Час Кицунэ
Шрифт:
— Вот как? — вскинул Брови Нобу.
— Да. Старший сын Тамэёси-но Минамото — Ёситомо, говорят, пошел против отца и братьев и примкнул к клану Тайра. Рассказывают, что его отец в ярости, и вот два его младших сына и покинули замок Сиракава-дэн, чтобы не попадаться отцу на глаза. Тот пока лютует, а они прибыли к нам ковать меч, — развел руками старик.
— Мы встретили их у самой деревни. Минамото-но Тамэтомо стал, по-моему, еще выше и больше, — хмыкнул Нобу.
— Да, говорят, что лук, который он носит, трое воинов не могут натянуть. Высоченный и очень сильный, — согласно
— У тебя достаточно руды на катану для Минамото-но Тамэтомо? — задумчиво спросил Нобу.
— Да. На катану ему хватит, но вот для вакидзаси и для парного к ней танто для тебя, боюсь, уже не хватит, — почтительно сказал глава деревни.
— Мы остаемся. Отправимся завтра утром с твоими добытчиками промывать руду. С нами это будет быстрее. Тем более, моей ученице это будет полезно, — постановил Нобу.
— Это может затянуться надолго, — покачал головой старик.
— Ну, что уж теперь поделать, — пожал плечами Нобу. — Выделишь нам домик? Или мы можем до утра остаться у тебя?
— Разумеется, оставайтесь! А утром рано уйдете. Ты же не захочешь лишний раз сталкиваться с аристократами? — хитро прищурился старик.
— Ты прав, дружище. Вовсе не к чему нам с ними пересекаться, — кивнул Нобу.
Дальше они еще битый час обсуждали прошлые визиты Нобу в деревню, и я опять заскучала. Но потом нам все же выделили комнату, причем меня не отправили на женскую половину, а поселили с Нобу. Видимо, здесь прекрасно были осведомлены, с кем он приходит и что требует.
Меня это ничуть не смутило, я уселась на циновки и, достав из своей Инро пиалу с супом, принялась есть. Чаем и рисом, что предложили нам у старика, сыт не будешь.
Нобу привольно раскинулся напротив и с любопытством наблюдал за мной.
— Рад, что новые впечатления только добавили тебе аппетита. Надеюсь и сон будет тоже крепким. Я пройдусь. У меня тут… дела. А ты — чтобы носа не высовывала ночью из домика! Ты меня поняла?
Я покивала. Что тут не понятного?
— Завтра утром ранний подъем, и мы уходим из деревни за рудой для выплавки стали. Покажу тебе всё, — заключил он, вставая.
Я снова покивала. А потом, видя, что он встал, чтобы уйти, проворно вскочила и отвесила ему поклон.
— И да… Рен лучше об этом не говорить, — уже на выходе, не глядя на меня, сказал Нобу.
Я и бровью не повела, а только молча поклонилась. И в самом деле? Зачем нежной Рен знать, где ходит по ночам у людей ее Нобу? Совершенно ни к чему. К тому же у них и не было пока ничего, и он ей, насколько я знаю, ничего не обещал. А у людей, насколько мне известно тут… гаремы. И любимые жены, и главные жены, и еще что-то там… Я не вникала. Мне вот гарем не светит…. Я так думаю.
Я честно собиралась просидеть всю ночь в комнате…. Но всё, как всегда, пошло не по плану…
*Яри — японский тип древкового оружия, представляющий собой копьё и имеющий множество модификаций. Самое древнее японское копьё называется «хоко». Наконечники хоко были втулочными, с ромбическим в сечении пером длиной около 25 см.
К периоду Нара относят появление тэбоко — «ручного копья» с прямым или слегка изогнутым наконечником, с выступающим ребром. Поначалу оно отличалось небольшим древком и, возможно, применялось для метания, но к постепенно его длина увеличилась, и его стали называть «кикути-яри». Во второй половине периода Муромати копья получают наибольшее распространение и появляются различные модификации.
** Здесь и далее я буду использовать реальные названия городов и поселков современной Японии. В частности, поселки Мисато и Иинан расположены в провинции Симане, где и в самом деле до сих пор находится огромная плавильная печь для изготовления стали.
Глава 3
Японская пословица: Солнце не знает правых. Солнце не знает неправых. Солнце светит без цели кого-то согреть. Нашедший себя подобен солнцу
Весна уходит.
Плачут птицы. Глаза у рыб
Полны слезами.
Автор Басё, Мацуо Басё, Мацуо Дзинситиро — Происходит из самурайской семьи. Японский поэт теоретик стиха, сыгравший большую роль в становлении поэтического жанра хайку. Он превратил чисто комический жанр в ведущий лирический, основанный на пейзажной лирике, вложил в него философское содержание. Поэзия и эстетика Басё существенно повлияли на японскую литературу того времени, «стиль Басё» определил развитие японской поэзии почти на 200 лет.
Перевод с японского В. Н. Марковой
Ночную тишину разорвал пронзительный женский крик.
Я кубарем слетела с циновки, на которой лежала, откинув в сторону одеяло. В руках сами собой оказались клинки и я, осторожно отодвинув дверь, вышла на деревянный помост перед нею.
Дверь в комнату, которую нам выделили, выходила во внутренний двор дома. Помимо нашей комнаты сюда же имели выход еще несколько помещений. Дом был большой, и в нем обычно, как я поняла, и селили гостей приезжающих в деревню.
— Ты кто такая? — вдруг раздался рядом голос, и я повернула голову.
Сбоку от меня стоял обнаженный по пояс мужчина.
Весь дом был окружен деревянным помостом, чтобы можно было переходить от двери к двери и не спускаться на землю. Мои дзори тоже стояли возле моей отодвигающейся сёдзи*.
Мужчина стоял рядом с открытой соседней дверью и его ярко освещал свет, льющийся из комнаты. Его сёдзи была расположена не рядом с моей, но все же неподалеку.
Волос на голове у мужчины не было, он был гладко выбрит, грудь была обнажена, а из одежды на нем красовались только штаны с поясом, за который был засунут кинжал танто с причудливым узором. Мужчина был прекрасно сложен и красив. Только его выражение лица мне очень не понравилось — надменное и злое.