Буйство

Скотт Джастин

Мики уставился на стоящий рядом с ними пустой «ситроен».

— Нам нужно пересесть в эту машину, — сказал Регги.

Глаза Мики потемнели. Регги обнаружил, что очень хочет, чтобы Мики отказался это сделать. Но Мики ответил:

— Хорошо, — и сказал несколько слов водителю по-сицилийски. Тот достал из-под сиденья анализатор сигналов. Регги открыл дверцу «ситроена», запустил двигатель и стал его прогревать. Охранник сел впереди с анализатором на коленях, а Мики устроился на заднем сиденье.

Регги вывел машину на улицу и проехал несколько кварталов, стараясь определить,

едет ли следом машина Цирилло. За ними неотрывно следовало желтое такси: идеальный камуфляж в деловой части города. Регги включил радио, оно издавало свист.

— Выключите ваш приемник, если нетрудно.

Охранник посмотрел на Мики, и тот кивнул.

— Мы договорились два на два, — сказал Регги.

Мики выглянул из окна. Регги сбавил скорость, подождал, пока на светофоре зажжется желтый свет, и рванул вперед. Машина, следовавшая за ними, отстала на два квартала. Регги нажал на акселератор. «Ситроен» понесся со скоростью шестьдесят миль в час. Доехав до автостоянки на Сто двадцать пятой стрит неподалеку от реки, он выбрался из машины и махнул своим пассажирам, чтобы они следовали за ним.

Мики шел, переваливаясь и держась близко к охраннику, который передал ему анализатор и шел, засунув руки в карманы. На Регги это произвело впечатление — казалось, слуга и хозяин поменялись ролями. Он повел их к месту, где Гудзон делал поворот. Там их ожидал большой открытый катер. На некотором расстоянии сидело несколько плечистых негров с удочками в руках.

— Что это?

— Катер.

Катер был приобретен у людей, которые занимались продажей кокаина, и был прекрасно оснащен для рейсов, которые проделывались между Гудзоном и островом Файр. Те, кто обслуживал катер, были снабжены поддельными документами. От береговой охраны спасали скорость и уникальная система, обеспечивающая выживаемость. Катер был сделан из стеклопластика и эпоксидной смолы, так что не мог быть замечен радарами. Единственная металлическая часть — мотор — была ниже ватерлинии. При захвате судна взрывное устройство пробивало дыру около киля.

— Смотрите, куда ступаете.

Он показал дорогу. На носу судна были прикреплены четыре плетеных сиденья, полукруглое стекло защищало от ветра. Охранник включил свой анализатор, но тот не сигналил о наличии радиопередатчиков. Регги отвязал канат и включил двигатель. Катер медленно пошел вперед, разрезая волны.

Когда они миновали мост Джорджа Вашингтона, Регги выключил судовые огни. Так они прошли милю, затем Регги заглушил мотор, и они какое-то время дрейфовали в тишине. Катер подошел к пристани, у которой Регги бросил якорь.

Они шагнули на пристань и через борт забрались на небольшую яхту, стоящую среди нескольких таких же. Регги открыл дверь каюты своим ключом. Внутри каюта оказалась удивительно большой. К полу были прикреплены стулья. Свет красного фонаря чуть освещал помещение. Кристофер Таггарт сидел в глубоком кресле, его фигура при тусклом свете была едва заметна.

— Присаживайтесь.

«Чертов негр», — подумал Мики. Но когда незнакомец показал им на стулья, Мики понял, что у него на голове черная маска, а на руках — кожаные перчатки.

— Зачем эта маска?

— Если

бы я был на вашем месте, Мики, я бы посоветовал человеку, который продает сто килограммов за один раз, быть крайне осторожным.

— У вас есть имя?

— Нет.

— Мне это не нравится.

— Мы сделали все возможное, чтобы наша встреча прошла в безопасности. За нашим катером и машиной не было никого. Ваше собственное оборудование гарантирует, что здесь нет подслушивающих устройств. Никто нас не услышит и не увидит. Так что же вам не нравится?

Мики оглядел каюту и громко произнес:

— Мне все не нравится. Я хочу отсюда уйти.

— Мики.

— Вы — чертовы ФБР. Идите вы... Я не сделал ничего, кроме прогулки на катере.

Таггарт повернулся к охраннику:

— Как твое имя, приятель?

Удивленный, тот ответил:

— Бадди.

— Хорошо. Мне очень жаль, Бадди, — и он кивнул Регги, который извлек из кармана пистолет.

Мики не мог поверить своим глазам:

— Что это значит?

Регги повторил слова Таггарта:

— Мне очень жаль, — и выстрелил в охранника. Пуля фирмы «Тефлон» пробила защитный жилет Бадди, и он упал со стула на пол. В ушах Мики стоял звон от выстрела. Мики с ужасом глядел, как белело лицо его телохранителя. Кровь текла из плеча Бадди, окрашивая его рубашку. Регги нагнулся к охраннику и вынул его пистолет из кобуры на плече.

— Что? — наконец смог произнести Мики. — Что, черт побери, вы делаете?

— Могло бы ФБР стрелять в Бадди? — спокойно спросил Таггарт.

— Почему...

— Теперь вы знаете, что мы не из ФБР.

Мики с трудом держал себя в руках.

— Вы стреляете в парня только для того, чтобы доказать, что вы не из полиции?

— Теперь вы можете нам доверять?

— Но...

— Мы делаем бизнес, Мики. Мы делаем его с теми, кому можем доверять. Мы не даем второго шанса.

До Мики медленно доходил смысл слов Таггарта. Он уставился на собеседника, силясь определить, кто стоит перед ним. Возможно, сицилиец, хотя для сицилийца он слишком высок, да и говорит без акцента. Ясно одно — он не полицейский.

— Давайте выйдем из каюты и поговорим. Позаботься о Бадди, — сказал Таггарт Регги. — Скажи ему, что мы в самом деле очень сожалеем.

Таггарт наклонился к Бадди, протягивая ему чек.

— Эй, Бадди, ты слышишь меня? Прости, парень. Мики отвезет тебя в больницу, как только мы поговорим. Здесь пять тысяч, — Таггарт запихнул деньги за ворот рубахи Бадди. — Ты полежишь там пару недель. Отдохни и возвращайся в строй, о'кей?

Таггарт выпрямился и жестом предложил Мики следовать за ним.

— Поглядим на звезды.

Они вышли и закрыли дверь. Мики услышал, как волны бьют о борт. Вверху уже светили звезды.

— Вы, парни, не в себе.

— Вот почему мы до сих пор живы. О чем мы поговорим?

— Ну, о том, сколько вы можете мне поставить.

— Сто килограммов в неделю.

— И сколько мне это будет стоить?

— Сто пятьдесят тысяч за кило.

— Последний раз я платил сто десять.

— Это было последний раз. Мы говорим о текущих ценах.

— Что вы называете текущими ценами?