждения оплавилась в нескольких местах. Повсюду были разбросаны части гвардейской экипировки и куски покореженных доспехов.
Бирбал и Виджей переглянулись. Вояка натянул поводья, пуская лошадь медленным шагом, и проехал через ворота.
Дальше начинался довольно большой парковый комплекс, переплетенный сетью тропинок и выложенных камнем дорог. Деревья были окутаны густым туманом. Вдалеке виднелись оранжевые всполохи и слышались звуки боя.
Виджей провел во дворце значительную часть своего детства и прекрасно ориентировался в зеленом лабиринте кустарников и пальм.
– Направо! – шепнул он Бирбалу. – К покоям царя!
Воин развернул лошадь и пустил ее галопом. В этот момент дымку озарила белая вспышка. Воздух наполнился жутким треском и грохотом.
– Быстрее! – Голос Виджея задрожал от напряжения.
Бирбал пришпорил коня, и вскоре глазам мальчика предстало поле боя.
Некогда красивое и величественное здание царского совета превратилось в обугленные руины. Возле них группа гвардейцев силилась противостоять натиску крупного иссиня-черного ракшасса с длинной жесткой шерстью. Огромная рогатая голова демона чем-то напоминала бычью, а вот туловище походило на обезьянье.
Солдаты стреляли в противника из арбалетов, пытались проткнуть копьями, но их оружие не причиняло ракшассу видимого вреда. Существо только утробно рычало, силясь нанизать людей на свои ветвистые рога.
Виджей хлопнул Бирбала по плечу, прося остановиться. К счастью, демон был так увлечен гвардейцами, что не заметил двух спешившихся всадников.
Мальчик сложил пальцы в огненной мудре, призывая на помощь магию, и метнул в спину демона сгусток раскаленного докрасна пламени. Заклятие прожгло в загривке существа небольшую дыру, заставив того взвыть от боли. Однако прежде чем тварь успела развернуться, рядом с ней уже оказался Бирбал с заколдованной секирой наготове.
Рогатая голова взмыла в воздух вместе с кровавым фонтаном. Опешившие гвардейцы изумленно охнули, отступая назад. А в следующий миг труп ракшасса распался на несколько клубов черного дыма и исчез среди всполохов огня.
– Где начальник
Кто-то из солдат ткнул в направлении царских покоев:
– Первый советник ускакал туда. Он приказал нам держать периметр. Кто-то напал на царя и призвал демонов…
Бирбал не дослушал объяснения рыцаря. Он перехватил топор поудобнее и побежал по брусчатой улице. Виджей поспешил следом. Страх ледяной коркой покрывал его сердце. В висках пульсировала кровь, и от этого кружилась голова.
Здания и хозяйственные постройки были полностью или частично разрушены. Пожар быстро перепрыгивал с одной крыши на другую. Отовсюду слышались крики раненых и звон оружия. Остатки царской гвардии до сих пор чудом удерживали оборону под натиском потусторонних сил.
Брусчатка огибала огромную цветущую клумбу и выходила прямо к Гранатовой башне – личным покоям царя Абхея.
В ясную безоблачную погоду фасад здания представлял собой невероятное зрелище: тысячи солнечных зайчиков роились в облицовочных плитах, которые были усыпаны обработанными гранатами. Алые блики виднелись за несколько километров от замка и считались главной достопримечательностью города.
Теперь же архитектурный шедевр напоминал гигантский факел. Бледно-желтый дым финейской бомбы стелился по земле, разнося повсюду противный кислый запах. А вверху все еще гремели взрывы. Раскаленные обломки сыпались вниз, падая на черепицу ближайших зданий огненным дождем.
– Нет… – замотал головой Бирбал. – Не может быть!
Вскинув секиру, он ринулся к башне, двери которой, похоже, снесло заклинанием.
Виджей побежал за ним, но затем разглядел сквозь дым широкую трещину в стене Южного крыла замка. Оттуда, насколько он помнил, можно легко попасть в главную галерею и во внутренний двор, где должно было проходить пиршество.
Пробравшись через руины, Виджей закашлялся от витавшей в воздухе каменной пыли и побежал вперед, прыгая по обломкам.
Главная галерея царской резиденции превратилась в кладбище. Полы устилали окровавленные тела павших солдат. Стены покрылись глубокими шрамами от магических ударов, витражные окна оказались разбиты, и по залам свободно гулял проснувшийся утренний ветер.
Сглотнув ком в горле, Виджей соорудил защитное заклинание и двинулся вперед. Коленки предательски задрожали, в груди гулко стучало сердце.
– А-а-агх! – пронесся по галерее предсмертный крик.
Парадный вход тронного зала осветила красная вспышка. Хлынувшая оттуда волна магии сорвала лепнину со стен и разбила последнее уцелевшее окно. Град осколков со звоном вылетел на Мраморную аллею.
Набравшись храбрости, Виджей ринулся к тронному залу и забежал внутрь.
На полу хаотично были разбросаны тела мертвых рыцарей, включая начальника царской охраны и… Виджея передернуло. Он заметил испещренный порезами лоскут дорожного плаща, того самого, в котором он последний раз видел своего отца.