Брат-чародей
Шрифт:
В общем, как к чародею подсел худой незнакомец с рукой на перевязи, он не заметил.
— Отвезти, как обычно… чересчур… вчера… борода… не верят, сволочи!… теперь мне грозит… а я говорю, где вы видели… разве это не… видел своими… борода… — Гиллу отсюда было плохо слышно, о чём говорит с чародеем высокий усатый незнакомец с повадками бывалого военного, но подходить ближе он не собирался, почему-то опасаясь, что Кастема улыбнется и добродушно отошлет его гулять куда подальше. Судя по всему, мужчина пытался в чём-то убедить чародея, а тот, похоже, ему не особенно верил. И при чём здесь борода, о которой он так настойчиво
Кастема опять лениво покачал головой; незнакомец закусил губы — разговор, кажется, зашел в тупик. Потом тот встал и, не говоря ни слова, ушёл. Чуть огорченный пустой развязкой заинтриговавшей его поначалу истории, Гилл бросил недовольный взгляд на спокойно сидевшего чародея — и потихоньку стал снова клевать носом… Негромкий шум пьяных голосов, умиротворяющий стук посуды поднялись к высокому потолку и окутали ватным одеялом всю комнату… "А винцо-то дрянь, хозяин!" — сидевший к нему спиной горожанин взмахнул рукой и поймал парившего в воздухе маленького подобострастного человечка. Тот плаксиво забился, пытаясь вырваться из цепкой хватки. "Лучшее вино — то, за которое расплачиваются вовремя… вовремя… вовремя!" — загрохотало вокруг. Горожанин отбросил человечка и стал отбиваться от полетевших в него серых прозрачных шаров с циферблатом внутри, и тут Гилл с тихим ужасом увидел его лицо — безглазое и безносое, но заросшее огромной чёрной бородой!
…Гилл дернулся и выпрямился на стуле. Сердце бешено стучало. "Клянусь своей лавкой, завтра заплачу тебе весь долг!" — горожанин просительно уставился на стоявшего за стойкой хозяина; его куцая рыжая бородёнка пьяненько дрожала.
Приходя в себя, Гилл уже спокойнее оглядел зал.
Чародея не было.
Гилл почувствовал, как, словно в продолжение кошмарного сна, чужая сила сорвала его с насиженного места и толкнула к выходу. Что-то было непонятно. Что-то случилось. Замотав головой, он остановился — и повернул к хозяину.
— Где мой товарищ? Ты не видел, куда он ушёл?
Человечек поднял на него слащавые глаза и затараторил:
— Это тот, который разговаривал с капитаном? А он ушёл с ним, ушёл-ушёл, неосторожно это, зря, капитан, говорят, с дурными людьми связался, ну да каждый сам себе господин, лишь бы мне платили за постой, а я человек мирный…
Гилл скривился, как от зубной боли, и бросился к выходу. Зимний вечер встретил его лёгким снежком. Гилл внимательно огляделся вокруг.
Никого.
Он судорожно сжал зубы, занывшие от холода ещё сильнее, и побежал по плохо освещённой улице. Мороз тут же ударил его в грудь, убедив перейти на быстрый шаг; но чувство неведомой опасности снова заставило его увеличить скорость. Он побежал во весь опор — и неожиданно почувствовал странное спокойствие.
Не думая ни о чём, он уверенно бежал, сворачивая, где надо, в совершенно незнакомые улочки. В какой-то момент ножны ударили его по ноге; не останавливаясь, он поправил пояс — и тут же услышал шум драки — и припустил ещё сильнее.
В открывшемся переулке молча рубились чёрные тени.
В следующее мгновение он увидел светлый плащ Кастемы — и с воплем и с непонятно как оказавшимся у него в руке мечом бросился на темные спины. На его крик повернулось чьё-то незнакомое лицо, и чужой меч отразил выпад его собственного — а через миг сверкнул ещё один клинок и ему самому пришлось
Где-то рядом обреченно захрипели — и под ноги грузно свалилось темное тело, да и осталось недвижно лежать. Он перехватил меч обеими руками и повёл его плашмя вправо и вверх, с ходу врезавшись во что-то мягкое и тяжёлое…
"Сзади!" — он рванулся влево, не раздумывая, повинуясь знакомому голосу. Нападавший промахнулся и полетел куда-то в сторону, да на блеснувшее острие, тут же взвыл и схватился руками за бок. Гилл выпрямился и стал с мечом наизготовку рядом с чародеем.
Но бой уже закончился. Под ногами, на светлом снегу, в резкой позе, лежал незнакомый человек в темном плаще. А чуть дальше… чуть дальше ещё один. Да ещё кто-то пытался подняться с колен и хрипло дышал.
— Двое убежали, — из-за спины чародея показался разочарованный капитан.
— Т-ты?!
– заскрипев от гнева зубами, Гилл бросился на предателя.
— Стой, это друг! — Кастема успел схватить его за плечи; потом повернул его к себе и с силой тряхнул. — Мы вместе.
Гилл только кивнул, глядя в незнакомое лицо чародея. А тот уже отодвинул его в сторону и нагнулся над поверженным врагом.
— Говори, кто тебя послал.
В ровном голосе Кастемы было же столько человеческих чувств, сколько в мече, который он приставил к его горлу. Гилл тихо шагнул чуть в сторону, чтобы стало лучше видно. Дрожащий — от раны, не от страха — человек поднял на чародея прищуренные глаза, в которых плясало какое-то злорадное веселье, и с хриплым смехом грязно выругался прямо ему в лицо.
— Ах ты, собака! — рассвирепел капитан. — Да я тебя сейчас…
Кастема молча вскинул руку с мечом перед шагнувшим вперёд разъяренным капитаном и, не отводя взгляда, по-прежнему бесстрастно произнес:
— Ты проиграл. Говори.
Гилл затряс головой — у него вдруг заложило уши, словно в воздухе было разлито что-то… такое…
— Ты… ты не можешь, — в глазах наёмника впервые плеснулся страх.
— Могу.
— Мне заплатили… чтобы я молчал…
— Это заплатили? — Кастема сорвал у него с пояса кошелёк.
— Д-да!
Кастема высыпал себе на ладонь несколько блестящих монет и поднес их к лицу наёмника.
— Кто тебе это дал? — чётко пропечатал он каждое слово.
Раненый задрожал ещё сильнее.
— Лорд Вин-Арц… Нет! — вдруг опомнился наёмник и с обреченным стоном мешком завалился набок.
Очень медленно чародей выпрямился — и повернулся к капитану.
Несколько мгновений они ошарашено смотрели друг на друга. Потом капитан нелепо крутанулся, ударил руками себя по бёдрам и захохотал с горечью пополам:
— А я-то, болван, не понимал, почему в миссии меня даже слушать не хотели!… Ахх-ха-хар-ргх!… - его смех оборвался настоящим рыком.
— Я иду туда, — мгновенно успокоившись, твёрдо сказал он.
— Нет. Мы идем вместе, — решил Кастема, потом задумался и с сомнением посмотрел на Гилла.
— И я с вами! — срывающимся голосом крикнул тот и закашлялся.
— В этаком виде? — добродушно спросил чародей, склонив голову и улыбнувшись.
Гилл непонятливо посмотрел на себя, потом — вопросительно — на него. Тот молча, без лишних объяснений снял свой плащ и кинул его Гиллу. Только сейчас до него с запозданием дошло, что он выскочил с постоялого двора лишь в не очень теплом камзоле, да ещё и нараспашку.