Братки
Шрифт:
— Мы решим все возникшие вопросы, — согласно кивнул Левченко.
Было пять утра, когда Потапов в сопровождении своих людей, усевшись в свой джип, выехал со двора здания милиции, где располагался ОБОП.
Они отъехали не так далеко, когда у Потапова зазвонил телефон, возвращённый милиционерами.
— Это я, Глеб, где ты пропадал, сотовый молчал часа четыре? — послышался в трубке голос Панкратова.
— Я не знаю, где ты, но мы находимся… — он посмотрел в окно, — в районе кинотеатра «Горизонт», подъезжай сюда, мы ждём тебя здесь.
Глеб подъехал через
— Где вы были все это время? — обеспокоенно спросил Глеб.
— В ментуре.
Глеб удивился, но не сильно.
— Что там с вами делали? — спросил Панкратов.
— На бабки раскручивали, — усмехнулся Потапов, доставая из кармана плаща пачку сигарет.
Он вкратце рассказал Глебу о разговоре, произошедшем с подполковником Левченко, и о событиях, предшествовавших этому разговору.
Глеб, выслушав рассказ Потапова, поспешил спросить:
— Так ты что, пошёл с ними на мировую, решил сохранить лояльность и не прыгать выше той черты, которая тебе позволена?
Потапов выдохнул сигаретный дым и с негодованием посмотрел на Панкратова.
— Кто я буду потом в этом городе, если поддамся на шантаж этих ублюдков? Да и кто, черт возьми, они такие, чтобы указывать мне моё место?
— Так что же делать в таком случае? — спросил Глеб.
— Бороться, — ответил Потапов.
— Как? — снова спросил Глеб.
— Пока не знаю, надо обдумать.
Кстати, у тебя какая-нибудь информация есть? — спросил Потапов у Глеба.
— С чего начинать? — спросил Глеб. — С плохой или хорошей?
Потапов вздохнул и произнёс:
— На сегодняшний день я так устал от дерьма, поэтому давай хорошую.
— Мне удалось записать разговор братьев Грибановых с их работодателем.
Потапов быстро вынул изо рта сигарету и с удивлением посмотрел на Глеба.
— Ты хочешь сказать…
— Нет, нет, с романовскими беседовал, естественно, не сам работодатель, а человек, представляющий его интересы. Вот здесь как раз произошёл небольшой прокол: кто этот посредник, я так и не понял, поскольку в диалоге его имя не называлось.
— Кто работодатель? — жёстким тоном спросил Потапов.
Глеб усмехнулся и неожиданно для Потапова протянул руку к радиоприёмнику, работавшему еле слышно, и усилил громкость. Ночной ди-джей сообщал последние новости:
«Итак, основная тема дня, а точнее, ночи, — громкое заказное убийство в нашем городе. Убит один из самых влиятельных людей в городе Альберт Дадамян, известный, как сейчас говорят, предприниматель и начинающий политический деятель. Политикой он занялся совсем недавно и последний месяц активно готовился к участию в губернаторских выборах. Для этих целей Дадамян заручился помощью известных в городе людей: предпринимателей и части политической элиты. Его поддерживали несколько крупных чиновников из областной и городской администрации. Под его началом собралось несколько партий и движений. Создан мощный блок, который являлся одним из главных лидеров на ближайших выборах. Теперь судьба этого предвыборного блока под вопросом: распадётся ли он на мелкие объединения или выдвинет нового лидера, пока до конца неизвестно. Однако
Глеб выключил радио и с усмешкой поглядел на Потапова. Тот задумчиво продолжал смотреть на молчащий радиоприёмник.
— Хитро придумали, суки, — наконец проговорил он, — а я в этой ситуации оказался подставленным. Поскольку теперь все эти так называемые силы, наблюдавшие в бане наш с Дадамяном конфликт, в случае необходимости легко подтвердят этот факт, а Горский… Горский останется вне подозрений, так как был одним из соратников и сподвижников Дадамяна.
Потапов выкинул окурок в окно.
— Ну ладно, давай свою аудиозапись.
Глеб вынул из кармана куртки аудиокассету и вставил её в магнитофон. Он слегка усилил звук, и Потапов услышал хорошо знакомый ему голос Антона Грибанова:
«…А нам, командир, все равно, кто у нас будет „папой“, ты или твой Горский. Мы же не идиоты и понимаем, что без „крыши“ в этом городе даже бандитам тяжело. Но и без нас вы хер чего добьётесь. Мы вам нужны как спец-бригада, как чистильщики.
— Скорее ассенизаторы, — послышался голос собеседника Антона. — Да, ты прав, на нашем пути много дерьма, и нужны люди, которые это будут делать за нас, по нашей указке.
— Конечно, — подтвердил Грибанов. — Палачи всегда нужны. Вот ты, командир, хоть и при звании, а забыл, наверно, когда в последний раз ствол в руках держал.
— А мне этого и не надо, — ответил собеседник Грибанова. — Моё дело работать головой, а ваше — руками. Я координатор, передаточное звено между боссом и вами. И ещё… — говоривший замолчал, давая понять важность того, что он скажет. — И ещё я буду контролировать вас, как механик контролирует работу машины. И если что-то в ней не заладится, мы заменим не только отдельные узлы, но и всю машину. Помните об этом. Я не потерплю любых, даже самых невинных самовольных действий, тем более самовольного отстрела ваших конкурентов.
— Нам что, у тебя теперь лицензии на отстрел брать придётся? — усмехнувшись, спросил Никита Грибанов.
— Ладно, командир, не пугай, мы уже пуганые, — добавил Антон, — Дадамян нас тоже пугал, и где он сейчас?
— Я вам не Дадамян, — жёстким тоном ответил мужчина. — И того бардака, который он допустил в отношениях с вами, и не только с вами, я, можете мне поверить, не допущу. К руководству в области придут новые люди, куда более жёсткие. И поверьте мне лучше на слово — мы наведём порядок… Ну а теперь вы можете быть свободны. О следующей встрече я вам сообщу сам. Не волнуйтесь, я вас найду.
— А бабки когда будут за проделанную работу, командир? — поинтересовался Антон Грибанов.
— Все деньги будут после выборов, так что подождёте. Обманывать вас никто не собирается», — холодно ответил собеседник.
Глеб выключил магнитофон и, вынув кассету, протянул её Потапову.
— На этом запись кончается, преследовать ни тех ни других я не рискнул, — произнёс он. — Слишком велика была опасность быть засвеченным и потерять даже то, что я имею. Тебе знаком голос этого «координатора»?