Цена клятвы
Шрифт:
— Теперь понимаешь, почему я пришла с этим к тебе? Логично привлечь к допросу человека, который разбирается в деле и может обсуждать его предметно. За это будет отдельная плата. Герцог щедр.
— С каждым днем ты меня все больше удивляешь, командир, — Джерт снова натянул беззаботное выражение лица и обулся. — Надеюсь, это веселье будет стоить звона в шарах. Между прочим, латанийки у меня еще не было, и я окучивал ее с момента прибытия в замок. А ты вот так запросто разрушила мою мечту!
— Так возьмешься за дело?
— Давненько не приходилось
— Ну наконец-то, — усмехнулась Артанна. — Оказывается, и тебя можно хорошенько взбесить.
Медяк наградил вагранийку ледяным взглядом.
— Не советую, командир. Не советую.
— Ты опоздал, — гневно прошептала леди Эльтиния. — Где тебя носило? И выглядишь, как простолюдин. Почему ты не надел дублет, который я прислала?
Вдовствующая герцогиня взяла сына под руку и торжественно проследовала к центру огромного бального зала. Несмотря на обилие роскошных тканей и драгоценностей, выглядела она ослепительно элегантно.
— Я чертов имперский казначей. По-твоему, у меня есть время думать о тряпках? — прошипел ей на ухо Демос, продолжая раздавать гостям улыбки.
«Знала бы ты, сколь захватывающее путешествие мне пришлось пережить».
— Чем старше ты становишься, тем несноснее себя ведешь.
— Готов утверждать о тебе то же самое.
«Семейные ценности. Это так мило».
— Хотя бы сейчас оставь свою бессмысленную браваду и поприветствуй гостей, — отрезала мать.
Демос призвал остатки самообладания, вежливо улыбнулся матери.
«После смерти отца при дворе ходили робкие слухи, что его безвременной кончине поспособствовала матушка, воспользовавшаяся услугами эннийских отравителей. На его месте я бы с радостью выпил любой яд. Она совершенно невыносима».
Немногим позже, сославшись на духоту, Демос поспешил ретироваться на свежий воздух. Левый висок угрожающе разнылся, ознаменовав приближение нового приступа мигрени. Широкая терраса, украшенная мраморными статуями полуобнаженных дев с кувшинами на плечах, пустовала. Вдалеке слышался звонкий смех прогуливавшихся по саду гостей.
Демос сел прямо на ступеньки узкой боковой лестницы, что спускалась к рукотворному садовому ручью, достал курительные принадлежности и принялся аккуратно заталкивать табак в трубку. Он знал, что Ихраз наблюдал за ним, но понять, откуда, не мог. Реши они поиграть в прятки, энниец не оставил бы ему ни единого шанса на победу.
Распорядитель празднеств снова удивил. Маленькие свечи в стеклянных подсвечниках были подвешены к крыше террасы на тончайших проволоках, создавая иллюзию парящих в воздухе огоньков. Здесь, в окружении уютного сияния, Демос чувствовал себя гораздо комфортнее, чем в ярко освещенном многолюдном зале.
«По крайней мере, можно ненадолго спрятаться».
Прием вымотал Деватона окончательно. Герцог поднес
«Только тебя не хватало. Ты ошибаешься, если думаешь, что сейчас я вскочу и начну отбивать поклоны. Это неофициальный прием, и никто не обязан расшаркиваться».
— Ваша светлость? — гацонец умело разыграл удивление и остановился подле хозяина дома, созерцавшего звезды, развалившись на мраморных ступенях. — Какая неожиданность, право слово!
— Отличный вечер, не правда ли? — не глядя на короля, произнес Демос. — Такое чистое небо, кажется, еще немного — и можно разглядеть Хрустальный чертог.
«Тонкий намек на то, что ты сейчас некстати. Соизволит ли ваше напыщенное величество его понять?»
— Прелестная погода, — согласился гацонец. — Раз уж мы столкнулись, я хотел представить вам мою дочь Витторию.
«А вот это нечестно, хитрый ты лис. Я не могу не проявить учтивости к даме».
Зажав мундштук дымящейся трубки в зубах, Демос нашарил рукой трость и с трудом поднялся на ноги. Виттория присела в безукоризненном реверансе. Деватон поклонился в ответ и поцеловал руку молодой женщины.
Она, несомненно, была хороша собой. Довольно высокая для гацонки, грациозная и, вопреки имперской моде, не стремилась достичь мертвенной бледности лица. Темные волосы молодой женщины скрывались под громоздким головным убором в виде двух рогов. На лицо Виттории спадала полупрозрачная вуаль, но Демос помнил, что оно было красиво редкой при столичном дворе яркой южной красотой. Многослойное платье с длинным шлейфом усыпали бесчисленные переливающиеся жемчужины — знаменитое сокровище Гацоны.
Однако всю картину портил полный холодной надменности взгляд. Ни один мускул на лице Виттории не дрогнул, когда Горелый лорд улыбнулся ей мерзейшей из улыбок.
«Это отвратительно, но, проклятье, мне нравится. Несгибаемая спесь! Нерушимая уверенность в собственном превосходстве над всем миром. Либо это защита, либо безрассудная смелость».
— Леди Виттория, — церемонно поклонился Демос. — Я поражен.
«Зато теперь она рассмотрела поближе все мои ожоги и шрамы. Девчонка молодец — не выказала ни испуга, ни отвращения. Прекрасное воспитание».
— Вы очень добры, ваша светлость, — Виттория исполнила еще один безупречный реверанс и замолчала.
Деватон учтиво улыбнулся и обратился к ее отцу:
— Признаюсь, ваше появление застало меня врасплох.
— Такова уж моя дочь. Слишком хороша, чтобы не помутить мужской рассудок, — усмехнулся Энриге, поглаживая напомаженную бородку. — Берегитесь, лорд Демос. Пред чарами Виттории никто не может устоять.
«Как знать».
— Надеюсь, вам передали мое приглашение? — сменил тему казначей.