Бунтарка
Шрифт:
— Видео урок смотрела на канале топ-авто? — спрашивает как бы между прочим.
Я застыла и не шевелюсь.
— Брось, Лиса. Ты меня даже не слушала, чтобы самостоятельно собрать всё верно, — ухмыляется Кир.
— Сервис-онлайн с Дмитрием Зорецким, — выпаливаю я, и отчего-то улыбаясь. — Прости, я задумалась… Но у меня получилось?
— Не плохо, но ты потратила много времени, — не то хвалит, не то журит меня Бессонов. — В любом случае для первого раза — превосходно. Из тебя выйдет отличная ученица, если ты будешь меня слушать, а не глазеть.
Ощущаю,
— Я задумалась, — второй раз уточняю, но сама отвожу взгляд в сторону. Ему незачем знать, что я заинтересована была далеко не в груде металла…
— Это взаимно, — говорит Бессонов, и я мельком на него смотрю, замечая улыбку. — Я тоже, когда на тебя смотрю — мой мозг отключается.
Я тяжело выдыхаю.
— Ты хочешь меня смутить?
— Я уже это сделал, — Кирилл смотрит на меня с лукавым блеском в глазах. — Что же… Теперь моя очередь тебе помогать, не так ли?
— Это самая интересная часть сегодняшнего дня! — смеюсь я, живенько кинувшись к ведру и швабре. — Начнем с левого угла, — командую я, а Кирилл, как ни в чем не бывало, подходит ко мне и забирает швабру.
У меня такое ощущение, что я каждый день знакомлюсь с этим парнем заново!
***
Кирилл Бессонов решил каждую совместную пару подсаживаться ко мне. Я поначалу ощущала на себе заинтересованные взгляды сокурсников, начиная волноваться. Но одного взгляда Бессонова хватило, чтобы каждый занимался своими делами.
Такое внимание и чуткая забота парня мне льстило. За эту неделю он вообще превратился из надменного поддонка в самого хорошего парня универа. Контраст будоражил мысли, но, как оказалось, к хорошему я привыкаю слишком быстро.
Аня, вернувшаяся с поездки, заинтересованно стреляла взглядом и играла бровями, дожидаясь от меня объяснений. А что я? Мои дни стали такими насыщенными, что едва замечаю, как проходит время! Универ, музыкальная школа или курсовой проект с Киром, затем СТО и работа с ним на пару, долгие посиделки с парнем за чашкой чая с вкусностями… О! И этот горячий поцелуй, которым он меня награждает каждый день, перед тем как попрощаться и отпустить меня домой.
Эта традиция заставляет меня с нетерпением ждать конца вечера.
— Давай сегодня устроим выходной, — шепчет Кир, склонившись к моему уху и сев в пол-оборота. Я усердно стараюсь конспектировать за преподавателем, неоднозначно качая головой. — Игнорируешь меня, Лиса? — Бессонов насмешливо кидает мне вызов, а я продолжаю переводить взгляд с проектора в свою тетрадь, не обращая внимание на скучающего парня.
— Кир! — шепотом рычу, когда он без каких-либо усердий ворует из моих рук ручку. — Верни, — требовательно протягиваю ладонь.
— А ты попроси лучше, — игривое настроение Бессонова заставляет меня красноречиво закатить глаза.
— Что за игры? — строго спрашиваю я, пытаясь не рассмеяться и не поддаться на эту уловку. — Я учусь. Сам знаешь, мои знания экономики не станут лучше, если я перестану слушать препода…
— Так приходи ко мне. Я тебя с большим удовольствием
Возмущенно выдыхаю отвернувшись.
— Я знаю, что красавчик. Ты тоже это можешь признать, Лиса. Я для тебя ни разу не жалел комплиментов, а в ответ слышу комплименты только моему байку, — он театрально вздыхает. — Ты разбиваешь мне сердце, хладнокровная змейка, — наклоняется и целует в щеку, но на этом не останавливается, притянув к себе ближе и прикасаясь к моей шее легкой щетиной.
— Кир! — смеюсь я, не ожидавшая такого бесцеремонного вмешательства в моё личное пространство…
Но я совру, если скажу, что это меня хоть капельку разочаровало. Наоборот — настроение отличное, сердце ритмично бьется в груди, а я понимаю, что мне до трепета нравится, когда его ладони на моей спине и пояснице.
— Боже мой… Даже твой смех напоминает довольное урчание лисички, — восхищается Кирилл, а я смущенно улыбаюсь. Кир расслабляется и откидывается на спинку стула, положив руку за моей спиной. Он возвращается мне ручку. — Учись, Лиса. А вечером я научу тебя кое-чему новенькому, — взгляд, как и улыбка — многообещающая.
— Чему? — нетерпеливо ерзаю по стулу.
— Тому, от чего ты точно будешь смущена, — парень смотрит в привычной для себя манере — соблазнительно, с щепоткой надменности и щедрой горой самоуверенности.
Я перевожу взгляд на проектор, у которого стоит преподавательница с указкой. Женщина, питающая ко мне необычайную требовательность, снисходительно смотрит на Бессонова рядом со мной и продолжает читать лекцию.
Очень странно… Я уже ожидала от неё замечания, но ловлю только легкую улыбку и расслабленность.
Видимо, не только у меня хорошее настроение. Татьяна Александровна сегодня немного преобразилась. Я подмечаю каждую деталь: распущенные рыжие волосы, уложенные в аккуратные локоны ниже плеч, строгого кроя черное платье с интересным разрезом на подоле сзади, а ещё туфли на приличном каблуке… У женщины явно всё хорошо в личной жизни, и возможно, она понимающее отнеслась к моим с Бессоновым шепоткам.
— Скажи, а Принцессы пьют вино или всё же предпочитают апельсиновый сок? — Кирилл сова перетягивает на себя моё внимание.
— Мне нравится огуречный джин-тоник, — стараюсь скрыть улыбку, когда замечаю заинтересованный взгляд Кира. — Но первое правило Принцесс — всё должно быть в меру.
— Как прикажете, ваше Сиятельство, — смеется Бессонов и задумывается, будоража меня своим внимательным взглядом до конца пары.
***
— Ох-ре-неть! Ты и Бессонов, — ошеломленно выпаливает Аня. — Поверить не могу! Ещё две недели назад тебя трусило, как только ты слышала его фамилию, — ухмыляется подруга. — И вообще, я обиделась на тебя! Мы созванивались каждый день, а ты ни словечком не обмолвилась…