Бука

Калашников Сергей Александрович

— Компании старых сослуживцев, собирающиеся перекинуться в картишки и повспоминать старые добрые времена — найдутся запросто. Но не рассчитывайте ни на какую жертвенность или даже активное участие. Накормят, дадут кров, окажут медицинскую помощь — это возможно. Но, могут и донести — разве после стольких лет пропаганды демократических ценностей можно быть в чём-то уверенным?

Глава 23

Высадка

Все три крейсера подошли к Хорде одновременно. Первым делом занялись орбитальной группировкой. Вернее, тем, что крутилось вокруг планеты — среди этого

«добра» было немало и отработавших свой срок спутников самых разных назначений.

Оставляли только средства гражданской связи и то, что служило науке, пользуясь ещё довоенными данными — остальное распылили на атомы. Таким образом, в заметной степени ослепили противокосмическую оборону. Наземные же объекты трогать не стали. Центр управления полётов Хорды ни на какие запросы не отвечал, что не удивительно — он же был захвачен мелтами в первую очередь и, после их бегства, всё ещё не восстановил работу.

Собственно, спешить с этим особых причин не было, потому что практически все корабли с планеты отбыли, увозя захватчиков. Не на чем стало хордианам выходить за пределы атмосферы. Из почти сотни космодромов на вызовы ответили только три, а посты противокосмической обороны молчали. Активных радарных станций обнаружили довольно много, но все они работали на воздушные перевозки или для водного транспорта. В общем, сопротивления высадке не ожидалось.

* * *

— Ну, вы словно из фильма «Звёздный десант» — улыбнулся Арсений, осматривая строй наскоро подготовленных бойцов.

Действительно, экипировка была очень похожа, хотя оружие выглядело не столь брутально.

— Если вздумаешь погибнуть, я тебя убью, — напутствовала мужа Наталья.

— Ты там поаккуратней, — транслировала Ольга прямо в голову Сёмы.

— Обещаю ни во что опасное не ввязываться, — ответил он, стараясь, чтобы это выглядело убедительно.

— В машину, — скомандовал Фил, и шестёрка разведчиков заняла свои места в разъездной шлюпке. Остальные покинули ангар. Гермодверь отсекла проход, и мягко сработали фиксаторы. Зашипел воздух — началось шлюзование.

* * *

К планете ушли шесть шлюпок. Все управлялись автоматикой. Они снизились в разных районах, прошли какое-то время на малой высоте, и только из одной выбросились шесть человек на антигравах. Они довольно долго летели над самыми волнами — шторм разгулялся не на шутку — а потом опустились на острове с гористым рельефом и вычурно изрезанной береговой линией.

— Поместье Лазурная Лагуна, — зачем-то объяснил командир группы поручик Вода (с ударением на первом слоге). — Идём к постройкам, что господствуют над бухтой — это окончание южного флигеля главного здания. Порядок следования — как условились.

«Первый раз в реальном деле. Нервничает» — уловил Сёма мысль Филиппа.

Короткими перебежками, словно под огнём на поле боя, подобрались к двери, куда вела дорожка от пустующих причалов. В некоторых окнах второго этажа горело неяркое ночное освещение, а на первом этаже справа вовсю сияли два окна — шторы были раздернуты. Заглянув, Сёма увидел просторную комнату очень медицинского вида со стеклянными шкафчиками, столиками на колёсах, кушетками. Людей здесь не было, зато на стенах горели яркие лампы.

«Перевязочная, — отчётливо подумал Филипп от соседнего окна. — Стерилизуется ультрафиолетом»

Один

из солдат попытался открыть дверь, но та оказалась заперта. Сёма приложил ладонь к замку — ригель бесшумно выскользнул из паза. А потом взгляду вошедших открылась мирная картина — девушка в белом халате дремала за столиком, склонившись над наборной доской — местным аналогом клавиатуры.

— Кхе-кхе, — привлёк её внимание поручик.

Не тут-то было. Никакой реакции.

— Совсем притомилась, сердешная, — сочувственно, но вполголоса, пробормотал Филипп. — Не откажетесь от чашечки кофе, поручик? — он кивнул в сторону блестящего сооружения, разместившегося на столике у стены.

— Как-никак, первый контактёр из местных. Не стоит её пугать, — поддержал товарища Сёма, ковыряясь в тумбочке.

— Туалетная, — доложил боец, заглянувший в дверь, ведущую вправо. — Никого, но есть окошко в сторону бухты.

— Наблюдай, — распорядился командир.

Два бойца, осмотревшие коридор, дали знак, что никого не обнаружили.

— Жуткий эрзац, — поморщился Сёма, заглянув в одну из баночек. — А я немного спёр у Его Величества из, так сказать, личных запасов. Не откажите в любезности достать из правого среднего кармана, — он повернулся к поручику спиной, подставляя ранец.

Филипп уже наведался в туалетную, где наполнил водой сосуд хитрой формы. Сёма досыпал, куда положено, молотого кофе и теперь мыл чашки. Чуть погодя кофеварка чуть слышно заворчала, а потом стала распространять вокруг чудесные ароматы. Они-то и разбудили девушку.

— Что? Раненых привезли? — попыталась она вскочить со стула.

— Нет, нет, — мягким бархатным баритоном успокоил её поручик. — Его Величества гвардейская разведгруппа не имеет в своём составе раненых. Зато предлагает вам чашечку чудесного кофе, привезённого с далёкой Земли, — Филипп галантно поставил перед проснувшейся дежурной блюдечко с крошечным толстостенным бокальчиком. Сема придвинул офицеру стул и принялся разливать напиток для остальных.

— Итак, сударыня, вы взяты в плен, — всё так же бархатно продолжал поручик. — И, следуя сложившейся практике, просто обязаны ответить на мои вопросы. — Так что тут вообще происходит?

Девушка улыбнулась, принимая шутку, сделала осторожный глоток: — Да ничего особенного не происходит. Раненые бойцы из сопротивления проходят здесь реабилитацию.

— А кому принадлежит поместье?

— Вы про то, что тут раньше были рыболовецкие угодья Императорского Дома? Так это всё в далёком прошлом. Недвижимое имущество распродано по частям. Здесь теперь курорт. Ресорт-отели, пансионаты, аттракционы для детворы, летняя резиденция президента нашей республики и особняки некоторых министров.

«Вот тебе и тихое место!» — охнул про себя Сёма. А вслух продолжил: — Не откажите в любезности, показать портрет этого самого президента.

Девушка вывела на экран перед собой какую-то новостную ленту. Точно, вот и этот деятель стоит то ли за кафедрой, то ли это называется трибуной. И тут же текст речи:

«Мы говорим наше твёрдое „Нет“ имперскому прошлому. Никто не заставит нас отказаться от великих демократических ценностей, завоёванных с такими жертвами»

— А теперь было бы неплохо посмотреть на весь кабинет министров и, заодно, на самых влиятельных людей республики — я имею в виду крупных промышленников и бизнесменов.