Час Пандоры
Шрифт:
– Понимаю.
– Что ж, – сказал Холлэнд, – ...лучше бы я это сделал.
В Вашингтоне Расти положил трубку, и в то же мгновение они с Шерри услышали, как в замочной скважине поворачивается ключ.
Глава двадцать четвертая
Отдел ситуационного анализа, Белый дом —
суббота, 23 декабря – 18.00 (23.00 Z)
Сообщение службы безопасности из Лэнгли скользнуло под нос Джону Роту. Он со сдвинутыми
Сотрудник, на своей шкуре прочувствовавший, что скрывается за ничего не выражающими лицами впавших в панику высокопоставленных чиновников, поспешно закрыл за собой дверь, зная, что заместитель директора Центрального разведывательного управления тут же склонится над сообщением, чтобы прочесть его снова, а его мозг станет лихорадочно просчитывать возможности и осложнения.
Все платные телефонные переговоры по спутниковой связи с борта «Боинга-747» отслеживались не в Лэнгли, а в новом электронном центре управления, расположенном южнее Белтвея. Сигнал бедствия прозвучал в 22.26 Z. Один из пилотов сказал, что они падают. Это означало, что через три минуты после звонка самолет должен удариться о воду, положив конец любой возможности выйти на платный спутниковый канал связи.
И все-таки, согласно сообщению из Лэнгли, с борта авиалайнера поступило два звонка через четырнадцать минут после сигнала бедствия! И оба разговора прервались через несколько минут в самой середине, и произошло это одновременно.
«Может быть, – подумал Рот, – они продержались в воздухе на четырнадцать минут дольше, но в итоге потеряли управление и рухнули».
Он решил, что подобная возможность существовала. Ведь локатор спасательной группы с авианосца «Эйзенхауэр» ничего не обнаружил в этом районе, а «Боинг-747» не спрячешь. Любой самолет этой марки, улетающий от предполагаемого места падения, был бы обнаружен.
Но четырнадцать минут?
Рот решил, что существуют две возможности. Наиболее приемлемая – сценарий отсроченного падения.
Но наиболее тревожная – они сделали вид, что падают, и куда-нибудь сбежали, не будучи обнаруженными, – требовала немедленных действий. Если они все еще живы, держатся в воздухе и ни с кем не выходили на связь, следовательно, они сознательно притворяются. Иначе командир уже попросил бы о помощи, требуя спасти его от нападающего. Любой невооруженный летчик с пассажирского рейса поступил бы именно так.
Рот резко выдохнул воздух. На карту поставлено все. Директор ЦРУ все еще в реанимации и без сознания, на его выздоровление надежды мало, но президент еще не назначил ему преемника. Рот знал, что напрашивается его кандидатура, но если он дважды обставит президента по слишком многим направлениям, окружение главы государства нашепчет боссу на ушко, и переменчивый хозяин Овального кабинета немедленно выкинет Рота.
Итак, если «Боинг-747» все еще в
«Вот на чем я должен сыграть, – напомнил себе Рот. – Президент должен быть очень чувствителен к тому, что именно американский самолет угрожает заразить человечество!»
Рот встал. Президент скорее всего еще не выступал по телевидению.
Остановить пресс-конференцию не составит труда.
Но убедить президента дать команду ВВС уничтожить пассажирский самолет будет делом весьма тяжелым.
«Вашингтон Хайетт»,
Вашингтон, округ Колумбия
Харолд и Джейни Холлингсуорт из Чинука, штат Монтана, провели весь день в Национальной художественной галерее. Шел третий день их отпуска, и они были в отличном настроении, когда возвращались в отель. Джейни, привлекательная брюнетка после тридцати пяти со страстью к ультракоротким юбкам, честолюбивая сочинительница загадочных историй, работала репортером в местной газете. Супруги заказали столик на ужин в одном из ресторанов Джорджтауна, но сначала она собиралась соблазнить мужа новым и вызывающим нижним бельем, которое припрятала в чемодане.
Женщина улыбнулась про себя, благодарная судьбе за то, что их сексуальные аппетиты не изменились. Харолд ласкал ее небольшие округлые ягодицы все время, пока они поднимались в лифте, а она подалась назад, отвечая взаимностью. И теперь, разгоряченный, довольный и нетерпеливый Харолд возился с ключом от номера 1443. Наконец ему удалось его повернуть. Дверь распахнулась, Джейни ринулась мимо него, на ходу расстегивая блузку, и вдруг резко остановилась.
– Кто вы, черт возьми, такие? – услышал Харолд ее голос.
Он вошел следом за женой и, к своему изумлению, увидел в их комнате посторонних. Мужчина держал телефонную трубку, стоя возле кровати, женщина мерила шагами номер.
Оба выглядели так, словно их застали на месте преступления.
Расти Сэндерс положил трубку и выпрямился. Его левая рука поднялась в останавливающем жесте, а правой он искал в заднем кармане свое удостоверение.
Харолд Холлингсуорт заметил, что рука странного незнакомца нырнула в задний карман, и ждал, что тот вынет пистолет. Инстинктивно он схватил Джейни за плечи и толкнул ее обратно к открытой двери.
– Подождите! – скомандовала женщина. Ее голос прозвучал достаточно властно, чтобы Харолд замешкался, и в это мгновение Расти достал свое удостоверение и протянул его супругам в развернутом виде.
– Прошу вас, закройте дверь, – велел доктор.
Харолд посмотрел в его удостоверение.
– Центральное разведывательное управление. Я доктор Расти Сэндерс, а это агент Шерри Эллис, – произнес Расти.
«Агент Эллис?» – про себя удивилась Шерри, но постаралась реагировать соответственно.