Брат моего парня

Вашингтон Виктория

Хуже всего были не слова. А то, что люди переставали говорить, когда я проходила мимо.

Тишина — намного громче любого шёпота.

Я открыла шкафчик, вытащила учебники. Пара студенток подошли к соседним шкафчикам. Слишком близко, чтобы не слышать.

— …да я тебе говорю, вчера видела её с Каем, — одна из них. Голос приторный. — Он, видимо, всё ещё с ней. — Тоже мне герой, — ответила вторая. — Он бы хоть читал, что про неё пишут. — Да он ничего не замечает. Но, может, как заметит, появится

шанс занять место. От такого влиятельного парня я бы не отказалась. — Ну у тебя и сейчас есть шанс. Брат то его свободен. — Он конечно красавчик, но я его боюсь. Я пыталась к нему однажды подкатить. Он одним взглядом меня так унизил, что точно не варик. — А она… — вторая девочка хмыкнула. — Посмотри на неё. Вся такая из себя жертва.

Я закрыла шкафчик. Не громко. Но достаточно, чтобы они вздрогнули.

— Продолжайте, — сказала я ровно, даже не глядя на них. — У вас получалось очень складно. Только вот ни один, ни другой не посмотрит на вас, даже если вы последними девушками на земле останетесь.

Даже не знаю почему уточнила про них двоих. Как-то само с языка сорвалось.

Они замолчали. Тяжело. Будто слова застряли у них в горле.

И всё же — я не ушла быстрее. Я дала им почувствовать, что не сломана. Что слышу каждое слово — и всё равно стою прямо.

Пара человек в коридоре обернулась. Кто-то фыркнул. Кто-то отвернулся так, будто боялся испачкаться, если наши взгляды пересекутся.

Шаги. Шёпот. Непереносимая маленькая Вселенная чужого мнения.

Но я шла на лекцию. *** К обеду в кампусе стало шумнее. Коридоры гудели голосами, как улей, который потревожили палкой. Я не была голодна, но идти куда-то ещё не хотелось — хотелось просто затеряться среди людей, спрятаться в их шуме, чтобы не слышать собственные мысли.

Буфет находился на первом этаже. Там всегда было тесно: запах кофе, горячих булочек, макарон, нервные первокурсники, которые боятся упасть лицом в стол прямо на глазах у старших курсов, и группа тех, кто считает себя слишком важными, чтобы стоять в очереди.

Я вошла — и сразу ощутила десятки взглядов. Не долгая оценка. Просто короткое «это она».

Я сделала вид, что не замечаю. Взяла поднос, пластиковый стакан, кофе из автомата, яблоко — ничего лишнего. Место нашла в углу, возле окна, где почти никто не сидел.

Я только сделала глоток — как рядом кто-то поставил свой поднос.

— Можно? — спросил спокойный голос.

Я подняла глаза.

Передо мной стояла девушка. Невысокая, с ярко-рыжими волосами, собранными в свободный пучок. Чистый взгляд. Уверенный. Но не наглый, как у большинства.

Она держалась так, будто это её территория, но ей не нужно никого в этом убеждать.

— Здесь свободно, — ответила я. Не улыбнулась — просто констатировала факт.

Она села.

Не слишком близко. Но достаточно, чтобы дать понять: это не случайность.

Несколько секунд мы ели молча. Она ковыряла вилкой салат, будто что-то обдумывала.

Потом:

—

Тебя зовут Рэн, да? — спросила она.

У меня внутри что-то сжалось.

Слишком прямой заход. Слишком уверенный.

— Да, — ответила я осторожно.

Она кивнула, будто уже знала это.

— Я Виджи, — представилась она. — Мы на одном потоке, но на разных направлениях. А так бы ты меня заметила, уверена.

Наглая улыбка — но тёплая. И немного ироничная.

Я молчала. Она спокойно продолжила есть, не напрягая меня вниманием.

— Я слышала… ну… — Виджи лениво взмахнула вилкой. — Всякое. Но ты, наверное, слышала ещё больше.

Я поставила стакан. Слишком аккуратно, как будто боялась пролить.

— Слышала, — коротко ответила я.

Виджи не стала делать вид, что «поняла» или что ей «жаль». Она только кивнула.

— Люди любят чушь. Особенно про тех, кто не похож на них.

Это прозвучало так буднично, будто она обсуждала погоду.

Я не знала, что на это ответить — и ответила честно:

— Не понимаю, почему ты подошла.

Она усмехнулась.

— А я люблю смотреть в лицо тому, что меня интересует.

Я моргнула. Слишком странная фраза.

— То есть… я тебя интересую? — спросила я медленно.

Она пожала плечами:

— Ты держишься так, будто весь мир пытается уронить тебя, а ты идёшь ровно. Такое бросается в глаза. И… — она наклонила голову, изучая меня, — ты не выглядишь как человек, который делает то, в чём тебя обвиняют.

Я напряглась.

— Ты не веришь слухам?

— Я верю глазам, — ответила она. — И чуть-чуть интуиции. Она у меня хорошая.

Я взяла яблоко, но так и не откусила.

— Ты не обязана мне доверять, — спокойно сказала Виджи. — И я не пытаюсь к тебе лезть. Просто… решила, что тебе будет не хуже, если кто-то сядет рядом, а не будет шипеть в спину.

Я почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Незаметно. Но ощутимо.

— Не боишься, что тебя будут обсуждать за то, что сидишь со мной? — спросила я.

Она фыркнула.

— Я боюсь только пауков. И то — маленьких. Люди мне ничего сделать не могут.

Это прозвучало так самоуверенно, что я невольно хмыкнула.

Она чуть улыбнулась — маленькой победой.

— Ладно, — сказала я тише. — Спасибо.

Виджи подвинула свой поднос чуть ближе — не вторгаясь, но обозначая: я рядом.

— Если тебе когда-нибудь надо будет… — она задумалась. — Ну, выдохнуть, что ли — я обычно сижу здесь. В этом же месте. И ещё… — она покосилась за моё плечо. — Этот парень уже третий раз смотрит в твою сторону. Он думает, что делает это незаметно.

Я резко обернулась.

В углу столовой стоял какой-то юноша — первокурсник, судя по виду — и отвернулся, как только наши взгляды встретились.

— Фух, — сказала Виджи. — Ну хоть один, который не шипит, а просто влюбляется, как все нормальные идиоты.