Быть
Шрифт:
Волховица сосредоточилась, рассматривая показанное место, а потом, вздохнув, собрала силу в топорик и принялась за дело. И если вверху возле входа стена просто не поддавалась, то эта её часть была буквально нерушима. Но если Мала сказала, что всё получится, значит Ясна сможет. И вновь и вновь девушка била и скребла, подбирала как бы половчее освободить место.
Мала же шла рядом и тихонько наблюдала за сестрёнкой. Она не верила в успех, она просто знала, что у умницы всё получится.
Глава 14
Легко отказаться
а ты попробуй от того, что отняли и на виду оставили.
(народная присказка)
Две недели, если не дольше, после поломки часов поместье с приместьем штормило. Подробностей происходящего большинство членов внутреннего и внешнего клана не знало, да и то, что кровное ядро во главе с княжем рассказало может и не было ложью, но и правдой тоже не было. А о чём-то люди и сами догадались, всяко же не дураки и глаза с ушами имеют. Но вот болтать не болтают. Так или иначе, но волнения стихли и жизнь вошла в новое русло.
Третий княжич вместе со всеми принял чуть изменившийся уклад, хотя его сильнее всех тянуло в тот день, когда стеклянные часы были целы и всё было легко и хорошо. Но он же и понимал, что прошлое остаётся прошлым, иначе оно может лишить и будущего. Значит нужно отпустить. Но одно дело знать и принимать разумом, совсем другое принять и исполнить это в своём сердце. Вот и сегодня, спустя уже пять или шесть недель от того памятного дня, он сбился со счёта, Горан, задумавшись, вышел ко двору старшинного дома. Застал урок на середине, засмотрелся на двенадцатилетних мальчиков и девочек, увлечённо машущих древками от копий, и только потом заметил, что что-то ждёт, кого-то пытается высмотреть. И что ещё неприятней к нему идут наставники, а он не может придумать достойного повода своему приходу.
— Доброго дня, княжич. Вы тоже решили посмотреть на отроков? Присматриваете кого потом в дружину позвать? — спросил один из наставников.
— Тоже? А кому окромя меня до этого дело появилось? — удивился Горан и уцепился за предложенное оправдание.
— Так вчера княжник Радим приходил, даже силой с детьми помериться изволил. Разве не по вашему поручению?
— Радим, значит. И кого же он присмотрел? Кто подаровитей оказался? — княжич насторожился.
Наставник с лёгким удивлением, но почтительно начал рассказ, указывая то на одного, то на другого отрока или отроковицу. Он гордился своими воспитанниками, ведь все дети оказались из семей внешнего клана и с пяти лет под его присмотром были. А вот Горану что-то показалось неправильным.
— Посмотреть бы на них, как они сами могут в бою держаться. Давайте так попробуем. Пусть присмотренные княжником Радимом отроки соберутся в один отряд, а остальные на них нападут. Не против такого урока?
— Можно, — по небольшому размышлению заключил наставник. — И на пользу пойдёт одно дело делать. Да и выучку с даром пусть попробуют совместить, если смогут. А то гонять их некому, дружинные-то всё заняты, а старших юнцов ставить — они силу всё соизмерять не научатся. Так у нас уже сколько недель нормально и погонять отроков не получалось.
— Будут вам дружинные в помощь, — усмехнулся княжич. — Я найду кого прислать.
Горан отошел к крыльцу и встал на верхней ступеньке, гридни,
Но вот разделились и разобрались и началась потеха. Княжичу даже не нужно было ждать, когда определится победитель — для него всё было понятно ещё до их маленького боя и подтвердилось с первыми ударами. Наставник, наблюдавший с другой стороны двора, похоже, тоже видел проблему, вот и не спешил обратно к княжичу. И уйти не вежливо было бы.
Горан рассеянно наблюдал за дракой, в которую скатывался бой, и размышлял. Выбранные четверо отроков и одна отроковица неплохо освоили азы боя, а остальным кому не хватало силы, кому умения, кто проленился и не выучил заданных уроков. И будь они уже взрослыми воинами, пятёрка в центре бы легко отбилась и вырвалась за нарисованную на земле черту. Но тут им явно не победить. Чтобы отбиться — нужно быть сообща, прикрывать и помогать, а эти… Они с самого начала не договорились и по первым ударам разошлись в стороны. Теперь их просто давили числом остальные, которые смогли послушать двоих посмышлёнее, которые и между собой уговорились, хотя явно что-то накануне не поделили, зыркают с обидой.
Наконец, бой закончился, и наставник отправил отроков и отроковиц отдыхать, а сам вернулся к княжичу. Учитель чуть виновато развёл руками, вместо оправданий, но Горан ему улыбнулся в ответ.
— Урок вышел даже лучше, чем я думал. А вон тот и тот отроки — это кто? — княжич показал на парочку смышлёнышей.
— Так это братья Всемил и Всемир. Погодки они, безуправники! И в кого такие уродились? Ни старшие дети, ни младшие из их семьи не такие егозливые. А эти, даже дай им море — не поделят.
— Море может и не поделят, а вот остальное… присмотрите за ними получше, пусть учатся усерднее. А гридней и даже княжих воинов я вам буду порой отправлять в помощь.
На том и порешили и Горан отправился обратно в поместье в дружинный дом. И всю дорогу затылком под шапкой ощущал взгляды гридней, которые вместо положенного охранения, пусть тут оно и больше для виду и порядку, ухмыляются за его спиной. А вот и пришли. Горан бросил через плечо «Свободны» и поднялся на крыльцо. Задержался, прежде чем войти, мысленно обругал себя — он ведь хотел до Безусого дойти, обсудить отправку людей закупить кольчуг и куяков для младшей дружины, а то молодняк и одеть не во что, а сам опять зашел не туда. Выдохнул и через сени и общую гридницу прошел до своей каморы. А тут его уже ждал Камил.
— Давно ждёшь? — без приветствия спросил княжич. Он не удивился, всё же в дружинном доме свой уклад, и если в хоромах разве что княжъ и княжина могут так зайти к любую горницу и светлицу, и даже в любой терем, то тут обычай предписывал не таиться и не запираться командиру от своих людей. — Случилось что?
— Нет, ничего. Мы с братом только присмотреться хотели к отрокам, — княжник махнул рукой и встал с сундука, на котором и сидел. — Да подумали и решили, может взять отроков сразу к дружине, чтобы выучить делу получше.