Цена добра
Шрифт:
«Учителя, которым дети обязаны воспитанием, почтеннее, чем родители, которым дети обязаны лишь рождением: одни дарят нам только жизнь, а другие – добрую жизнь».
Когда горцы строят дом, они долго ищут камни для фундамента, молодые вместе со старожилами обходят места, где можно найти выносливые и крепкие породы камней. Ведь прочность дома зависит от фундамента, он должен выдержать десятилетиями и веками стены, этажи, крышу. В таком доме после того, как воздвигнуты стены, фундамент не подведет. Он там глубоко, понимает свои обязанности, свою миссию, что он воздвигнут на века. Фундамент – крепкость и сила, он крепко знает свое дело, уверенно держит на себе тяжесть стен и крыши и все природные аномалии и катаклизмы. В каждом малом и большом учреждении и во властных структурах тоже есть такие люди-фундаменты, знающие все и несущие на себе все малое
Могла ли я предугадать тогда, в 1968 году, увидев фото молодой, стройной и красивой женщины в газете, что между нами в дальнейшем появится такой радужный мост, который одним концом опирается в мое сердце, а другим – в ее сердце. Я мечтала живой увидеть ее и потрогать эту заветную Звезду Героя вместе с орденом Ленина. На первый случай я вырезала из газеты ее снимок и положила его между страницами записной книжки. Дополняя свои записи, я каждый раз останавливала взгляд на этом газетном снимке и находила что-то новое, ранее не замеченное. В ее лучезарном облике преобладал какой-то неуловимый свет. Я долго не могла понять, что это, и вдруг, как пробивает солнечный луч темную тучу, ясно и четко увидела в ее образе такую раскрепощенность и абсолютную свободу, на ум пришли слова:
Я душу выпустила из темницы —Лети, душа, быстрее вольной птицы,Но не ослепни от хмельных лучей,От бурной радости не опьяней!Порой свобода вроде наважденья,А жизнь хитра,В ней взлеты и паденья.Не забывай про солнечную высьИ часом от земли не отрекись.Тебя, поверь, я вовсе не пугаю.Но знай, чем круче,Видя цель вдали,Корнями ухожу я в глубь земли,Тем свободней небо достигаю.Не всем дана свыше эта неукротимая свобода. Такая свобода переплетена из лучших качеств характера. Прежде всего она утверждает веру в себя, в свои силы, будто стучит во всей крови: «Я смогу, я сделаю это!» Свобода натуры дает человеку возможность выбора своей тропинки, какой бы эта тропинка ни оказалась каменистой или колючей, помогает одолеть невзгоды и уверенно идти к своей цели.
Свобода и раскрепощенность вложены в натуры многих женщин гор. Но не все родители понимают значение этих качеств для становления личности, они, часто читая детям назидания за назиданиями, незаметно убивают в них ростки самостоятельности и свободы, стараясь направить их – повторить свой закабаленный рутиной жизненный путь.
Хамис Абдусаламовне очень повезло с родителями. Они никогда не ограничивали ее желания и мечты, наоборот, внушали ей, что она все сможет, если стараться и если сердцем и душой будет любить то, к чему стремится. Но у стремления должны быть благая цель и мечты, в один момент мечты могут лопнуть, как воздухом надутые шары, если не научиться трудиться. «Только труд возвышает человека и в собственных глазах, и в сознании людей. Надо надеяться только на себя», – часто твердил детям отец, закрепляя свои уроки пословицами, поговорками, притчами, сказаниями и примерами из жизни.
Хамис Абдусаламовна запомнила все отцовские мудрости, не только она их знала, но и все близкие люди, друзья. Он пользовался большим авторитетом, был примером для многих сельчан. У них в семье был свой метод воспитания – ни отец, ни мать Патимат никогда не повышали голос на детей. Легко ли было в те тяжелые годы воспитывать семерых детей. Время было трудное, но в доме не утихали смех, шутки, всегда царил порядок. Все, от самых маленьких до старших, учились легко, трудились усердно. Каждый разговор в семье, каждая беседа родителей всегда переходили к теме труда, они вырабатывали в детях трудолюбие. Личным примером, строгим контролем старались подчеркивать результаты стараний детей, хвалить за успех.
