Чародей поневоле
Шрифт:
– Странная, очень странная клятва, – буркнул он, – и все же в глубине души я никогда не сомневался в тебе, поэтому я благословляю тебя.
Еще бы, сказал про себя Род, клятва накрепко связала его с Грамараем. Но он все же оставил себе лазейку, через которую впоследствии надеялся ускользнуть.
Меч скользнул обратно в ножны. Дух повернулся, бросив через плечо:
– А теперь, следуй за мной. Я покажу тебе ходы внутри этих стен.
Они подошли к стене. Дух ткнул в нее длинным костлявым пальцем.
– Попробуй сдвинуть вот этот камень.
Род уперся
– А теперь иди и исполняй свой долг, – сказал высокий и величественный призрак. – Но помни свою клятву, Человек, и не сомневайся в том, что ежели ты преступишь ее, первый из герцогов Логайров будет стоять подле твоей постели, покуда ты не сдохнешь от страха.
– Он меня определенно утешил, – буркнул Род себе под нос и принялся ощупью спускаться по заросшим мхом ступеням, насвистывая «Никогда тебе не гулять одному».
На сей раз дверь на сеновал была не заперта, и Род еще в коридоре услыхал богатырский храп Тома. Род остановился в дверях, пожевывая соломинку. Затем вернулся в коридор, вынул из подпорки факел и, держа его перед собой, осторожно заглянул в комнату. Ну, просто, чтобы убедиться, что никто не потребует с Тома поутру алименты.
Колеблющееся пламя факела осветило могучую фигуру здоровяка-крестьянина, наполовину прикрытую плащом. Его медвежья лапа нежно обнимала мягкое округлое тело блондиночки, одетой (или раздетой) не более, чем он. Ее маленькие упругие груди были прижаты к боку великана, а голова с разметавшимися в беспорядке волосами покоилась на его плече. Загорелая ручка по-собственнически охватывала широкую, как пивной бочонок, грудь Тома.
Род нахмурился и подошел ближе, чтобы получше разглядеть ее. У девушки было тонкое лицо со вздернутым носиком и маленьким, довольно улыбающимся ротиком.
Она явно не имела ничего общего с брюнеткой, приставшей к Роду в коридоре. Он удивленно хмыкнул. Значит эта дева не кинулась к слуге, когда ей отказал хозяин.
Возможно она попросту была недостаточно расторопна... Но нет. Большой Том с радостью ублажил бы обоих.
Он поставил факел на место, вернулся на сеновал, с завистью и с восхищением взглянул на Тома и, не снимая камзола, рухнул на кучу сена, служившую ему постелью. На него сразу же нахлынули воспоминания, Род зевнул, подложил руку под голову и задремал.
– Человек по имени Гэллоуглас! – раздался в помещении зычный голос.
Род рывком сел. Девушка встрепенулась, а Том выругался.
Над ними, светясь во тьме холодным светом, возвышался призрак.
Род вскочил на ноги, бросив быстрый взгляд на Тома и девушку.
Та, дрожа от страха, прижалась к заросшей густой шерстью груди великана. На лице Тома застыло выражение мрачного (возможно от испуга) вызова.
Род взглянул на духа – рослого воина с очень тонким и сильно вытянутым лицом, закованного в пластинчатые латы. К его бедру была пристегнута
Напомнив себе, что он – босс, Род вперился в бездонные глаза призрака самым надменным взглядом, на который только был способен.
– В каком хлеву ты вырос, – рявкнул он, – что столь бесцеремонно врываешься к джентльменам?!
У духа отвисла челюсть и вылезли на лоб глазницы. Сбитый с толку, он уставился на Рода.
Смертный поспешил воспользоваться достигнутым преимуществом.
– Говори, но повежливее, иначе я спляшу на твоих костях!
Призрак содрогнулся. Род попал в точку. Очевидно, существовала некая связь между призраком и его бренными останками. Род отметил в памяти, что следует отыскать могилы всех участвующих в деле духов.
– Прошу прощения, милорд, – промямлил призрак. – Я не хотел никого оскорбить. Я лишь...
Род прервал его излияния.
– Раз уж ты потревожил мой сон, так выкладывай: что привело тебя ко мне?
– Вас зовет...
Род снова перебил его.
– Никто не может звать меня.
– Извините, милорд, – поклонился дух. – Милорд Логайр нуждается в вас.
Род бросил на него испепеляющий взгляд, затем со вздохом взял лютню.
– Ну, если уж связался с духами, покоя не жди. – Он вскинул голову. – Горацио Логайр?
– Он самый, милорд.
Служанка ахнула.
Род вздрогнул – он напрочь забыл про невольных свидетелей. К полудню весть о происшедшем разнесется по всему замку.
– Ну, – сказал он, вешая лютню на плечо, – веди.
Дух еще раз поклонился, повернулся и указал рукой на стену.
– Погоди, – рявкнул Род, решив, что лучше оставить в тайне существование потайных ходов. – Ступай к милорду Логайру и скажи ему, что я скоро буду. Он забыл, что я не могу, подобно тебе, проходить сквозь стены.
Дух обернулся, недоуменно нахмурившись.
– Но, милорд...
– Ступай к милорду Логайру, – рассвирепел Род.
Призрак испуганно съежился.
– Как вам будет угодно, милорд, – поспешно пробормотал он и скрылся. Во внезапно опустившейся тьме девушка со всхлипом выпустила из легких воздух.
– Эй, хозяин? – осведомился Том спокойным, лишь слегка удивленным голосом. – Ты что, теперь тусуешься с духами?
– Да, – отрезал Род и распахнул дверь, гадая, где это Том подцепил словечко «тусоваться».
Он пристально взглянул сузившимися глазами на освещенную льющимся из коридора светом парочку.
– Если кто-нибудь, выйдя отсюда, обронит хоть слово, вам обоим гарантирован беспокойный сон и полуночные гости.
Глаза Тома сузились, но девушка задрожала от страха.
Отлично, – подумал Род. – Я угадал источник ее дохода.
Теперь она, как пить дать, будет держать рот на замке.
Он резко повернулся и захлопнул за собой дверь. Большой Том, конечно, утешит ее, а лихое обращение хозяина с духами наверняка поднимет в глазах девушки авторитет слуги. И она, безусловно, никому не проболтается об увиденном, что тоже неплохо. Для человека, который не верит в магию, Род и так уже слишком прославился как чародей.