Цель мафии

Финелли Мила

Мы вышли на террасу и пошли по тропинке. Прошли мимо огорода Зии, который процветал благодаря ее таланту. Винодельня и виноградники находились слева, но мы свернули направо, к ферме. Мой сводный брат любил кататься на лошадях. Несомненно, Фаусто следил за обучением Рафа, формируя из него идеального преемника.

— Мы слышали, что ты был в Греции, а потом пропал, — заметил Зио Марко. — Куда ты поехал?

— На остров Канна. Это в Шотландских Гебридах.

— Звучит чертовски холодно.

— Так и

было, — усмехнулся я.

Алессио ничего не сказал, просто шел рядом со мной. У меня было странное желание взять его за руку, но эта история с парнем была в новинку. Пока я не знал, как он отнесется к публичным проявлениям привязанности. Не удержавшись, я провел тыльной стороной ладони по его руке.

Он натянуто улыбнулся.

Марко указал на загон.

— Вот так, — когда я проходил мимо, он схватил меня за руку. — После того, как закончишь здесь, пойди и извинись перед Зией.

— Обязательно, — я не хотел упоминать, что говорил с Зией из Шотландии. Она бы не рассердилась на меня.

В отличие от Фрэнки. Жена моего отца была бы в ярости.

Фаусто облокотился на ограду, наблюдая за тем, как Раф на пони прогуливается по территории паддока вместе с тренером. Мой сводный брат сидел в седле и выглядел как профессиональный наездник, даже в три года. Фаусто стоял к нам спиной, поэтому он не заметил моего приближения, но Марко уже сказал бы ему, что я у ворот. В поместье ничего не происходило без ведома Фаусто.

Раф заметил меня первым.

— Брат! — крикнул он, испугав своего пони, который начал гарцевать из стороны в сторону. Дрессировщик мгновенно схватил поводья.

Фаусто повернулся и окинул взглядом Алессио, а затем меня. Он нахмурился.

Раф перемахнул через ограду и помчался к нам. Я наклонился, чтобы схватить его, и поднял его за ноги, удерживая вверх ногами.

— Signorino! Come stai? (Господин! Как ты?)

Он засмеялся, когда держал его верх ногами.

— Джулио, ты пришел посмотреть, как я скачу? Все говорят, что я очень хорош, — он засмеялся, когда я позволил его рукам свисать к земле.

— Тогда я с нетерпением жду этого, — я поднял его перед лицом Алессио. — Поздоровайся с Алессио, Раф.

— Привет, — сказал Раф, смеясь.

— Basta, Раффаэле, — позвал Фаусто. — Возвращайся к своему занятию и дай мне поговорить с твоим братом.

—У него плохое настроение, — прошептал Раф, когда я опустил его на землю. Когда его ноги коснулись земли, он побежал обратно за ограду к своему пони.

— Ты не мог позвонить, чтобы сообщить нам о своем приезде? — Отец подошел к нам насупив брови.

— Mi dispiace, Papa,(Прости, папа,) — ответил я.

Подойдя, он поцеловал меня в обе щеки, а затем крепко обнял. Он пах так же, как в моем детстве, и я расслабился в его объятия. Мой отец был несокрушимым, одаренным от природы.

Для всего остального мира он был страшным криминальным авторитетом, il Diavolo, но для меня он был человеком, который воспитывал меня после смерти матери, человеком, который ввел меня в ндрину, человеком, который плакал, когда я от него ушел.

— Я думал, что ты умер, — прошептал он. — Никогда больше так со мной не поступай. Ti amo, figliо. (Я люблю тебя, сын.)

— Ti amo, Papa. Я все объясню, обещаю, у меня были причины. Вот, я хочу тебя кое с кем познакомить.

— У нас с тобой будет долгий разговор позже, — он перевел взгляд на Алессио. На его лице не было приветливого выражения. — Кто это? — он вздохнул и отпустил меня.

— Папа, познакомься, il mio ragazzo, (мой парень) Алессио Риччи.

— Снайпер, — Фаусто не улыбнулся и не дернулся. Просто уставился.

— Да, — Алессио не двигался, и стоял неестественно неподвижным.

— Алессандро. Твоя репутация опережает тебя, — мой отец протянул руку к Алессио.

— Алессио, пожалуйста. Рад познакомится, дон Раваццани, — он пожал руку моего отца.

Фаусто оглянулся через плечо

— Раффаэле, я иду в дом. Мне нужно поговорить с твоим братом.

— Ты уже говорил с ним! — крикнул Раф. — Папа останься и посмотри, как я катаюсь.

— Мне нужно работать. Веди себя хорошо с Бруно, — сказал мой отец, имея в виду конюха, дающего урок.

— Я приведу его, как только мы закончим, дон Раваццани! — воскликнул Бруно.

Мой отец поднял руку в знак благодарности, затем повернулся и повел нас к замку. Мы шли втроем бок о бок по тропинке, я был посередине. Отец сцепил руки за спиной, его шаг был медленным. Я знал, что он собирается с мыслями.

— После острова Санторини, — начал он. — Что случилось?

— Я отправился в Шотландию. На маленький остров на севере.

— И ты не мог позвонить?

— Нет. Это было небезопасно.

— Неужели я тебя ничему не научил? — укоряюще спросил он.

— Мне нужно было быть осторожным. А потом...

— А потом? — спросил он, когда я не закончил.

— А потом мы выследили сицилийцев и вышли на Нино. Может мы обсудим это позже?

— Мы с тобой поговорим в ближайшее время. Я жду ответов.

Мы поднялись по тропинке. Замок заливало золотисто-желтым светом, камень отливал практически оранжевым. Он был потрясающе красив, и меня распирало от гордости. Хотя это уже не было моим наследием, оно все еще было в моей крови.

Дверь террасы открылась, и на солнце вышла женщина.

Очевидно, беременная Фрэнки. И она смотрела на меня.

— Она очень зла на тебя, — тихо сказал мой отец. — Приготовься унижаться.

Он вышел на террасу, чтобы встретить ее, и наклонился, чтобы поцеловать в губы.