Братья
Шрифт:
"Срочноганы - шустрилы под курилку приспособили", - подумал Андрей, с самым решительным видом подходя к предмету своих поисков. Нагнувшись, он подхватил сидушку подмышку и поволок её к выходу из парка. По пути он вновь увидел по-прежнему слонявшегося там Сушкова и подумал, что было бы неплохо привлечь того к выполнению задуманного.
– Слышь, Серый, а у тебя плоскогубцы есть? - окликнул он прапорщика.
– Есть, - без особого энтузиазма отозвался тот, - а тебе надолго?
– Да как сказать,
– А зачем тебе?
– в Сушкове проснулось любопытство.
– Да вот есть одна задумка.
– Так что ты удумал-то?
– продолжал допытываться прапорщик.
– Давай, не мути!
– Да понимаешь, я тут подумал, - Андрей все же решил довериться хоть кому-то. Чай, Сушков не совсем посторонний, уже в двух командировках вместе побывали, к тому какой-никакой технарь.
– Я по телевизору видел: у америкосов нечто наподобие легкоступов есть. Вот я и подумал: почему бы и нам такие не сделать?
– А зачем?
– не уловил смысла Сушков.
– Ты что, по болотам или по снегу ходить собираешься?
– Да какие снега, болота? По минным полям америкосы ходят! Давление на почву распределяется, мины и не срабатывают!
– сверкнул собственными познаниями Кислицын.
– А -а, усёк, - согласно закивал головой Сушков, чьи собственные познания о легкоступах ограничивались фильмами о Великой Отечественной войне.
– Так есть фанера или нет?
– Найдем!
– уверил Сушков.
– Тащи свою хреновину ко мне на склад. Поищем и фанеру, и плоскогубцы. И пила у меня должна быть. Ты фанеру чем резать собрался?
– Ножом.
– Ножом...
– презрительно фыркнул прапорщик.
– А у меня циркулярка ручная! Пошли!
– Да и пошли, - легко согласился Кислицын, окончательно убедив себя, что помощь в этом деле точно не помещает.
Первым делом они отыскали подходящий фанерный лист. Отрезали на глаз. Андрей положил куски на земле, прислонив краями друг к другу, встал обеими ногами так, что подошвы располагались по центру каждого отреза, постоял, так и сяк прикидывая возможность передвижения и, недовольно покачивая головой, сошёл в сторону.
– Нет, не пойдёт, широкие, надо уже. Иначе идти будет неудобно. Уже надо.
– Какие проблемы? Ты только скажи сколько, и мы враз отчикаем!
– Сушков недвусмысленно помахал в воздухе подключённой к розетке циркуляркой (циркулярной пилой).
– По три сантиметра, не больше.
– А в длину?
– В длину нормально будет, - заверил Андрей, и последнее слово в его фразе заглушил звук раскручивающегося электрического двигателя. Опилки полетели в сторону, и буквально через минуту на полу лежали две узкие, ровные фанерные полоски.
– Как по линеечке!
– расхваливая самого себя, объявил
– Порядок! То, что надо! Теперь чем бы нам дырки просверлить? Прожигать нельзя. У тебя тут парЫ.
– Андрей кивнул на стоявшие в углу бочки из-под дизельного топлива, будто и не видел, как только что летели наземь загорающиеся от трения опилки.
– У меня дрель есть.
– ЗдОрово!
– обрадовался Кислицын, но Сушков тут же остудил его преждевременную радость.
– А вот сверл нет, - сообщил прапорщик.
– Фигня, сейчас гвоздь найдём!
– Правильно, - согласился начсклада, - тут и сверлить-то нет ничего. Так я за гвоздём, а ты пока дырки намечай.
Так и поступили. А на складе кроме гвоздя отыскалась и толстая медная проволока, и подходящие дня креплений ремни. Через пару часов Кислицын - младший встал на легкоступы и, поднимая с пола пыль, прошёлся из конца в конец помещения. Идти приходилось немного в раскоряку, но без особого неудобства.
– Пойдёт!
– вынес вердикт Кислицын, заканчивая "госприёмку" собственноручно изготовленного изделия.
– Слушай, а у меня дюралевые листы есть, - спохватился разохотившийся до рукоделия начальник склада.
– Давай вместо фанеры дюралий присобачим?!
Не - е, дюраль не пойдёт, - с ходу отверг предложение Кислицын.
– Он о ветки греметь будет.
– Так ты что, эти бандуры на задачу таскать собрался?
– вытаращился на него Сушков.
– А куда ещё?
– Андрей аж рот распахнул от удивления.
– Тут-то они мне зачем?
– Я думал ты так, поэкспериментировать.
– А вот и не хрена, я в них на базу в следующий раз заходить буду!
– А миноискатель?
– Миноискатель миноискателем, а так надёжнее. Миноискатель тоже не всё берёт. А иногда вокруг так всё и звенит, какой, нафик, миноискатель!
– Кислицын безнадёжно махнул рукой.
– А снегоступы сами по себе легкие, я их к рюкзаку приторочу, на спине мешать не будут. И спасибо, что помог! Без тебя бы полдня провозился. А то и больше.
– Да ладно, чего уж там!
– Слушай, - Сушков виновато огляделся по сторонам, - а давай по маленькой?
– Не-е, - открестился от предложения Кислицын, - не буду. Братеню обещал: до конца командировки ни-ни.
– Ну, если братеню - это святое, - не стал настаивать Сушков, - братень у тебя парень серьёзный.
– И не удержавшись от шпильки: - У него не забалуешь!
– Да я не потому. Сам решил. А то что-то понесло меня.
– Это тоже понятно. Нервы.
– Да не причем тут нервы, просто начал вот втягиваться, сосет под ложечкой. Тянет. Так и спиться недолго.