Бутлегеры
Шрифт:
Мы с удивлением уставились на начальника. Реалии нашей жизни таковы, что за любым по человечески добрым чувством мнится подвох. Однако Петрович больше ничего не сказал и вышел из кабинета.
– А что? Идея на счет грибочков мне нравится, - заметил Вязов.
– В этом что-то есть, чтобы в рабочий день побродить по лесу, подышать воздухом, отрешиться от всех забот. Ты как?
– Я за. Только я грибных мест не знаю.
– Ерунда. Важен процесс, а не результат. Предлагаю просто сесть на электричку и выйти на первой попавшейся станции, которая приглянется.
Перспектива оставить машину в гараже и сделать отдых полноценным мне понравилась. Я сказал:
– Отлично.
Вязов уловил
– Давай условимся сразу. Мы едем за грибами, а не на пикник. Поэтому спиртного возьмем самый минимум.
– Это сколько?
– решил уточнить я.
– Чисто в лечебных целях для сугреву возьмем бутылочку. Нет, пожалуй, обычной бутылки даже будет много. У меня есть пузырек "Финляндии" емкостью 0,33 литра, нам хватит.
– Ты уверен?
– спросил я.
– Уверен!
– отрезал Вязов.
– Выезд завтра в 7 часов утра.
– Почему так рано?
– Кто рано встает, тому бог подает. Покимарим еще в электричке.
– Я так рано не проснусь.
– Не волнуйся, я тебе позвоню, разбужу.
Человек предполагает, а погода располагает. Еще накануне вечером стояла замечательная сухая солнечная погода, но ночью без какого-либо предупреждения синоптиков разверзлись хляби небесные. Будильник, согласно своим вытянувшимся в струнку стрелкам, разбудил меня ровно в шесть. За окном барабанной дробью стучал по подоконнику дождь. В квартире было сухо и свежо, поэтому покидать нагретую постель совершенно не хотелось. Я выключил ночник, потом, не вылезая из под одеяла, дотянулся до телефона и позвонил Вязову. На том конце провода долго не отвечали, наконец, раздался хриплый спросонья голос Виталия:
– Алло. Кто?
– Стенд ап! Гоу ин зе форест по грибы!
– распорядился я.
– Какие к черту грибы?! Ты посмотри что за окном делается, раздраженно отозвался он.
– А что там делается?
– Льет, как из ведра. В такую погоду добрый хозяин собаку на улицу не выгонит, а ты по грибы, по грибы! Поход в лес отменяется до прекращения атмосферных осадков.
– О*кей, - согласился я.
Потом, положив трубку, сладко потянулся в постели, намереваясь немедленно снова отойти ко сну.
Надоедливый зуммер телефона разбудил меня около девяти. Теперь Вязов звонил мне.
– Привет, соня. Хорош дрыхнуть. Дождь закончился. Быстренько собирайся, и за грибами!
– А, может быть, ну их, эти грибы? Возле магазина купим пару кучек на закуску, и ехать никуда не надо.
– Не расслабляйся, Игорь. Раз договорились сегодня ехать, значит надо ехать. Возможно, такого случая больше не представится. Поднимайся. Через полтора часа встречаемся на вокзале возле пригородных касс.
Накануне, когда мы с Вязовым обсуждали сколько взять с собой выпивки, условились ограничиться одной маленькой бутылочкой "Финляндии", однако позднее каждый решил создать стратегический резерв спиртного на всякий пожарный. Виталий прихватил двухлитровый пластиковый баллон пива, а я взял нормальную поллитровку водки.
Стратеги из нас получились никудышные. Пивной резерв мы оприходовали еще в электричке. Зато дорога показалась нескучной.
