Братство кольца

Толкин Джон Рональд Руэл

– Кого это к нам принесло? – а подойдя поближе, выразился еще определеннее: – Что надо?

– День добрый, господин Мэггот! – поздоровался Пиппин. Хозяин вгляделся.

– О! Да никак мастер Пиппин собственной персоной! Стало быть, почтенный Перегрин Тук пожаловал. Давненько вас не видно. – Мэггот вроде бы собрался улыбнуться, но раздумал. – По правде сказать, ваше счастье, что мы знакомы, а то я решил спускать собак на всех прохожих. То ли мы к Реке слишком близко живем, – покачал он головой, – то ли просто у нас место такое, что каждый встречный-поперечный норовит своим визитом осчастливить, но уж таким чудным, как этот малый, я по своей земле шастать не дам.

– О ком это вы? – насторожился Пиппин.

– Ха! Так он вам не встретился? –

удивился хозяин. – Навестил меня тут один перед вами. Отродясь таких чудных не видал, и вопросы чудные задавал. Да чего ж мы тут стоим? Пойдемте-ка в дом, посидим, новости обсудим. Эль у меня нынче удался опять же. Пошли, пошли, мастер Тук, и друзей ваших зовите.

Хозяину, похоже, было что рассказать.

– А как насчет собачек? – с беспокойством спросил Фродо.

– Уладим, – рассмеялся Мэггот. – Пока я не скажу, они не тронут. – Эй, Хват, Клык! Ко мне! – позвал он. – Ко мне, Волк! Собаки нехотя отошли. Пиппин представил спутников.

– Господин Фродо Сумникс, – сказал он. – Вы его, может, не помните, он одно время в Брендинорье жил.

Хозяин вздрогнул и внимательно посмотрел на Фродо. «Все, – похолодел Фродо, – о грибах вспомнил! Сейчас собак спустит!» Однако Мэггот дружески протянул руку.

– А уж это и вовсе чудеса! – воскликнул он. – Господин Сумникс, значит? Да, дела... Ну, пошли в дом. Надо поговорить.

Вскоре все расселись у очага в просторной кухне усадьбы. Жена фермера принесла пиво в огромном жбане, и, когда гости отхлебнули из кружек, Пиппин восхищенно причмокнул и перестал жалеть о «Золотом Пескаре». Пиво у Мэггота удалось отменное. Сэм так не считал, хотя язык говорил ему обратное. Сэм вообще не склонен был доверять кому бы то ни было, если им пришла в голову блажь жить за пределами Хоббитона. А уж о дружеском расположении к хозяину усадьбы, поколачивавшему (пусть давно) его хозяина, и речи быть не могло.

Сперва, как водится, поговорили о погоде и видах на урожай (и то и другое не сильно отличалось от всегдашнего). Потом Мэггот отодвинул кружку и поочередно оглядел своих гостей.

– Так я не понял, мастер Перегрин, откуда и куда вы направляетесь. Ведь не меня же навестить зашли. А если меня, то как на зады попали?

– Тут ведь какое дело, мастер Мэггот, – начал Пиппин, – мы ведь вашими полями шли. А все почему? Можете себе представить: хотели напрямик к Перевозу выйти и заплутали.

– Когда спешишь, по дороге быстрее, – назидательно произнес хозяин. – Впрочем, это не моя забота. И оправдываться нечего. Вам-то не надо меня спрашивать, чтобы моими полями пройти. Да и вам, господин Сумникс, – обратился он к Фродо. – Ходите себе на здоровье. Хотя, – Мэггот выдержал паузу, – грибы-то небось по-прежнему любите, а? Как же, как же! Я ведь еще не обеспамятел. Помню одного молодого разбойника в Заскочье, тоже Фродо звали... и фамилия – Сумникс. Даже если бы и забыл, фамилию-то, – фермер прищурился, – было кому напомнить. Да я не о грибах. Дело прошлое. Фамилию вашу я услышал минут за десять до вашего прихода. – Хоббиты вытаращили глаза. – О чем, по-вашему, допытывался у меня этот чужак? – Хозяину, похоже, нравилось обстоятельно входить в подробности рассказа.
– Явился он верхом. Конь здоровенный, черный такой. А ворота, глядь, открыты были. Ну, он прямо к двери. Плащ на нем тоже черный да с капюшоном, лица не видать. Я подумал: «Может, беглый какой? Чего его в Шир занесло?» У нас тут Верзилы и не бывают почти, а таких и подавно не видывали. Вышел я к нему, поздоровался и говорю: «Вам куда бы ни ехать, сударь, все одно – не по этой дороге. Большак во-он там, говорю, вертайтесь, здесь вам делать нечего». Уж очень мне вид его не понравился. К тому ж Хват выскочил да, не гавкнув, попятился, хвост поджавши, да и удрал в дом. А этот черный и внимания не обратил. «Я, говорит, оттуда пришел», и показывает, злодей, на мои же поля! Каково? А потом нагнулся и шипит: «Сумникса не видели?» Меня аж озноб пробрал. Да только мало ли кто капюшон на

