Бремя
Шрифт:
Зажглись фонари.
— Далеко до здания нашего клана? — спросил я. Голос осип.
— Квартала два-три.
— Тогда идём туда.
Она печально улыбнулась.
— А смысл? Думаешь, Хрыч нам поможет? Этот старый козел уже наверняка активировал телепорт и умотал за тысячи километров отсюда. Меньше всего он думает о нас, уж поверь.
— Должен же быть выход!
Неожиданно из мглы купола вышел великан. Выглядит он грозным и сильным, по телу бугрятся стальные канаты мускулов. Такой наступит на дом — и не заметит.
Страшный рев прокатился по городу.
— Наверное, Капитану все-таки повезло, — заметил Юдоль, наблюдая за тем, как из тьмы купола вылезают всё новые и новые великаны. — Он по крайней мере не видит всего этого.
— Лучше подумай, как нам спастись.
— Надеюсь, твой Альфа поможет.
Где-то слева от нас послышались крики, дикие вои порождений. Охота началась. И остается только надеяться, что я и Юдоль продержимся дольше остальных.
Добро пожаловать в Нотер'Гарот!
Алые буквы передо мной задрожали, меняя цвет на ядовито-зеленый.
Добр пожвать в Нотер!
Др пж в Нт!
Один из гигантов достиг города. Огромный кулак обрушился на стену, во все стороны полетели камни. Поднялся столб пыли. Рядом стоящие башни сложились, как карточные домики, под ударами. Раззявив безгубый рот, великан страшно заорал.
Юдоль вскинула руку.
— Смотри!
На черепичной крыше появились силуэты невероятных худых существ. Гули. Скалясь и приплясывая, твари захохотали в предвкушении скорого кровавого пира.
Она всегда сражается грациозно. Каждое движение отточено, и от того оно кажется естественным. Будто Юдоль родилась в битве. Два меча в её руках кружатся стальным вихрем, не давая врагу шансов приблизиться к нам. Но тварями движет голод. Поэтому они продолжают с тупым упорством переть. Лишаются когтистых лап, ног, на шеях появляются вторые рты…
Я лишь наблюдатель. Да и, наверное, я бы только мешал Юдоль. Моя сабля и её прямой длинный меч с ослепляющей скоростью скользят в воздухе, жаля.
Наконец, когда последняя тварь лишилась головы, мы двинулись дальше. В узком переулке относительно тихо, хотя порой и натыкаемся на чудовищ. В центре сейчас намного опаснее. Я лишь мельком скользнул взглядом по тому, что там творилось, но и увиденного хватит до конца жизни. Горы трупов, горящие дома, нескончаемый поток гулей…
— Нам нужно найти тихое местечко, — заявила Юдоль, тыльной стороной ладони смахивая пот и чужую кровь со лба.
— Нас же все равно найдут, — сказал я. Старик, кажется, весит уже больше ста килограммов. Скоро выдохнусь.
— Это еще почему?
— Альфа.
Она хмыкнула.
— Думаю, он сам о себе сможет позаботиться.
Из-за крыш показалась голова великана.
— Ты как? — спросила Юдоль, оборачиваясь ко мне. — Нести Капитана еще можешь?
— Опять предлагаешь его оставить?
— Выглядишь ты неважно.
Я поежился от очередного крика боли. Вой игроков неотступно сопровождает нас. Самое противное, что к нему привыкаешь и перестаешь замечать, пытаясь услышать гогот тварей.
— Как думаешь, кто-нибудь попытается пройти через купол? — спросил я шепотом.
— Это бесполезно, — ответила Юдоль. — Я же тебе объясняла.
— А заклинания? Может…
— Если бы я их знала, то стояла бы здесь?
Я кивнул, забыл, что она не видит меня, и сказал:
— Все равно не понимаю, почему нас еще не поймали. ИИ же видит Альфа. Как можно спрятать это чудовище?
— Не забивай себе голову.
Мимо нас прошмыгнули четыре упитанные крысы. Чертыхаясь, приметил гору трупов впереди. Тела аккуратно свалены в кучу у стены дома, лица застыли в вечной маске страдания, кожа покрыта трупными пятнами. Вместо глаз — белесые одноцветные стекла.
— Почему они не оживают? — спросил я.
— Не знаю, — со страхом в голосе ответила Юдоль.
Она побледнела, как мертвец.
Что-то хрустнуло над головой. Я не успел отскочить, по затылку шандарахнуло. Звезды брызнули из глаз, со спины сползло тело старика. Оглушенный и ослепленный я упал на мостовую.
Черный омут забытья поглотил меня.
В сознание прихожу медленно, точно выплываю из воды. Мысли сталкиваются с грохотом танков. Чувствую, как хмурюсь, как стискиваю зубы от болезненной пульсации в затылке. Но туман в голове не спешит рассеиваться. Пытаюсь позвать ту девушку, что была со мной. Как её зовут? Где она? Губы не слушаются, а язык напоминает дохлого слизняка. К тому же во рту ощущается противный горький привкус.
— На, выпей. — Голос донесся, будто через толстый слой ваты.
Где я?
С трудом удалось поднять веки. Тусклый огонек свечи на полу едва-едва разгоняет мрак. Кажется, остального мира больше не существует. Он потонул в абсолютной черноте.
Я скривился.
— Выпей, говорю.
Узнал девушку. Узнал эти грубые мужеподобные черты лица и грустные глаза. Юдоль.
Она поднесла к моему рту деревянную кружку, наполненную густой янтарной жидкостью. Я открыл рот, быстро и жадно пью, чувствуя как жизнь вливается в тело. Мне стало намного легче. Даже пульсация в затылке стихла.