Братство кольца
Шрифт:
Конечно, мы пошли по следам. Но они вели к Дол Гулдуру, а эльфам там делать нечего.
– И он ушел, – подвел итог Гэндальф. – Ладно. Видно, есть в этом какой-то промысел, и Горлум еще сыграет свою роль в свое время, только вряд ли Саурон или он сам догадываются, какой она будет. В конце концов, не ловить же его снова. Пусть делает, что хочет.
Хорошо, Сумеречные Эльфы внесли свою лепту. Теперь я должен ответить на последний вопрос Гэлдора: где Саруман Белый? Что присоветует он в этой нелегкой ситуации? Мне придется занять ваше внимание подробным рассказом, он того стоит. До сей поры мы говорили об этом только
– В конце июня я был в Шире, – начал повествование маг. – Меня снедала тревога и шла она с юга. Я и отправился туда, как будто специально навстречу вестям о войне в Гондоре. Слухи о Черной Тени словно ножом полоснули мне по сердцу. Несколько беглецов с юга, встреченных мной, были так напуганы, что ничего толком не смогли рассказать. Я повернул на северо-восток и по Зеленопутыо направился в Брыль. В дороге я повстречал Радагаста Бурого, эльфы Трандуила должны знать его, одно время он был их соседом. Радагаст из нашего Ордена, но я сто лет его не видел. Тем более удивительно мне было, когда он окликнул меня.
– Гэндальф! А я тебя ищу! В этой глухомани и расспросить толком некого. Мне сказали, что тебя можно отыскать в какой-то деревне, не то Шир, не то Пыр...
– Верно сказали, – ответил я. – Ты только местным так не говори. Шир – не деревня, а страна, хоть и небольшая, а ты сидишь на самой границе. Но это – к слову. Что за дело погнало тебя в дорогу? Видно, важное, ты ведь не очень-то расположен к путешествиям?
– У меня к тебе поручение, – отвечал он, – и заодно, куча плохих новостей. – Потом огляделся, словно рассчитывая заметить под кустом посторонние уши и прошептал: – Назгулы! Все Девять. Пересекли Реку и движутся на Запад. Выглядят черными всадниками.
Вот тут я и понял, наконец, что за тревога не оставляла меня. А Радагаст тем временем продолжал:
– У Врага, видно, какая-то большая забота здесь, иначе зачем бы Девяти соваться в такую глушь.
– Что ты имеешь в виду? – спросил я.
– Мне было сказано, что Девять повсюду расспрашивают о каком-то Шире...
Признаюсь, сердце у меня упало. Даже Мудрым небезопасно встречаться с назгулами, когда они все вместе, во главе с Предводителем. В древности это был великий король и великий чародей, а теперь его оружие – смертный ужас.
– Кто послал тебя? – поинтересовался я.
– Саруман Белый, – ответил Радагаст. – Он еще просил передать, коли тебе нужна его помощь – он готов, но тогда тебе придется поспешить, а то как бы поздно не было.
Это давало мне надежду. Саруман Белый – мудрейший среди нас. Радагаст и сам великий маг, мастер формы и цвета, кроме того, он знает все о травах и животных, а птицы, те просто его друзья. Но Саруман долго изучал искусство Врага, и только благодаря ему нам удавалось разгадывать ходы Темного Владыки. Именно Саруман разработал план нападения на Дол Гулдур. Может статься, подумал я тогда, ему известен способ загнать обратно Девятерых.
– Я отправляюсь к нему, – сказал я Радагасту.
– Поспеши, – посоветовал он. – Я много времени потратил, разыскивая тебя, а дни бегут быстро. Мне было ведено найти тебя не позднее середины лета, она как раз и наступила. Даже если ты отправишься сию секунду, вряд ли опередишь Девятерых. Они найдут страну, какую ищут. А я возвращаюсь
– Постой, нам ведь понадобится твоя помощь, нам понадобится вообще любая помощь. Предупреди зверей и птиц, они же дружны с тобой. Пусть собирают новости, пусть присмотрят за этими делами, и пусть несут вести в Ортханк, мне и Саруману.
– Хорошо, – ответил Радагаст, – я сделаю, о чем ты просишь. – И он умчался так, словно все Девять гнались за ним.
В этот день мы с конем сильно устали. К тому же надо было обдумать все спокойно. Я заночевал в Брыле. В Шир возвращаться времени уже не было. Так я совершил самый большой промах из всех. Я написал Фродо и доверил передать письмо своему давнему приятелю, хозяину гостиницы, а на рассвете ускакал.
Саруман издавна поселился в Изенгарде, в отрогах Мглистых Гор, неподалеку от Гривы Рохана. Боромир должен знать эту огромную, открытую всем ветрам равнину, раскинувшуюся до самых Белых Гор. А Изенгард – это каменистое место, окруженное высокими острыми скалами, лучше любой крепостной стены ограждающими Ортханк, – башню, выстроенную давным-давно руками нуменорцев. Глядя на нее, высоченную, хранящую немало тайн, трудно поверить, что это – рукотворное сооружение. В скалах Изенгарда только одни ворота, иначе в Ортханк не попасть.
Спустя немало дней, поздним вечером приблизился я к этим воротам. Их охраняли. Правда, как выяснилось, стража была уведомлена о моем приезде и открыла створы.
Когда они бесшумно сомкнулись за моей спиной, я почувствовал беспричинный с виду страх. Однако я все же подъехал к дверям Ортханка, а там уже поджидал меня Саруман. Вместе поднялись мы к нему наверх. Я заметил у него на пальце кольцо.
– Вот ты и пришел, Гэндальф, – приветствовал он меня, а в глазах у него плясали белые огоньки, словно от какого-то недоброго веселья.
– Да, пришел, – отвечал я, – пришел за обещанной помощью, Саруман Белый.
Почему-то упоминание его собственного титула разгневало мудрого мага.
– Неужто за помощью, Гэндальф Серый? – с неожиданной издевкой переспросил он. – Кто бы мог подумать! Гэндальф Серый ищет помощи, такой хитроумный, такой непоседливый, он везде суется и во все вмешивается, а вот поди ж ты – за помощью пришел!
В полном недоумении глядел я на него.
– Если меня не обманули, – начал я, – настало время собрать воедино всю нашу мощь...
– Вполне допускаю, – усмехнулся Саруман. – Только поздновато посетила тебя эта мысль. Интересно, долго ли Совет скрывал от меня события величайшей важности? Чего ради ты выбрался теперь из своего Шира?
– Девять вышли в мир, – ответил я ему. – Радагаст сообщил мне, что они перешли Реку.
– Ах, Радагаст! – захохотал он, и теперь-то уж ясно было, что он издевается. – Радагаст – укротитель пташек! Радагаст Простак! Радагаст Дурак! Значит, у него все-таки хватило ума сыграть свою роль, а большего от него и не ждали. Ибо ты пришел, а это – главное. Здесь ты и останешься, Гэндальф Серый. Тебе пора отдохнуть от путешествий. Так решил я, Саруман Мудрый, Саруман Создатель Кольца, Саруман Радужный. Тут только я заметил, что одежда Сарумана, по привычке показавшаяся мне белой, переливается всеми цветами и оттенками. Когда он двигался, у меня просто в глазах рябило.