Чародей
Шрифт:
Марк с Яном переглянулись. Обоим это путешествие уже порядком поднадоело и терять единственную ниточку, связывающую их с таинственной школой чародеев не хотелось.
Ян с явным недовольством вздохнул и положил четыре золотых монеты на стол.
– Мы согласны, - сказал Марк, нахмурившись.
– Вот и отличненько. Собирайтесь, поедем...
– Эйрик поднялся из-за стола, шатаясь, допил последнюю кружку.
– Может, ты проветришься для начала?
– По дороге проветримся! Пошли! Если сейчас выйдем, то за сутки доберёмся.
– За сутки? Ты содрал с нас лошадь всего за день езды?
– возмутился
– Ага. Неплохая у меня работа, да?
– ответил Эйрик и поплёлся к выходу.
– По буграм, по полям дивизия идёт. Там деревню спалит, там курицу украдёт, - Эйрик отхлебнул с бутылки и потянул за поводья.
– Ноо. Куда пошла!
– кобыла фыркнула и повернула с дороги на тропинку, петлявшую меж высоких холмов, за которыми выглядывали громадные скалы, верхушки которых покрывали бело-серые снежные шапки. Холодное дыхание севера начинало ощущаться даже здесь. Почти все деревья и кусты стояли без листьев. Ледяной ветер пробирался под тёплую одежду, а навстречу им летели одинокие снежинки, падая и растворяясь на лицах незваных гостей.
– Войска Альхельмские лесами шли. Пока партизанскую стоянку в лесу тёмном не нашли...
– Эйрик допил бутылку, покрутил её перед собой и спрятал в тюки, а за место неё достал полную.
– Зря мы тебе наперёд заплатили...
– сказал Марк, наблюдая, как тот откупоривает следующую бутылку. Эйрик забрал обещанную лошадь и теперь Марку приходилось ехать на одной лошади с Яном. Сидеть было неудобно, и он то и дело сползал с лошади.
– Если бы вы не заплатили - я бы не поехал. Ик... Партизаны, завидев войска, принялись точить мечи. Но войска поганые к нашим не дошли, застряли в непролазных болотах. И на корм болотным чудищам пошли...
Допеть ему не дала лошадь. Она вдруг шарахнулась в сторону, а сразу за этим раздался треск в лесу. Разлетелись в разные стороны чёрные, как сажа вороны, а сразу за этим с леса выскочил громадный кабан. Большой, как бык. С большими, закрученными клыками и высокой, лохматой холкой.
Громадная туша пронеслась прямо перед ними, выбивая громадными копытами кочки мёрзлой земли. Следом за кабаном с леса выскочили один за другим два гончих пса: высокие, худые, с выпирающими из кожи мышцами. Не успели примятые псами ветки кустов вернуться на прежнее место, как их тут же сломали башмаки. Ихними обладателями оказались несколько невысоких, коренастых людей с луками, одетыми в тёплые шубы. Один из них на ходу вскинул лук, и не целясь выпустил стрелу. Кабан завизжал, споткнулся, а затем покатился по земле. Хряк попытался подняться, но в него тут же вцепились зубы гончих псов.
– Северяне охотятся...
– нарушил молчание Эйрик.
– Я вот посмотрел на этого кабанчика и так кабанины захотелось. Жареного, на вертеле, да с приправами. Ммм...
– мечтательно протянул он.
– Здесь деревня неподалёку. Наведаемся? А? Все ровно по дороге.
– Ну раз по дороге...
Эйрик посмотрел голодным взглядом на кабана, спрятал бутылку и потянул за поводья: - Давай! Пошла родимая. Нам ещё к ужину успеть надобно!
Совсем недалеко, за холмами, действительно оказалась небольшая деревня, раскинувшаяся на берегу скалистого берега, о который разбивались барашки волн. До самого горизонта
От открывавшегося пейзажа захватывало дух.
Марк вдохнул полную грудь воздуха, пахнущего солёной морской водой и промолвил: - Как красиво...
– Ясен пень, - ответил Эйрик.
– Это же север. Скалы, снег, бескрайнее море... Эх был бы я поэтом - непременно бы сочинил песню про эти места... Да что уж там говорить... Ну, пойдёмте, пейзажи никуда не денутся... Полюбоваться можно и вечером, а вот кабанчик вполне может закончиться, - сказал он, и спрыгнув наземь, повёл лошадь за собой. Марк, в предвкушении шикарного ужина последовал его примеру, так как ехать сзади было чертовски неудобно, да и размять ноги после езды было неплохой затеей.
Маленькая деревушка насчитывала всего десяток домов, несколько больших зданий, служивших наверняка складами и небольших размеров корчму. Видать, здесь нечасто бывали гости, так как по сравнению с другими учреждениями, повстречавшихся им на пути - эта была совсем маленькая, рассчитанная человек на десять. Рядом с корчмой стояло несколько недостроенных рыбацких лодок, сидели рыбаки в окружении разномастных кошек, которые с нетерпением ждали, когда им перепадёт что-нибудь с улова. Несколько женщин стирали бельё прямо в море, а на причале, сделанном из толстых брёвен игрались детишки.
Марку хотелось постоять на причале, подышать морским воздухом. Даже появилась безумная идея - покататься на лодке, самому поуправлять. Хоть он этого ни разу ещё не делал. Но Эйрик потащил их сразу в корчму. На удивление там оказалось многолюдно. Почти все столики были заняты посетителями - суровыми мужиками с мечами, топорами и луками. Они пили и шумно обсуждали, каждые своё. Запыхавшийся корчмарь то и дело бегал меж столами, наполняя кружки и меняя пустые тарелки на полные.
– Да у них тут целая своя армия, - сказал Ян, рассматривая людей.
– Чего вылупился?
– спросил его мужик с большим, рваным шрамом на лице.
– Место выбираю, - невозмутимо ответил Ян.
– Будешь сюда смотреть - найдёшь! На кладбище!
– мужик засмеялся.
Ян ему ничего не ответил. Он сел за единственно свободный соседний столик. Марк только было хотел присоединиться, но тот мужик снова повернулся к ним: - Здесь занято, - сказал он, демонстрируя выбитые передние зубы.
– Ещё раз сюда развернёшься, и будешь говорить с моим молотом, - ответил ему Эйрик, демонстративно поставив молот на пол.
– Ну как хотите... Я предупредил, - ответил тот и развернулся.
Эйрик немного постоял, ожидая драки, но ничего не происходило, тогда он оставил молот и раздосадованным взглядом посмотрел на бегающего меж столами корчмаря: - Ладно... Пойду, закажу нам что-нибудь, не то до вечера голодными будем.
Только он отошёл, как тут же дверь отворилась. В корчму зашли трое. Марк их сразу узнал, это именно они сегодня охотились на кабана неподалёку от деревни. Самый высокий из них, в тёплой шубе, подошёл к их столу и треснул ладонью по башке мужика, который к ним приставал: - Я же просил придержать мне место.