себя наденет! Это не причина, чтобы по моим полям шастать. «Отваливай! – говорю ему. – Нету здесь Сумниксов и отродясь не было. Это в Хоббитон надо ехать. Да по дороге, а не полями». А он опять шипит: «Ушел Сумникс. Скоро здесь будет. Мне нужен. Когда придет – скажешь. Золото привезу». «Катись ты со своим золотом, говорю, да побыстрее. А то сейчас собак крикну!» Он усмехнулся вроде, да ка-ак коня пришпорит! Я еле отскочить успел, а уж он в ворота, раз – и нет его. По проселку как молния черная шарахнула. И что вы об этом думаете, господин Сумникс?

Фродо сидел, глядя в огонь; только одна мысль билась у него в голове: как же, ну как же они доберутся теперь до Перевоза?

– Не знаю что и думать, – наконец выдавил он из себя.

– Не знаете, так я вам скажу. – Мэггот наставительно поднял вверх корявый палец. – Зря вы связались с этой публикой из Хоббитона, мастер Фродо. Чудной там народ.

Сэм отставил кружку и неприязненно поглядел на Мэггота. А фермер меж тем продолжал:

– Оно конечно, вас в молодости за отчаянного парня знали. Когда вы из Заскочья подались вдруг в Хоббитон, я сразу сказал: наживет он там себе неприятностей. А все из-за этих подозрительных бильбовских дел. И деньги его подозрительные, а то еще говорят – в чужедальних краях раздобыты. Вот, может, кому-то из чужедалья и не дает покоя то золото, которое он на Сумкиной Горке зарыл?

Фродо ничего не сказал. Он просто растерялся от такой проницательности Мэггота.

– Ладно, теперь-то уж что! – махнул рукой Мэггот. – Вы правильно сделали, надумав вернуться в Заскочье. Тут и оставайтесь! И не связывайтесь ни с какими чужаками. Здесь у вас есть друзья. И если какие-нибудь черные парни опять за вами явятся, мы с собачками как-нибудь разберемся с ними. Скажу: умерли вы, или уехали вовсе, ну, что хотите. Может, они не вас ищут-то, может, им старый Бильбо нужен?

– Возможно, – как-то вяло ответил Фродо, не глядя в глаза Мэгготу. Мэггот, напротив, глядел на него очень внимательно.

– Ну что ж, вы про свои дела сами знаете, – сказал он наконец. – Ежу понятно, что вы и этот черный сошлись здесь сегодня не случайно. Может, для вас это – обычное дело. Я в ваши дела не вмешиваюсь, но вижу ведь: чем-то вы озабочены. А если бы меня спросили: чем? – я бы ответил: конечно тем, как до Перевоза добраться.

– Думай, не думай, – мрачно произнес Фродо, – а нам туда надо. Сидючи здесь, туда не попадешь, поэтому – пойдем мы. Я вам благодарен за радушный прием, а ведь тридцать лет я вас, мастер Мэггот, боялся до ужаса. Ну и собачек ваших, конечно. Оказывается, у меня был здесь добрый знакомый, а я и не знал об этом. Жаль. Мне не хочется уходить так скоро, да время торопит. Может, вернусь когда-нибудь...

– Когда бы ни вернулись, вам будут рады, – серьезно сказал Мэггот. – Мне тут одна мысль пришла в голову. Дело-то к закату. А у нас здесь ложиться привыкли рано, стало быть, самое время поужинать. Вот если бы вы задержались и откушали с нами, нам было бы очень приятно.

– И нам тоже, – улыбнулся Фродо, – но, боюсь, не получится. Нам ведь правда надо уйти как можно скорее. И так до темноты к Перевозу не попасть.

– А-а! Так я же не все сказал, – Мэггот хитро прищурился. – Поужинаем, посажу вас в повозку да и подвезу к Перевозу. И вы ноги сбережете, и мне за вас не волноваться.

К большому удовольствию Сэма и Пиппина, Фродо с благодарностью принял предложение фермера. Солнце быстро клонилось за западные холмы, наступали сумерки. Вернулись с поля двое сыновей, три дочери и несколько работников Мэггота, огромный стол накрыли к ужину. Принесли свечей, в очаг подбросили дров. Хозяйка сновала взад-вперед, подавая на стол. Вместе с гостями и домочадцами за ужин уселось четырнадцать душ. В пиве недостатка не было, равно как и в свиной грудинке с грибами, и в прочей сытной домашней снеди. Собаки лежали у огня, расправляясь с костями, на которых, впрочем, и мяса хватало.