Буря
Шрифт:
Ронан, похоже, почувствовал такое же облегчение, как и я.
— У тебя сломано два рёбра, а может, и три. Нам нужно перевязать их, прежде чем мы вытащим тебя отсюда.
— Хорошо, — прохрипела я.
У меня пересохло во рту и горле от пасты гунна.
Он схватил свою чёрную футболку сзади и стянул её через голову. Я не могла отвести глаз от его мускулистых плеч и груди, пока он разрывал футболку на полосы и связывал их вместе. Если бы паста гунна не заставила меня забыть о боли, это зрелище заставило бы.
Димитрий и Гевин встали
Ронан снял с моей головы шлем и положил его на землю. Я мельком увидела потертости и небольшие вмятины на поверхности и поняла, что легко отделалась несколькими сломанными рёбрами.
Он сунул руку мне под куртку и начал плотно обматывать самодельную повязку вокруг груди. Когда он наклонился достаточно близко, я почувствовала тонкий аромат мускуса, древесины и нагретой солнцем земли на его коже, и мне захотелось прижаться губами к его шее и попробовать его на вкус.
Попробовать его на вкус? Что, чёрт возьми, на меня нашло?
Он закончил перевязывать мои рёбра и выпрямился.
— И как ты себя чувствуешь?
Я прочистила горло.
— Хорошо.
Он нахмурился.
— Уверена? Выглядишь раскрасневшейся.
Он потянулся, чтобы проверить плотность повязки. Удовлетворенный, он просунул одну руку мне под колени, а другой обнял за спину.
— Что ты делаешь? — спросила я, затаив дыхание.
— Ты не сможешь подняться с такими травмами.
Он встал, взял меня на руки и начал
уверенно подниматься по крутому склону.
Мои друзья выстроились вдоль ограждения и наблюдали за нами, а у нескольких девушек отвисла челюсть при виде Ронана без рубашки. Внезапно во мне вспыхнул гнев, и я чуть не закричала на них, чтобы они смотрели куда-нибудь в другое место. Можно ли получить сотрясение мозга, находясь в шлеме?
Кай встретил нас наверху и протянул руки.
— Я могу взять её.
В груди Ронана у моей щеки прогромыхало:
— Нет.
Он отнёс меня к одному из внедорожников и усадил на переднее пассажирское сиденье.
Димитрий последовал за нами и помог мне пристегнуться, пока Ронан разговаривал с Клэр.
— Ты меня до смерти напугала, — сказал Димитрий дрожащим голосом.
— Прости.
Всё произошло так быстро, что у меня не было времени испугаться. Если бы он попал в аварию, я была бы в ужасе.
Он изучал моё лицо.
— Тебе всё ещё больно?
— Нет.
Он не выглядел убеждённым.
— Твой Мори ощущается странно.
— Наверное, потому что это был несчастный случай, — поддразнила я. Будучи близнецами, наши Мори имели особую связь. Если один из нас был расстроен или испытывал боль, другой мог почувствовать это, когда мы прикасались.
Ронан сел за руль, а Виктория и Элси забрались на заднее сиденье. Элси наклонилась вперёд и положила руку мне на плечо.
— Ты в порядке?
Я откинула голову на спинку сиденья.
—
Ронан с каменным лицом завёл внедорожник и по дороге домой не обмолвился ни словом. Я понятия не имела, что делать с его внезапной сменой настроения, но всё ещё была слишком дезориентирована, чтобы думать об этом. Мой Мори тоже был не в духе, в одну минуту он был возбужден, а в следующую — растерян. И он продолжал дрожать, если это можно так назвать.
Родители и дедушка уже ждали нас на ступеньках, когда мы подъехали к главному входу. Папа открыл мою дверцу, протянул руку и отстегнул ремень безопасности. Он вытащил меня из машины, а мама хлопотала надо мной, пока он нёс меня в поместье.
— Увидимся позже, Дэни, — сказала Виктория в главном холле.
— Позже, — крикнула я, когда папа направился в восточное крыло.
Мы вошли в медицинское отделение, где нас ждали два целителя. Они отвели меня в смотровую, сделали несколько снимков и пришли к выводу, что у меня действительно сломаны три ребра и сильно растянута лодыжка.
Действие пасты гунна начало ослабевать, и я застонала от боли, когда целительница по имени Кора перевязала мне пострадавшую лодыжку. Она сделала мне укол, и в мгновение ока я почувствовала приятное тепло и избавилась от боли.
— Ей нужно остаться здесь на ночь? — спросила мама.
— Не думаю, что это необходимо, — сказала Кора. — Она может пойти домой, если завтра не будет напрягаться и вернётся на последующий врачебный осмотр.
Мой Мори всё ещё вёл себя странно, но я не стала упоминать об этом, потому что они могли передумать отпускать меня домой. Он перестал дрожать, но чувствовал себя возбуждённым. Я надеялась, что после хорошего ночного сна ему станет лучше.
Мама помогла мне переодеться в свежую одежду, которую принесла из дома, а папа зашёл, чтобы осторожно взять меня на руки. Димитрий ждал нас в главной комнате.
— Тебе было мало того, что ты поразила нас всех на полосе препятствий, — поддразнил он. — Сегодня тебе просто необходимо было привлечь к себе всё внимание.
Я сморщила нос.
— Добро пожаловать в любое время.
Папа гордо улыбнулся.
— Первое место. Моя девочка.
— Она прошла на двадцать секунд быстрее, чем второе место, — сказал Димитрий, открывая нам дверь. — Ты уверен, что она ещё не может путешествовать как фейри?
— Ха-ха, — я погладила себя по подбородку. — А кто пришёл вторым? Я не помню.
Он засмеялся, и мама сказала:
— По крайней мере, мы точно знаем, что она чувствует себя лучше.
У входа был припаркован папин внедорожник, и он усадил меня на заднее сиденье, а затем они все тоже сели. Я не увидела Ронана и с удивлением почувствовала укол разочарования. Не то, чтобы я ожидала, что он будет ждать где-то поблизости, но в глубине души надеялась, что так и будет.
— Кто-нибудь знает, что случилось с водителем пикапа, который сбил меня? — спросила я по дороге домой. — Он пострадал?