Целитель 8
Шрифт:
— У тебя есть мысли на этот счёт, парень? — посмотрел на меня исподлобья Славский.
— Так, чтобы гарантированно не помереть и избежать многочисленных жертв? Нет, нету. В идеале, если эту тварь получится заманить в укромное место, где нет гражданских и обычных солдат. Те и те станут для него всего лишь кормом. Но он уже проявил осторожность. Заманить такого противника в ловушку будет крайне сложно. Если в принципе возможно.
— Иначе говоря, в скором времени нас всех придут убивать, — резюмировал Славский.
— Не обязательно всех. Точнее, не сразу всех. В первую очередь придут убивать меня.
— Скромности тебе не занимать, — хмыкнул Славский.
На что я пожал плечами. Готов заплатить, чтобы это было всего лишь проявлением самомнения. Но кто же предложит-то?
Обсуждение затянулось до вечера. С моего разрешения (надо отдать Славскому должное, он всё же поинтересовался, что я думаю на этот счёт) были приглашены другие командиры уровня Стародубова или выше.
Ход понятный. Лучше сразу всех в курс дела ввести, чем потом сто раз пересказывать. Вот только там, где собирается больше одного человека, всегда начинаются конфликты точек зрения, мнений и представлений об окружающей реальности. А уж когда офицеров с десяток собирается и тема настолько неприятная, то и вовсе это может быстро скатиться в бедлам.
Выслушали-то меня молча. А вот потом… К концу собрания кабинет был прокурен, мои нервы потрёпаны, а вера в человечество померкла. Потому что основное, на чём настаивали командиры, что пусть приходит кто угодно, всех победим. Прямо этого почти никто не говорил, но излишний оптимизм присутствовал.
В конце я сослался на то, что мне нужно отдохнуть, и свалил вместе с Эммой. Что было нужно, рассказали, а дальше военные пусть сами решают, как им быть.
— Как тебе? — спросила девушка, когда мы вышли.
— Они недооценивают угрозу. А в остальном, если я в чем и уверен, так это в том, что мертвец не согласится играть по нашим планам.
— У тебя самого-то есть мысли, как решить проблему?
Я посмотрел на Эмму достаточно выразительно, чтобы не отвечать. Мысли-то были. У меня богатый опыт, чтобы предложить решение. Проблема в том, что большинство решений работают, когда противник плюс-минус равен, а не когда он значительно сильнее по всем параметрам. В этом случае работает только одна стратегия — удивить, подловить, воспользоваться чужой гордыней. Но и это обламывается о то, что наш враг осторожен. Поэтому ряд заготовок я сделаю, как раз поэтому и ушёл пораньше с собрания, а как оно будет — кто знает.
Откровенно говоря, наше положение сомнительно.
Сегодня мы на новую вылазку отправляться не стали. Смысл проредить мёртвых по границе в том, чтобы я быстро смог набрать силу. Но мы набрали кристаллов, в которых также содержалась «сила бога», поэтому на сегодня у меня порция имелась. Тьфу, блин. Порция. Никогда не думал, что превращусь в существо, которое будет пожирать квинтэссенцию самой смерти и человеческих страданий.
От одной этой мысли тошно стало. Но ничего. Потерплю. Как бы цинично это ни звучало, но люди, из чьих страданий эти камни и сделали, уже принесли свою жертву. Мне остаётся её принять и пустить на благое дело. Это куда лучше, чем если бы кристаллы пустили на создание новых мёртвых.
Собрание мы покинули где-то в районе шести вечера, когда солнце клонилось к горизонту. В следующие
И не зря.
Самый лучший вариант для нас заключался в том, чтобы мертвец взял отпуск на пару недель. Тогда бы я смог из этой передышки выжать максимум. Неизвестно, хватило бы этого, но шансы бы точно повысило.
Но этот гад поблажек нам давать не стал. Явился в эту же ночь, где-то в районе десяти вечера. Я сидел медитировал, когда ощутил, как по небу пронеслось нечто.
— Привёрся, — открыл я глаза и предупредил Эмму.
— Началось? — спросила она, тоже выйдя из медитации.
— Сейчас и узнаем. Пока только пролетел и ушёл в сторону. Пошли встречать тварь.
Быстро проверив броню, в которой медитировать было не очень удобно, но тут уж не до излишеств, я подхватил меч и отправился на улице. Пора поднимать тревогу и вступать в битву.
Глава 13
Наш враг точно не лишён склонности к позёрству. Самое эффективное — внезапное нападение. Военные могут бравировать сколько угодно, но я знал, что конкретно этому мертвецу хватит силы уничтожить штаб, особо не напрягаясь.
Но он этого делать не стал. Приземлился у главных ворот, метрах в ста, дал себя разглядеть. Это случилось приблизительно в то же время, когда мы вышли, сообщив, что враг появился.
Надо сказать, что в этот момент на базе располагалась пара тысяч человек минимум. Я не уточнял, но того, что видел, хватило оценить. Десятки зданий, многочисленные склады и парковки, где стояли военные машины, площади тоже соответствующие. Когда завыла сирена, вся эта масса пришла в движение.
От центрального въезда мы находились относительно недалеко. Метров двести или около того. Я в этой точке хорошо чувствовал, где мертвец располагается, и с каждым шагом всё больше деталей выделял.
— Он не один на этот раз. Два мертвяка, элита. Виверна тоже есть или кто-то схожий, — предупредил я.
— Ненавижу их, — высказалась Эмма.
Замечание относилось к вивернам. Хорошо понятная нелюбовь к крылатым тварям, которые множество проблем доставить могли.
Мы и трети пути не прошли, как я ощутил росчерк энергии смерти, за которым последовал взрыв. Ворота разнесло, обломки вместе с чёрными осколками разлетелись. Кого-то из солдат сбило, кого-то сразу наповал убило. Я это воспринял… Да с полнотой соответствующих эмоций. Ненавистью, глухой злостью и яростью. Которые привычно подавил, сковал и спрятал поглубже внутрь себя. Против мёртвых надо сражаться хладнокровным. Так-то это всех адептов касается, но тут — особенно.
Военные в долгу не остались. Воздух загудел от задействованных сил, по коже пробежал холодок.
А дальше разразился ад.
Мертвец пережил все атаки, причём я чувствовал, что он и с места не сдвинулся. Когда первый залп закончили, последовал ответ. Вдоль стены располагались вышки, с которых тоже стреляли. Одну за другой их начало сносить. Мертвец бил с запасом. Чёрные ядра разносили сооружения, летели дальше, взрывались и осколками причиняли ещё больше разрушений. Солдат скашивало, пробивало здания. Прошла пара секунд — и упавшие осколки задымились, источая яд.