Чародейский Источник

Нефёдов Иван

Ребенок принял наши условия – распустить армию, дать беспрепятственно пройти к Источнику, отлучить от трона чародеев и отдать Ежи всю Нуликридскую область, включая одноименную крепость. Стампин отдал Ежи все, что тот просил, согласился подписать указ и выступить перед армией.

Знаете, что он попросил взамен? Пострелять из СИЧУПовских пулеметов! Мне было даже как-то неловко. Мы с Ежи форменным образом надули пацана, воспользовавшись его возрастом. Об этом я и сказал Ежи, когда отозвал его в сторонку, обсудить ситуацию. Но Ежи резонно заметил, что мы это делаем на благо того же Стампина,

и мне почему-то этот довод показался убедительным.

Сначала мы решили выполнить нашу часть сделки. Мы с Ежи отвели ребенка на равнину, предусмотрительно набрав с собой кучу ненужных или поврежденных шлемов. Там мы их разложили на перевернутой телеге, я вылез из СИЧУПа и помог забраться внутрь Стампину, коротко рассказав, что и как нужно делать. Ребенок оказался смышленым. Он все схватывал на лету.

Мы стояли рядом с ним, а он, визжа от восторга, принялся палить по шлемам, разнося их в клочья пулеметными очередями. Вскоре и шлемы, и телега стали похожи на решето, стрелять было больше не по чему, и Стампин с сожалением выбрался из СИЧУПа. Все это время я переминался с ноги на ногу, дергаясь, как на иголках. Не потому что хотелось в туалет. Поясню почему.

Если бы я оказался на месте Стампина, я бы, расстреляв шлемы и телегу, повернулся и расстрелял бы и нас. Просто так. Потом я пошел бы к своим войскам, и никто не смог бы меня остановить… Но малыш то ли был чертовски честен, то ли ему в голову не пришла такая замечательная мысль – не знаю. Факт тот, что он выбрался из СИЧУПа и выразил готовность подписать указ и выступить перед войском. Они с Ежи отправились обратно в шатер, а я пошел на вершину холма, подслушать, что говорят чародеи.

Войско дракенгольдцев по-прежнему стояло цепочкой, оно не сдвинулось с места, ожидая велений своего короля. Я вновь увеличил восприимчивость звуковых и визуальных рецепторов СИЧУПа и принялся искать чародеев. В поле моего зрения попались Валя и Кральд, которые теперь сидели на траве и мирно беседовали.

– Что бы ни говорили о мессире Иване, – говорил Валя, – а он великолепный тактик. В мгновение ока сумел воспользоваться тем, что король неосмотрительно покинул ряды своего войска…

– Ну, – кивнул Кральд. – И ведь как здорово все вышло-то, а? Стампин же без флага поехал, сталбыть не на переговоры. И его сцапали. Все по-честному. Ну, теперь этим чародеям достанется. Коли мессир Иван королю всё о них доложит, Его Величество, думаю, прикажет всех чародеев повесить…

– Сомневаюсь, что мессир Иван это сделает. Зачем ему это? Всему свое время. Думаю, сейчас они ведут переговоры с королем. Интересно, что они попросят, и интересно, на что согласится Стампин.

Эх, Валя, знал бы ты, на что и, главное, за что согласится Стампин… Ты бы посмеялся.

– Одно ясно, – сказал тем временем Кральд. – Рубиться мы сегодня не будем. И то ладно. Не хочется мне против мессира Ивана воевать. И не только мне, думаю… Как там наши ребята?

– Готовы. Я сумел поговорить еще с девятью рыцарями, они согласились, что положение в королевстве выходит из-под контроля. Дождемся, однако, короля. Посмотрим, что он скажет. И действовать будем соответственно.

Молодец, Валя. Умный парень. Я принялся искать чародеев и вскоре обнаружил

хмурых Алегронда и старика с бородавкой. Их окружили еще пятеро в плащах, по виду – чародеи. Я увеличил громкость и услышал Алегронда:

– … положение критическое. Безмозглый ребенок дал Чундарку в руки огромный козырь – себя. Если Стампин узнает всю историю о похищении корабля…

– Этого нельзя допустить, – перебил Алегронда какой-то чародей.

Он стоял ко мне боком, и из-за низко надвинутого капюшона я не мог разглядеть его лицо.

– Магистр Самтрак весьма недоволен сложившейся ситуацией. Более того, он пребывает в гневе, а вы прекрасно знаете, что бывает, когда Магистр зол.

– Знаем, – Алегронд поежился. – Что рекомендует Верховный Маг?

– Он рекомендует пустить дело на самотек.

– То есть как? – удивленно спросил старик с бородавкой.

– Пусть все идет, как идет. Вмешиваться нет нужды. Но есть одна возможная сложность, которая Магистра беспокоит. Одним из условий, которое наверняка выдвинет Чундарк, будет изгнание чародеев из Мильора, отстранение их от власти. Именно это условие беспокоит Магистра больше всего. Тысячелетиями политические решения на нашей планете принимал Чародейский Совет. Мы не можем допустить, чтобы какие-то земляне изменили положение вещей. Магистра не интересуют ни земельные притязания Чундарка, ни его желание добраться до Источника, ни какие-либо другие политические требования. Но он просил обратить наше особое внимание на то, чтобы не допустить подписания указа против чародеев.

– И как мы можем этого не допустить? – поинтересовался старик с бородавкой. – Мы же не сумеем всемером штурмовать лагерь Чундарка. Прошу не забывать, что на его стороне воюют шестеро предателей-чародеев.

– Штурмовать лагерь нет нужды, – отозвался незнакомец в капюшоне. – Мы можем объединить нашу силу и применить направленное внушение на Стампина, заставив его не подписывать указ против нас. А если Чундарк потребует публичного выступления короля, мы можем не допустить речь младенца.

– Хорошая мысль, – одобрительно кивнул Алегронд. – Что ж, приступим.

Чародеи развернули коней и направились куда-то в сторону, пропав из моего поля зрения. Я вскочил и побежал к Ежи, рассказывать все, что узнал.

Ежи и Кригнор выслушали меня молча.

– Есть ли возможность снять это внушение? – спросил Ежи у Кригнора.

– Тот человек в капюшоне, которого видел мессир Иван – это Дилед, правая рука Самтрака. Маг второй степени. Могу предположить, что остальные маги, минимум, третьей степени. Соответственно, противиться их объединенной силе мы не сможем. Увы.

Ежи особо не расстроился.

– Ладно, черт с ними, раз не возражают против всего остального, пусть Стампин не отлучает их пока от власти. Потом разберемся с ними. Меня волнует одна проблема – почему они так спокойны относительно планов нашего вторжения в Стримнидский лес?

– Может быть, уверены, что мы не пройдем?

– Похоже на то. Мерзавцы. Ладно, пойдем. Стампин почти все указы уже подписал.

Мы вошли в шатер и увидели ребенка, который сидел с гусиным пером в руке, замерев над листом пергамента, и лицо его было напряженным. Увидев нас, он удивленно сказал: