Casual
Шрифт:
— Конечно. — Я кое-как улыбнулась. Еще не хватало устроить здесь сцену. — Отличный чай.
Я вспомнила про Екатерину Великую. Когда ее выводили из себя придворные, она набирала в рот воды. Чтобы не орать. Причем частенько она делала это еще до начала аудиенции. Великая женщина. А княжну Тараканову извела в Петропавловской крепости. Беременную…
— Жасминовый. — Светлана показала мне коробочку.
Точно такой же чай я покупала себе домой. Дорогой, но по аромату не сравнить ни с каким другим.
— Когда тебе рожать?
— Через
Я достала из сумки деньги в банковской упаковке.
— Возьми. И сними себе квартиру, ладно? Принести ребенка сюда невозможно.
Я имела в виду Сережиного ребенка.
Она едва ли не целовала мне руки. Мне было неловко, но приятно. Я поспешила уйти, но на прощание от души ей улыбнулась. Обещала позвонить на следующей неделе.
Слава богу, с моей машиной в ее дворе ничего не случилось.
Я подняла голову наверх, ожидая увидеть в окне Светланин живот. Окна были пусты. Даже без занавесок.
В понедельник я позвонила Олежеку. Как ни странно, трубку взял он сам. Уже наигрался, подумала я.
Мы договорились встретиться в два, где обычно.
Я опоздала на двадцать минут, и он счел нужным пожурить меня.
Он изменился. Если бы я не знала его столько лет, я бы решила, что передо мной — преуспевающий бизнесмен. В нем появилось что-то неуловимое в деталях, но очень правильное в целом, что-то такое, что внушало окружающим впечатление успеха и уверенности в себе.
Я откровенно любовалась происшедшими в Олежеке переменами. Казалось, даже зубы у него не железные.
Он словно читал мои мысли.
— С четверга занимаюсь зубами, — сказал он, Щелкнув железной пастью, — до этого просто времени не было.
— Чем же ты был занят? — я не скрывала насмешки. — Какой-нибудь оптовый заказ?
— Встретил своего одноклассника, Коляна, — Олежек проигнорировал мой вопрос, — и вот теперь с ним работаю.
— Кем?
— Сам не пойму. Что-то среднее между начальником службы безопасности и личным помощником… Свои люди всем нужны, понимаешь?
Я понимала. Мне бы тоже пригодились. Но где же их взять?
— Это тот одноклассник из газеты? — догадалась я.
— Да. Вот такой парень. А вокруг него — всякий сброд. Все только и хотят поживиться за его счет.
— А… — Я понимающе кивнула.
Олег протянул мне меню:
— Что тебе заказать?
Я приняла новые правила безоговорочно.
— Возьми мне мандариновый сок. И салат из авокадо с креветками.
Олег махнул официанту. Сделал заказ.
— А ты где его нашел-то, одноклассника?
— О, целая история. Сначала позвонил ему в офис. Но меня с ним не соединили. Раз пять звонил. Пришлось организовать вечер встречи с одноклассниками. Разыскал телефоны почти всех. Знаешь, у нас многие общаются друг с другом. Но главное — нашел ее телефон.
— Кого — ее?
Я не ожидала от Олега такой
— Соньки Петровой. Это его любовь. Она вышла замуж сразу после десятого класса. За парня из параллельного. А мой сох еще лет пять, пока в институте учился. Я уговорил Соньку позвонить ему. С ней тоже не соединили, но он сразу перезвонил. Минут через пять. Она спросила, не может ли он помочь в организации вечера. Он бы, может, и не пришел, если б просто так пригласили. Но в помощи ей отказать не смог. Вот мы втроем и устроили это все. Вечер был что надо. Он зафрахтовал огромную яхту. Я сразу понял, что это все только для Соньки. И помогал ему, но вида не показывал. А он оценил.
— И что, — спросила я, падкая на love story, — ночью, на корабле, при свете звезд он объяснился ей в любви?
— Нет. Он сошел на берег через полчаса после начала, как только посмотрел на своих одноклассников и понял, что с ними будет от всех этих виски и ромов. Я сошел с ним. А она осталась. К тому моменту она уже была пьяная и уходить от веселья не захотела, дура. А мы выпили у него в машине. И он тоже сказал: «Дура, или я вообще ничего не понимаю».
— Дура, — согласилась и я. — Может, он страшный?
— Получше других! — обиделся Олежек.
— Ладно. — Я рассмеялась.
Олежек посмотрел на часы.
— Спешишь? Я еще кофе хотела попить.
— Нет, все нормально. Просто у меня встреча. Он, понимаешь, благотворительностью занимается. Каждый месяц деньги переводит. Мне надо кое-какие счета проверить. Думаю, все чисто, конечно. Но на всякий случай… А то тут был один инцидент… Ничего, разобрались. Виновные понесли наказание.
— Не сомневаюсь.
Я подвинула к нему целлофановый пакет с деньгами.
— Держи. Двадцать пять. Он кивнул.
— Тебе если помощь будет нужна, ты звони, — сказал он.
— Хорошо.
«Это потом деньги людей портят. А сначала они делают их лучше, — подумала я, — хотя, может, испорченных людей уже ничего больше и не портит».
— Слушай, а кто такой Вова Крыса? — вдруг спросил меня Олег.
— Не знаю. — Я пожала плечами. — А должна знать?
— Да нет.
В ресторан зашла странная пара: он был в тельняшке, она в бриллиантах. «Не погиб ли у нее муж?» — подумала я.
— Чмырь какой-то, — определил Олег, — не местный.
Парень в тельняшке заказал себе виски Blue Label. Непохоже, чтобы он гулял на ее деньги. До нас доносились обрывки их разговора. Несколько раз упоминалась Чечня.
— Наверное, с войны приехал, — предположил Олег, — оттуда все возвращаются «завернутые».
Водитель распахнул дверцу нового «мерседеса». Олежек кивнул мне на прощание, кинул сначала внутрь салона пакет с деньгами, потом погрузился сам. Окна были затонированы, но я ясно представляла себе, как он закинул в зубы сигару и щелкнул пультом телевизора. Или у него в машине нет телевизора?