Чародей
Шрифт:
– Ну, хорошо, и что дальше?
– Его старик обозвал меня ведьмой и стал распускать слухи о том, что я ворую людей для своих чёрных обрядов...
– А куда тогда они по-твоему девались!?
– возразил Эйрик.
– Феерден богат и влиятелен. Я думаю, ему не составляло труда оплачивать услуги наёмных бандитов... Он очернял моё имя долгие годы... Но это нас не останавливало, мы продолжали встречаться... А в один прекрасный день мы решили обвенчаться и убежать... Мы никому об этом не говорили, но видать даже у деревьев есть уши... Узнав об этом, старик просто взбесился.
– Печальная история, - произнёс Марк, всматриваясь в призрак девушки.
– Я уже смирилась с этим. Видать, по-другому просто быть не могло...
– Извини за вопрос, но что случилось с Хевардом?
– Он пришёл слишком поздно. Хевард в тот день отправился в соседнюю деревню за друидом, чтобы он нас обвенчал... Он пришёл уже тогда, когда бравые воины убили меня. Нескольких разбойников он убил. Остальные сбежали. То ли они испугались разъярённого Хеварда, то ли его отца, который бы с них кожу заживо содрал, если бы они хоть пальцем его тронули...
– девушка вдруг запнулась и всхлипнула.
– Да уж, херово получилось, - протянул Эйрик.
– А что стало с Хевардом? Кто его проклял?
– Его прокляли?
– удивилась девушка. Она подошла чуть ли не вплотную к чародею и посмотрела ему прямо в глаза.
– Что с ним? Его обратили в чудище?
– Нет, нет, - прервал её Марк.
– Он ни в кого не превратился... Хевард бессмертен.
– Бессмертен? Ох. Я даже не знаю, радоваться ли мне или горевать...
– Я не знаю... Но ты можешь помочь нам снять с него проклятие. Вспомни, что случилось, когда вы в последний раз виделись...
– Я видела его в последний раз, когда он зашёл ко мне в башню... После этого он много раз приходил. Но я видела его только издалека, я не могла выйти из башни. Будто меня здесь что-то держало.
– Вспомни, может, кто-то из разбойников сказал проклятие? Любое плохое слово в его сторону.
– Нет, я не знаю, что они ему говорили, мне было слышно лишь звон металла. Но когда он зашёл в башню и увидел кровь на полу, то сказал, что не успокоиться до тех пор, пока не изведёт со свету всех моих обидчиков...
– Вот тебе и проклятие...
– вздохнул Марк.
– Выходит, он сам себя проклял.
– Я слышал, что те, кто ходил с ним на ведьму, давно уже померли, - присоединился к разговору Эйрик.
– Вот только старика Феердена, я слыхал кондрашка хватила. Причём умер он в своей постели, обычной смертью.
– Значит, он не сумел убить своего отца, или не успел... Поэтому проклятие не получается снять... В любом случае, это проклятие связано с тобой, Беатрис. Я думаю, если похоронить твоё тело, то твоя душа успокоиться, а вместе с ним, возможно, уйдёт и проклятие.
Девушка кивнула головой: - Вы поможете мне? Я очень устала от одиночества...
– Покажи Эйрику, где лежат твои кости, а я пока присмотрю уютное местечко в саду.
Тихо скрипел ясен на ветру,
– Что ж ты такое тёмное место выбрал?
– спросил только что подошедший Эйрик. В его руках были лохмотья, с которых выглядывала кость руки.
– Зато под деревом уютно будет, - возразил Марк, опираясь на лопату, которую кто-то забыл в саду.
– Ох, не хотел бы я рядом с тобой помереть. Ты в камнях зароешь...
– Может, вы приступите к делу?
– спросил призрак девушки.
– Мне неловко вас отвлекать. Но я хочу, чтобы все уже побыстрее закончилось.
– Ах да...
– Эйрик выложил кости в правильном порядке в могилу.
– А теперь скажи: "Вернись в мир живых", - сказал призрак.
– Это ещё нахрена?
– спросил Эйрик.
– Сдаётся мне, эти слова уж явно будут лишними, - ответил Марк, выпрямляясь.
– Нет, ни сколько, - ответил призрак и шагнул прямо в Эйрика. Тот хотел было отпрыгнуть, но в последний момент замер, его глаза потупились прямо перед собой, будто ничего не замечая.
– Вернись в мир живых, - сказал он и положил череп к костям.
– Стой!
– крикнул Марк. Но не успел. Только череп занял своё место, как призрак вышел с него, а затем вдруг засветился зеленоватым светом. Кости притянулись к призраку. Прозрачная фигура девушки стала в один момент настоящей. Чёрные волосы стали развеиваться на ветру, зашевелились полы платья. В один момент милое личико постарело на десятки лет: появились морщины, нос вытянулся и ссохся, руки высохли, а ногти стали большими как у волка.
– Ах, сколько я этого ждала, - промолвила Беатрис совсем другим - старческим, хриплым, противным голосом.
– Наконец, теперь я свободна!
– Вот ты ж стерва старая!
– крикнул пришедший в себя Эйрик.
– Ты нас обманула!
– Как жаль, - засмеялась ведьма.
– Ты мне помог, я сварю тебя первого.
– Значит, это всё-таки ты прокляла Хеварда?
– спросил Марк.
– Я? Да... Я... Это я его прокляла... Скажи... Он мучается?
– спросила Беатрис, при этом продолжая превращаться в ужасную старуху, которой на вид было лет триста.
– Нет. Он жив, и похоже вполне себе наслаждается жизнью.
– Наслаждается? Ох, значит, пора навестить его. Пол столетия одиночества... Я буду долго его мучить... После того, как сварю с вас ужин.
– Попробуй, - сказал Марк. Его ладонь засветилась оранжевым светом.
– Чародей? Могучий. Много сил я с тебя получу.
– Попробуй взять, - ответил Марк. Его ладонь засветилась, и вокруг ведьмы вспыхнули несколько факелов, расставленных там заранее, осветив круг, сделанный с белого порошка. Завидев его под ногами, ведьма закричала, кинулась к ним, но ударилась об невидимую стену.