Хамис всегда молча и почтительно слушала отца, ни одно его золото мудрости не падало впустую, его уроки оставались
В их большой дружной семье никогда не говорили о мелочах, и главным достоинством семьи было умение довольствоваться тем, что есть, даже немногим, они умели радоваться жизни. Абдусалам нередко рассказывал детям историю Дагестана, о тех, кто, уходя в землю, оставлял здесь доброе имя, следы мужества. Он ценил традиции и обычаи гор, этому учил и детей. Хамис никогда не бывало скучно, потому что дружила с книгами, читала много. Это превратилось в страсть. Эти друзья никогда ее не подводили и в своей Усише, и учась в Дербенте. Она всегда выделялась своей начитанностью и широким кругозором. Ее детство выпало на трудные военные и послевоенные годы, и она умела молча переживать и сопереживать невзгоды, которые выпали тогда на долю ее земляков.
С годами она стала во всех отношениях свободной, она сама ковала свою жизнь, родители не мешали ей, а, наоборот, радовались и поддерживали дочку, когда она решительно объявила о своем желании поступить в Дербентское педагогическое училище. Окончив училище, она вернулась в родной свой Дахадаевский район, стала воспитателем детского дома. Первые дни Хамис не могла спокойно смотреть на этих детей. Познавшая на себе родительское внимание и материнские ласки, она по-настоящему переживала, видя в глазах сирот глубоко затаенное страдание, поэтому старалась максимум выкладываться, даря детям ласку, заботу и внимание, так, чтобы притупить или как-нибудь рассеять боль в их маленьких и неокрепших сердцах.
На этой работе Хамис сразу повзрослела. Вспоминая, как растила ее мать, она старалась окружить всех материнской любовью и теплотой. Она всецело принадлежала этим беззащитным и одиноким детям. Если случалось, что кто-то из детей заболеет, молодая воспитательница проводила бессонные ночи у постели больного. Дети поначалу вели себя замкнуто, тяжелый и какой-то взрослый, совсем не детский взгляд их глаз не подпускал близко к себе никого. Оттаивали дети долго, но старания и самоотдача работников детского дома, их неподдельная любовь и забота сделали благотворное дело. Они поняли, что их здесь любят, стали подходить к Хамис, делиться с ней, а затем рассказывать о сокровенном, так что между воспитателем и ребенком не оставалось никаких тайн. «Наконец – победа! Значит, я все делаю правильно», – повторяла она с радостью. Каждого ребенка Хамис полюбила как собственного. Она полюбила свою работу, видела ее плоды, набиралась профессионального, житейского опыта. И всегда мечтала, и строила планы на будущее. Мечты бывали разноцветными, конечно, всегда в радужных тонах. Она понимала, что способна на большее, тяга к знаниям и совершенствованию не давали покоя. Наконец, Хамис определилась с очередной целью своей жизни – получить высшее образование. И однажды на рассвете, высоко подняв голову и любуясь бирюзовым небом, она произнесла запомнившиеся стихи:
О, благослови меня, Аллах,Чтоб страсть в груди кипела,И птицей набирала высоту,И черную грозу встречала смело,И молнии ловила на лету!И снег, и дождь, и ветер тугокрылый,И ночь, и солнце в крови кипели.Хамис решила поступить в Дагестанский женский учительский институт. Отец поддержал решение дочери, потому что тогда район нуждался в специалистах с высшим образованием. Она выбрала профессию педагога, стала учителем русского языка и литературы. И, впервые переступая порог вожделенного института, вспомнила слова отца и произнесла: «Помни, что ты должна быть первой, а это нелегко, не пускай время по ветру, труд, еще раз труд. Мой дед любил повторять, что труд подливает керосин в потухающую лампу, и она снова освещает все вокруг, а керосин жизни для человека – трудолюбие. В жизненной арбе должны быть три скакуна – труд, вера в себя и стремление к знаниям». Эти уроки она освоила сызмальства, поэтому стала царицей своей судьбы. И уже на первом курсе за отличную учебу ей вручили собрание сочинений ее любимого писателя Л. Толстого. Она старалась не выпячиваться, мало разговаривала, много читала и занималась, вела записные книжки, куда заносила свои впечатления, умные высказывания, полюбившуюся притчу, наставления преподавателей.