Вышли мы на первой попавшейся станции, но не по зову сердца, а по призывам мочевого пузыря. Вместе с нами спустились на землю около десятка человек пенсионного возраста с большими корзинами и ведрами, из чего мы заключили, что вышли все же правильно, вблизи грибных мест. Наши спутники тут же устремились в лес за добычей. Вслед за ними двинулись на грибную охоту и мы, да только вскоре поняли, что являемся скромными любителями, вступившими в состязание с суровыми профи. Пенсионеры умчались далеко вперед, оставив на нашу долю только поганки и срезанные червивые грибы. В довершение неудач зарядил
Используя свое конституционное право на свободу волеизъявления, я со всей ответственностью заявил:
– Все! Я дальше не пойду! Здоровье дороже грибов. Давай вернемся на станцию.
– На станцию нет смысла сейчас идти. Электрички в город не будет до вечера. Предлагаю сделать шалаш и переждать дождь.
– Предложение принимается, - кивнул я.
Мы нашли пригнувшуюся к земле березу. Наложили на нее веток, сверху забросали их лапником, и получилось вполне сносное укрытие от дождя. Новоселье следовало отметить. Мы на скорую руку разложили взятые из дома припасы, приняли грамм по пятьдесят и решили развести костер. Однако это оказалось далеко не простой задачей. Мало того, что все дрова были сырыми, так еще напрочь отказалась воспламеняться моя зажигалка. Я пытался обтереть ее рубашкой, майкой, но поскольку к тому времени вся моя одежда уже промокла до нитки, она только еще больше увлажнялась. Но я не желал мириться с отказом техники и упорно продолжал чиркать. Вдруг в какой-то момент на зажигалке появился язычок пламени. Вязов, терпеливо дожидавшийся этого момента, поднес к нему кусочек бересты. Мы оба затаили дыхание. И когда уже казалось, что вот-вот наша борьба за огонь закончится успехом, с козырька моей кепки скатилась одинокая капля дождевой воды и упала точнехонько на колесико зажигалки.
Тишина леса огласилась нашими неприличными ругательствами. Ну надо же какая непруха! С горя мы приняли еще по пятьдесят грамм. Это помогло успокоиться. Я еще раз протер зажигалку, посушил ее собственным дыханием и снова начал чиркать колесиком. Удача приходит к упорным. Минут через пять зажигалка отплатила за заботу и ласку огоньком. Вскоре мы с удовлетворением уже могли отметить, что наш костер горит-разгорается, тухнуть не собирается. По такому поводу грех было не принять еще по пятьдесят капель. После этого непогода перестала казаться большой неприятностью. Мы душевно провели время в своем шалашике и даже сделали шашлык из нескольких найденных нами белых грибов, сала и лука. Отличный, надо сказать, получился закусон. От тепла внутреннего и внешнего - от костра и водки сморило. Незаметно для себя оба мы уснули.
Проснулся я от холода. Костер потух, сосуды сузились, а непросохшая полностью одежда забирала последние остатки тепла. Я начал расталкивать лежащего рядом Вязова. Он открыл глаза, спросонья недоуменно огляделся по сторонам и вдруг выпалил:
– На электричку не опоздали?!
Мы оба, словно по команде, посмотрел и на часы. После чего, не сговариваясь, вскочили и быстро принялись собираться. А потом припустили галопом на станцию. К счастью, электричка опоздала на несколько минут, за счет чего, а так же финишного спурта, совершенного из последних сил, мы на нее успели.
В город мы приехали, когда уже начало смеркаться. Такой необычный день жалко было заканчивать просто так, и мы заглянули в забегаловку возле вокзала, где взяли по кружечке пивка. Народа в пивной было немного, человек пять, которые тоже забрели сюда за "посошком", да еще один невзрачного вида мужичонка в потрепанной одежонке. Он тихо сидел в уголочке и жевал корочку хлеба, запивая ее маленькими глотками пива. Мужичонка напоминал собачонку, безобидную и жалкую, прибившуюся к кухне, куда ее время от времени пускали погреться и потчевали объедками. Впрочем, удостоив мимолетного взгляда, мы с Вязовым тут же забыли о его существовании. Взяли два по сто и уселись за столик. Однако мужичонка сам проявил к нам интерес. Выполз из своего угла, приблизился, по-дурацки расшаркался перед нами и сказал: