Час абсента
Шрифт:
«Я уже дорогой», — машинально отметил Сергей.
— В этом простеньком дельце есть одно обстоятельство, которое мы хотели бы с вами обсудить. Проблема в том, что мы не уверены в фигуре исполнителя. То есть непосредственная шестерка нам известна. Но похоже, существует хорошо организованная банда киллеров. Вот на ее главарей мы бы и хотели выйти. Поэтому есть просьба. После того как мы огласим имя заказчика, вы не должны ничего предпринимать. Пока не станет ясен весь механизм…
— Это что, я должен изображать мишень и верить вам,
— Тогда разговор закончен, — спокойно сказал Иванов.
Близнецы встали и бодрым шагом пошли к выходу.
— Эй, э, — Сергей испугался, — я пошутил. Я слушаю ваши предложения очень внимательно.
— Парень, ты заткнешься, засунешь амбиции в задницу и будешь дышать, когда мы тебе разрешим. Так?
Сергей кивнул.
— Хорошо. Заказчик, между прочим, твоя дорогая женушка, Татьяна Алексеевна, если не ошибаюсь. Чем ты ее так допек, не знаю, но настроена женщина серьезно.
— Таня? — Сергей побледнел. — Не верю. Когда?
— Что «когда»? Когда она пригласила киллера пустить тебе пулю в лоб? Сегодня.
Сергей начал открывать и закрывать рот, как рыба без воды.
— Ну-ну, ты же мужик, спокойнее, на, попей водички, а может, у тебя коньячок найдется?
Иванов по-хозяйски открыл несколько шкафов, действительно нашел бар и плеснул всем троим по дозе коньяку.
— Не верю, — отдышавшись, сказал Сергей. — Вы не могли ошибиться? Она меня сегодня провожала…
Иванов заржал.
— Надо же, не предупредила и даже виду не подала! Послушай запись переговоров. Тебе, мужик, еще повезло, что твой телефон на прослушке стоял, иначе бы тю-тю.
Сергей прослушал и почувствовал дикую разбитость.
— Убью! — прошептал он.
— А вот этого не надо. Без нашей команды никаких действий. А чтобы ты не передумал, мы за тобой присмотрим. Ты мужик горячий, тебе верить нельзя. Посидишь на работе, а вечерочком все вместе пойдем к тебе домой. Лады?
Сергей сидел с застывшим взглядом и вспоминал, как жена на него посмотрела сегодня утром — будто видела в последний раз. Как легко согласилась, что он не придет обедать. Как терпеливо слушала его брюзжание: мол, ничего, недолго осталось. Прокрутив в мозгу видеоролик, он поверил и сломался. Стал пить рюмку за рюмкой и уже смотрел на незваных гостей как на лучших друзей, которым можно поплакаться в жилетку.
Марина долго не могла уснуть. Ворочалась с боку на бок, мучилась и никак не могла отключить мозг от дневных впечатлений. Все время лезла на ум Пономаренко и терзала, терзала своей злостью, раздражением и нежеланием понять смысл ее работы.
— Может, я действительно приношу людям больше вреда, чем пользы? — задавала себе вопрос Марина, пялясь в потолок.
Неизвестно, сколько бы продолжалась пытка бессонницей, но среди ночи зазвонил телефон. Марина даже обрадовалась. И совершенно не испугалась. Она пошире открыла воспаленные
— Алло!
— Хорошо, что я вас не разбудил, Марина Сергеевна, — услышала она уставший хрип Семена, одного из рабочих своей группы, — у нас ЧП.
— Ты какое кино сейчас крутишь? — спросила Марина.
— «Киллер».
— Ну что у вас стряслось? Он не повелся на легенду и выставил вас за дверь? Или посадил в подвал за клевету? Говори, не молчи.
— Хуже, Марина Сергеевна, гораздо хуже.
— Не телись, Сема.
— Он от нас ушел.
— Что? — Вот тут Марина испугалась.
— Мы отработали первую часть сценария, он с горя напился, и мы расслабились. А потом он взял и смылся. Марина Сергеевна, он поехал к жене сводить счеты.
— Да вы что там, белены объелись? Вы что, первый раз этот сценарий обыгрываете? Идиоты! Немедленно перехватите его, срочно звоните жене, пусть спрячется, пока мы не возьмем ситуацию под контроль.
— Поздно, Марина Сергеевна. Он ее застрелил. Из какого-то суперружья.
Марина онемела. Такого прокола никто не переживет. Она пойдет под суд, фирма — с молотка, а в тюрьме ее найдет и удавит Алехандро.
— Ты проверил информацию? — только и смогла спросить Марина.
— Можете сами проверить. Там сейчас опера работают. Он ее застрелил, а сам из окна выбросился.
— О господи!
— Что мне делать, Марина Сергеевна? Я тут стою, под окнами.
— Ничего, идиот, ничего уже сделать нельзя! — Марина швырнула трубку.
Побегав по комнате, она сообразила, что надо срочно разыскать Алехандро. Тот обязательно что-нибудь придумает. Когда его клюет жареный петух, он демонстрирует чудеса изобретательности и изворотливости. Алехандро, вот кто обязательно найдет выход.
Телефон Алехандро молчал.
— Кобель проклятый! — выругалась Марина. Она знала, где его искать, но именно оттуда выуживать его до смерти не хотелось. Минут пять она боролась с собой. Страх и собственная беспомощность пересилили все остальное. Она позвонила.
— Извините, Инна Владимировна, Алехандро у вас? — спросила она без обиняков.
— Кто это? — прохрипела сонная Пономаренко.
— Я, Марина Сергеевна, еще не забыли меня?
— Кто такой Алехандро? — вздохнула журналистка. — И почему он должен быть у меня ночью? Вы вообще на часы смотрели?
— Извините, что разбудила. — Марину так и подмывало добавить что-либо фривольное и даже оскорбительное по поводу того, с какой легкостью Пономаренко легла под шефа, но она не успела: Пономаренко отключилась.
Марина еще побегала по комнате, собираясь с мыслями, еще раз позвонила домой Алехандро, потом несколько раз набрала мобильный. Тишина. А молчание было нестерпимо.
«Врет! — подумала Марина и сама в это поверила. — И Алехандро, сволочь, не отзывается. Думает, что я от ревности с ума схожу. Я ему сейчас устрою сладкую жизнь».