Бритва Дарвина
Шрифт:
– Ничьи. Здесь никто не пострадал, – сказал Лоуренс. – Труди просто услышала по полицейскому каналу про этот случай, и я решил, что тебя это немного развлечет.
Неожиданно к ним снова подошел владелец дилерской фирмы. Очевидно, ему кто-то сообщил, что они занимаются расследованием несчастных случаев.
– Я поговорил со своим шурином, – сказал он. – Его инженеры утверждают, что спецификации ветрового стекла соответствуют заданной нагрузке… Они говорят, что цыпленка должно было просто отбросить от стекла. – Он указал на зияющую дыру в ветровом стекле новенького «Сатурна». – Матерь божья, что же мы сделали неправильно? Неужели «Сатурн» нас обманул?
– Нет, –
– Тогда почему… Как же это так… Почему?.. Почему, бога ради?..
Дар ответил кратко:
– В следующий раз разморозьте курицу.
Они проехали две трети пути до Сан-Диего, когда впереди обнаружилась гигантская дорожная пробка.
Сверкали мигалки на полицейских машинах и машинах «Скорой помощи». В сторону города движение продолжалось только по одной полосе. Машины сдавали назад до ближайшего бокового съезда с магистрали или, нарушая правила, разворачивались прямо через непрерывную разделительную полосу и возвращались обратно, чтобы объехать пробку по другой дороге.
Дар вырулил на своем «Лендкруизере» на аварийную полосу за обочиной и поехал дальше по траве, стараясь подобраться как можно ближе к месту происшествия.
Сердитый полицейский из дорожно-транспортного отдела велел им остановиться примерно в пятидесяти ярдах от места аварии. Дар заметил не меньше трех «Скорых», пожарную машину и с полдюжины полицейских машин с мигалками, сложенный пополам трейлер с прицепом для перевозки автомобилей и целую груду машин на правой полосе дороги.
Они с Лоуренсом предъявили полицейскому свои документы – у Ларри, кроме удостоверения страхового инспектора, были еще карточка профессионального пресс-фотографа и карточка почетного члена дорожно-транспортной службы.
Несмотря на столпотворение машин вокруг места происшествия, Дарвин понял, что здесь случилось. Грузовик с платформой перевозил новые «Мерседесы» – «Е 500», судя по тем, которые остались на платформе и лежали в этой куче машин на дороге. Поперек всех трех полос магистрали тянулся полосатый тормозной след. Из-под груды перевернутых серебристых «Мерседесов» едва виднелась смятая крыша и ветровое стекло старой машины – это был «Понтиак Файрбёрд». Когда трейлер сложился пополам и в конце концов ударил «Понтиак», от сотрясения все новенькие машины с верхнего яруса попадали вниз. Не все они упали на старый «Понтиак» – Дар заметил один новый «Мерседес», лежащий на боку в кювете возле дороги, и еще один – слегка помятый, но на колесах, примерно в паре сотен футов дальше по дороге. Но по крайней мере четыре тяжелые машины упали сверху на «Файрбёрд».
Небольшой автокран осторожно поднимал «Мерседесы», освобождая погребенный под ними «Понтиак». Пожарники и спасатели с помощью гидравлических кусачек разрезали передние стойки крыши сплющенного «Понтиака», а рядом стоял на четвереньках один из медиков и кричал что-то ободряющее тем, кто был внутри машины. Водителя и пассажиров из «Файрбёрда» явно еще не извлекли.
Дар и Лоуренс подошли к кабине трейлера. Водитель – здоровенный бородатый мужик с пухлым пивным брюшком – пытался что-то объяснить полицейскому из дорожно-транспортного отдела. Водитель трясся, всхлипывал и заикался гораздо сильнее, чем сестра Марта. Патрульный собрался было оттеснить Дарвина и Лоуренса подальше, но сержант Пол Камерон заметил их и махнул рукой, приглашая подойти. Полицейский с мрачным видом наклонился к водителю трейлера
Дар осмотрел место происшествия и заметил молоденького патрульного Элроя, который стоял на коленях в траве, усыпанной сверкающими осколками битого стекла. Патрульного неудержимо тошнило.
– …Богом вам клянусь, я сделал все, что мог, чтобы не врезаться в этот «Понтиак»! – говорил бородатый водитель, не замечая, что слезы градом катятся по его загорелым щекам и его всего трясет. – Я только попытался объехать несчастного ублюдка, но с другой стороны от меня тоже ехали машины. Меня зажали со всех сторон. И они не останавливались. Каждый раз, когда я переходил с одной полосы на другую, этот «Файрбёрд» тоже менял полосу… Когда я притормозил, он затормозил еще сильнее… Мы проехали так через все пять полос. Потом я зацепил его, и трейлер сложился пополам. Я не смог удержать машину… С полной загрузкой… Господи…
– Как вы выбрались наружу? – спросил сержант Камерон, крепко сжав плечо дрожащего водителя могучей рукой.
– От удара у меня вылетело ветровое стекло, – сказал бородач, показывая на свой трейлер. – Я выполз на кучу машин и кое-как спустился на землю… Тогда я и услышал, как они кричат… Господи, как они кричали!..
Камерон еще сильнее сжал его плечо.
– Сынок, ты уверен, что за рулем «Понтиака» сидел взрослый мужчина?
– Да, – сказал здоровяк водитель и опустил взгляд. Все его тело содрогалось.
Дарвин и Лоуренс пошли обратно к сваленным грудой машинам, стараясь не мешать рабочим спасательной команды. Спасатели уже разобрали почти всю кучу – сверху расплющенного «Понтиака» оставался только один «Мерседес».
Теперь спасатели перерезали передние стойки крыши «Понтиака», чтобы отогнуть крышу и вытащить из салона пострадавших.
Когда салон «Понтиака» вскрыли, водитель был все еще жив, но весь залит собственной кровью. Медики из «Скорой» осторожно подняли его и уложили на носилки и сразу же принялись фиксировать ему шею.
Водителем «Понтиака» оказался толстый мексиканец. Он громко стонал и непрестанно повторял:
– Los ninos… Los ninos… [21]
Его жена, сидевшая на переднем сиденье, погибла. Похоже, она не была пристегнута ремнем безопасности – женщина сидела, свернувшись клубком на переднем сиденье, в позе эмбриона. По мнению Дарвина, она погибла при сотрясении во время столкновения, еще до того, как сверху на «Понтиак» свалились тяжелые «Мерседесы» – крыша «Понтиака» прогнулась внутрь не слишком сильно, только до уровня подголовников переднего сиденья.
21
Дети, дети… (исп.).
Рабочие спасательной команды снова подогнали кран, подняли последний «Мерседес» и сдвинули его в сторону, а потом принялись обрезать задние стойки крыши «Понтиака». Но вообще-то никаких стоек там уже не было.
Когда последний «Мерседес» подняли на цепях и бесцеремонно сбросили за обочину, стало ясно, что под весом нескольких наваленных сверху машин вся задняя часть «Понтиака» сплющилась до самого сиденья. Все колеса «Понтиака» лопнули. Один из медиков по-прежнему стоял на четвереньках возле измятой машины и подбадривал оставшихся на заднем сиденье пассажиров. А пожарные тем временем пытались отвернуть покореженную крышу «Понтиака» назад, как крышку на банке с сардинами.