Братья
Шрифт:
Оттянувшись назад, сводный отряд занял круговую оборону, и свободные от несения службы бойцы (в основном так получилось, что старые, опытные контрачи) дербанили захваченные в бою рюкзаки. Майор Каретников не вмешивался, он пребывал в приподнятом настроении - итоги боя радовали, восемь только обнаруженных чеховских трупов. А ведь ещё сколько-то чехи унесли на руках. Среди своих двое раненых. Один - рядовой Синяков довольно серьезно, но ничего угрожающего. Так что грустить не о чем. Да никто и не собирался. Каретников даже забыл сделать внушение тому самому бойцу, что в самый ответственный момент наделал в лесу шуму,
– Артём, - ротный окликнул прислонившегося к дереву Давыденкова, - ты жмуров всех сфоткал?
– Да, всех восемь. Как живые!
– юмарнул группник, но ротный черного юмора не оценил.
– Проверь ещё раз, я сейчас окончательные итоги докладывать буду. Так что смотри, чтоб нормально всё. И где, кстати, твой радист? Опять сучок мародерствовать пошел? Бабенко, сука, иди сюда!
– Иду!
– недовольно отозвался плетущийся к ротному боец, за плечами у него висела тяжелая радиостанция.
– Где лазишь?
– укорил его Каретников.
– Я же сказал: всегда быть подле меня. Чего не ясно?
– Да тут я, близко, - Бабенко невольно оглянулся и, видя, как другие занимаются дележом "добычи", тяжело вздохнул.
– Ставь шарманку, выходи на связь.
– "Орёл", "Орёл", "Орёл", "Центру", "Центру", приём.
– На приёме "Центр" для "Орла", приём, - отрядный связист отозвался сразу. Их очередного выхода в эфир ждали. Предварительный доклад прошёл тот час же, о наличии трехсотых доложили чуть позже, но окончательные итоги боя командованию известны ещё не были. И вот теперь в ПВД отряда наконец-то пошла радиограмма, обстоятельно раскрывающая все произошедшее.
Комбат, дотоле, после сообщения о раненых, метавший громы и молнии, получив сведения об уничтоженном противнике и захваченном оружии, слегка успокоился, подобрел и уже больше не обещал наказать и смешать с грязью командиров, допустивших, хоть и восполнимые, но все же какие-никакие потери, на первом же боевом выходе.
В качестве эвакуационного средства обещали прислать вертушки. Что было совсем неплохо, разве что портил настроение приказ вытащить на площадку приземления не только оружие-имущество, но и трупы убиенных боевиков.
Подходящая для приземления МИ-8 площадка обнаружилась неподалёку. Так что перетащить убитых особого труда не составило. Завернули в их же шмотье и перетащили. И пока суд да дело, ротный распорядился насчёт обеда.
– В тройках, - довел он собранным в круг командирам отделений, - двое ведут наблюдение, один кушает. Увижу по - другому, жрать не будет никто, ясно?
Собравшиеся поспешно закивали, тупых не было.
– Ожидаемое время подлёта вертушек - час. Так что всё успеете. Все, инструктаж закончен, дуйте, вперёд и с песней.
Комоды (командиры отделений) разошлись, а офицеры (вопреки всем наставлениям и простой разумности) собрались вместе.
– Может по маленькой?
– оглядевшись по сторонам, нет ли по близости бойцов, предложил Давыденков.
– А у тебя есть?
– спросил ротный и покачиванием головы выразил своё всемерное осуждение.
Капитан виновато вздохнул и вытащил из нагрудного кармана тонкую металлическую фляжку, потряс ею в воздухе - внутри что-то булькало.
– И за каким псом ты это с собой брал?
– ротный всерьез вознамерился провести разъяснительную работу.
– Мало ли, пригодится...
–
– И всё-таки?
– продолжал настаивать Каретников.
– Командир, - Артём решил обратиться почти официально, - какая разница, зачем? Ведь пригодилась же. То есть пригодится.
– Чтобы в первый и последний!
– строго потребовал ротный.
– Ага. Само собой!
– не слишком убедительно согласился Давыденков, и Каретников махнул рукой:
– Чёрт с тобой, наливай...
Выпили, закусили. Еще выпили, пошли разговоры, тихие, приглушенные, но разговоры. Что толку таиться после боя? Противник и без того знал, что они где-то неподалёку.
– Вот ведь как случается, - ротный открыл банку шпика и, надев небольшой кусочек на остриё ножа, медленно подносил его ко рту.
– Бывало, ищешь - ищешь, а тут первый выход и нате вам - сюрприз.
– Повезло, - предположил Ухтырцев.
– Повезло, - согласился Каретников со своим подчинённым, только он в отличие от старшего лейтенанта имел ввиду нечто другое: повезло им не в том, что они обнаружили и уничтожили банду, а том, что сами только чудом не напоролись на неприятности. Не почуй Кислицын неладное, не настои Давыденков на высылке разведдозора, и ещё не известно, как бы всё обернулось. Ведь следуя своим заранее намеченным маршрутом, они безошибочно выползали на чеховское охранение. С рюкзаками да ещё двигаясь всей толпой, трудно было не шуметь. А подними чехи тревогу заранее? То-то и оно!
Над лесом раздался знакомый звук приближающихся вертолетов.
– Дымы!
– скомандовал ротный, и всё пришло в движение.
Эвакуация завершилась без происшествий.
Глава 12
В ПВД Андрея Кислицына ждала нечаянная радость. Письмо. От девушки. Привезли прибывшие на выдачу денег финики (финансисты). Обратный адрес оказался не знаком, фамилия, имя отправителя тоже. Но какой нормальный пацан оставит без внимания девичье письмецо? Только дурак или ещё хуже. А уж когда он взглянул на первые строки, его сердце вообще застучало с удвоенной скоростью. "Я та самая девчонка..." – этой фразы хватило, чтобы понять самое главное: мечты иногда всё же сбываются - письмо пришло от казалось бы безнадёжно и навсегда потерянной девушки.
"Алина, Алина, Алиночка", - посмаковав на языке красивое имя, Андрей принялся читать дальше.
"Андрей, кажется, я влюбилась! Влюбилась в тебя!" – дойдя до этих строк, Кислицын - младший едва не подпрыгнул от радости. Дальнейшее и вовсе растекалось по сердцу подобно божественному нектару.
"Как бы я хотела встретиться с тобой вновь". – У парня на душе приятно заныло.