Бойфренд
Шрифт:
Гретхен хватает свой бокал с моего кофейного столика, на котором стоит бутылка с остатками красного вина, которая еще утром была полной.
– За Бонни.
Я чокаюсь с ней своим бокалом.
– За Бонни.
На этой ноте мы оба допиваем вино. Жаль, что у нас нет ещё одной бутылки. Мне нужно держать дома ещё одну на случай, если в ближайшем будущем убьют ещё кого–то из моих близких друзей.
Гретхен делает шаткий вдох.
– Мне пора домой. Уже совсем поздно.
Я не хочу, чтобы она уходила, но нельзя отрицать, что уже почти полночь. Мне стоило бы попытаться заснуть, но я уверена, что
– Тебе вызвать такси?
Она качает головой.
– Я переночую у Рэнди.
Да, верно, Гретхен не придётся ночевать в одиночестве, как мне.
– Как он там?
Мои чувства к нему до сих пор противоречивы, но приходится признать, что Рэнди сегодня утром был на высоте. Как только я начала кричать, он мгновенно оказался рядом. Я была на грани обморока, но он взял ситуацию в свои руки. Он отвёл меня в гостиную, закрыв за собой дверь спальни, и затем позвонил в 911. Я в тот момент практически задыхалась, а Рэнди был совершенно спокоен. Тогда я была благодарна, хотя он, должно быть, тоже был в шоке.
– С ним всё в порядке, – говорит Гретхен. – Он стойко переносит такого рода вещи.
Он стойко переносит обнаружение изуродованного тела? Ну ладно…
– В общем… – Гретхен трёт опухшие глаза, поднимаясь на ноги. – Я пойду, но давай поговорим завтра, хорошо?
Провожая её к двери, я думаю лишь о том, что не хочу, чтобы Гретхен уходила. Уже поздно, но я уверена, мы сможем раздобыть ещё одну бутылку вина. Я только и хочу, чтобы Гретхен осталась в моей квартире и продолжала вместе со мной вспоминать Бонни, пока мои глаза наконец не сомкнутся.
Но я не могу её удерживать. У двери она обнимает меня, а я смотрю, как она проходит по коридору к лифту. Я держу дверь приоткрытой, пока она не скрывается из виду.
И вот я одна.
Иногда мне нравится, что квартира в полном моем распоряжении. В прошлом у меня были довольно неприятные соседи по комнате, и я из тех людей, которые ценят свое одиночество. Но сейчас я его ненавижу. Квартира кажется такой пустой. Я чувствую себя абсолютно, совершенно одинокой.
Раз вино кончилось, я иду на кухню и нахожу лучшую замену: пинту мороженого. Смотрю на вкус: мятное с шоколадной крошкой. Я ненавижу мятное с шоколадной крошкой. Учитывая, что я живу одна, я не уверена, почему единственное мороженое в моей морозилке – это вкус, который я даже не люблю, но затем я вспоминаю: его принесла Бонни. Мы ужинали вместе. Я готовила, а она отвечала за десерт. Я тогда подколола её за то, что она принесла мой самый нелюбимый вкус, но её ответ был: «Это же мороженое, Сидни. По определению, любой вкус хорош».
Видимо, в её честь я надену резинку и буду есть мятное мороженое с шоколадной крошкой.
Я плюхаюсь обратно на диван с мороженым. Возможно, это не мой любимый вкус, но оно всё равно чертовски вкусное. Ну, это же мороженое. Тут действительно не промахнёшься.
Пока я набиваю желудок, я тянусь к телефону. Первое, что я делаю, – открываю приложение Cynch. Сегодня утром я искала Таинственного мужчину – но кажется, будто это было сто лет назад. Сейчас он дальше всего от моих мыслей.
В этот раз я ввожу в строку поиска нечто очень конкретное. Я печатаю имя Джейкоб Соуза.
И вот он.
Глава 15
Если
Джейк выглядит хорошо на своём фото. Это не фейковая фотография, как у Кевина. Она больше похожа на него, чем фото большинства людей, но это меня не удивляет. Джейк никогда не был из тех парней, кто чувствовал необходимость что–то скрывать – что видишь, то и получаешь. Он одет в ту же рубашку и галстук, в которых обычно ходит на работу, и щеголяет своей вечной пятичасовой щетиной. Клянусь, через пять секунд после бритья его щетина мгновенно отрастает снова. Она также скрывает шрамы от акне, оставшиеся с подросткового возраста, хотя сложно представить Джейка когда–либо тощим подростком. Кажется, будто он появился на свет уже тридцатипятилетним.
Я читаю детали, которые Джейк указал в своём профиле. Нет детей. Хочет детей. Не курит. Без политической принадлежности. Любимое хобби: смотреть футбол.
Ну, это ложь. У Джейка нет времени на хобби.
В разделе «Кого ищу» он написал: Хочу найти женщину, к которой могу вернуться в конце долгого рабочего дня, вместе насладиться горячим ужином и посмотреть фильм по телевизору.
Ещё больше лжи. Джейк не хочет женщину, к которой можно вернуться. Он вообще не хочет возвращаться домой.
Но несмотря на моё тлеющее негодование, когда я смотрю на его фото, я вспоминаю то тянущее чувство, которое испытывала, когда была с ним. Мы впервые встретились через Cynch много лет назад, после череды ужасных свиданий у нас обоих, и в тот миг, когда я увидела его… Ну, это была та самая молния. Я поняла, что долгое время мне не придётся ходить на неудачные свидания.
Почему же у нас не сложилось? Мы с Джейком уже должны были быть женаты. У нас должны были быть дети, и мы бы размещали раздражающие детские фото по всему Facebook.
Я прокручиваю контакты в своём телефоне и, конечно же, имя Джейка всё ещё там. Более умная женщина удалила бы его после нашего расставания, но я не стала. Пока он не сменил номер, он всё ещё записан в моём телефоне.
Не успев остановить себя, я нажимаю на его имя.
Шансы, что Джейк действительно снимет трубку, кажутся призрачными – всё–таки полночь, и он работает над делом, – поэтому я удивлена, когда слышу его низкий голос на другом конце провода. Впрочем, я удивляюсь лишь до того момента, как вспоминаю, что этот человек никогда не спит.
– Сидни?
– Привет…
Он не спрашивает, зачем я звоню, но тот факт, что он не удалил мой номер, о многом говорит.
– Привет.
Несмотря на то, что я всё так же одинока, как и минуту назад, я чувствую себя лучше, теперь, когда Джейк на линии. У него всегда был дар давать мне чувство защищённости. Его присутствие заполняет пространство, даже если это просто телефонный разговор.
– Ну, как продвигается дело? – спрашиваю я. – Нашли того парня?
– Ты же знаешь, я не могу говорить с тобой об этом, Сид. Расследование ещё идёт.