Боясь нас

Рейд Б. Б.

Ее внимание, казалось, сработало, когда Киран и Дэш отступили друг от друга. Я не мог не быть немного разочарован. Динамичный дуэт до сих пор никогда не конфликтовал друг с другом. Разрушение дружбы Кирана с единственным человеком, у которого хватило смелости оставаться рядом с ним все эти годы, было бы вишенкой на торте.

Лэйк повела Кирана наверх за руку, и Дэш ушел вскоре после телефонного звонка. Напряженное выражение его лица только усилилось, и я понял, что телефонный звонок не мог быть хорошим.

— Что

скажешь, если мы возьмем что-нибудь поесть? — спросил я Шелдон, когда мы остались одни.

— Я не голодна.

— Я вижу твои кости, голодная ты или нет, но ты поешь. — Я забрал ее одежду и приказал ей принять душ и одеться.

* * *

Я отвел Шелдон в ресторан недалеко от города, известный своими блинами. Я не осознавал всех мелочей, от которых отказался, когда уехал.

— Я не понимаю, почему нам пришлось выходить куда-то, чтобы поесть, — проворчала Шелдон, когда мы заняли свои места. Мы сразу же сели за столик из-за позднего часа завтрака. — Я уверена, что на твоей кухне полно еды.

— Я хотел убедиться, что ты поешь, потому что ты не можешь позаботиться о себе, а это не моя кухня.

— Я могу позаботиться о себе. Да и вообще, зачем мне есть, если я даже не знаю, поела ли моя дочь за неделю?

— Значит, голодание вернет ее обратно? Ты не можешь наказывать себя.

— Нет, не могу, но только потому, что ты достаточно хорошо для меня с этим справился.

— Ты правда думала, что я облегчу тебе задачу?

— Нет. Я научилась не ожидать от тебя ничего хорошего. Ты сломал меня, Кинан. В более чем один способ.

Официант подошел за нашими заказами прежде, чем я успел ответить. К неудовольствию Шелдон, я не только заказал для нее, но и это была целая тарелка завтрака, который, как я знал, она никогда не сможет съесть.

— Я могу говорить за себя и не смогу съесть все это.

— Жаль, потому что ты не встанешь из-за этого стола, пока не доешь. — На всякий случай я широко улыбнулся, что только еще больше разозлило ее.

— Сегодня ты чувствуешь невероятную уверенность в своем превосходстве.

— Прошлой ночью мой член погрузился глубоко в твою задницу, пока ты кричала, требуя большего… почему бы и нет?

— Потому что это была ошибка, которая больше не повторится.

— Это будет происходить снова и так часто, как я этого захочу. Это так же может произойти сейчас, прямо за этим столом, если ты не будешь есть. Моей дочери понадобится, чтобы ее мать была в хорошей форме, когда она вернется домой. Она не заслуживает того, чтобы видеть тебя такой.

Казалось, это заставило ее замолчать, заставив нас погрузиться в неловкое молчание. Официант принес нашу еду, и мы молча ели. Я оторвался от еды как раз вовремя, чтобы заметить, как она вытирает слезу.

— Тебя это так сильно беспокоит?

Мой вопрос, казалось, сломал шлюзы.

— Мне нужно, чтобы она вернулась. Я чувствую себя беспомощной,

потому что не знаю, где искать, и даже не знаю, почему ее у меня забрали, но я знаю только то, что она с чужими людьми, которые не знают, как о ней позаботиться. Что, если у нее случится припадок?

— Она справится с этим.

— Откуда ты это знаешь? Ты ее даже не знаешь.

— Потому что я знаю ее мать. Она выросла в невероятно сильную женщину, способную бороться. — Я поднял ее подбородок и заставил ее посмотреть на себя. — И она будет продолжать бороться, потому что знает, что это все, что она может сделать.

— Почему ты так мил со мной? Разве ты меня не ненавидишь?

— Ради дочери, которую я никогда не встречал, я обязан сохранить ее мать в целости и сохранности, — пренебрежительно сказал я. Мне не понравилось, как она с надеждой смотрела на меня. Мы больше не жили в сказке, и пришло время ей вспомнить об этом.

— Тебе следует привести себя в порядок. От плача ты выглядишь дерьмово.

Мне удалось заставить ее ошеломленно замолчать, прежде чем хмурый взгляд изменил ее черты лица. Она сердито отодвинула стул и помчалась в заднюю часть ресторана.

Когда она скрылась из виду, я взял немного еды из ее тарелки и переставил ее так, чтобы она выглядела полной. Я не знал, откуда взялась моя потребность присматривать за ней, но мне нужно было быть осторожным.

В Шелдон было легко влюбиться.

И если бы я не действовал осторожно, она вполне могла бы снова завладеть мной. После завтрака ей удалось убедить меня отвести ее к себе в квартиру переодеться. Я только что сел, когда тишину нарушил звук разбивающегося стекла.

Я пробежал небольшое расстояние до ее спальни, где, как я предполагал, она исчезла.

Там она стояла в центре, держа в руках записку. Бумага, которую я сразу узнал, похожа на записку о выкупе, которую мы нашли трясущейся в ее кровоточащей руке. Осколки разбитого зеркала усеяли пол вокруг ее ног.

Не говоря ни слова, я выхватил записку из ее руки и помог ей сесть на кровать. Ее взгляд был устремлен прямо вперед, пока она сидела, застыв.

Мысленно я приготовился к тому, что вызвало такую бурную реакцию. Развернув бумагу, я молча прочитал следующую загадку исчезновения дочери.

«ГОТОВЫ ЛИ ВЫ УБИТЬ?»

* * *

Тридцать минут спустя Киран, Лэйк, Дэш и Кью сидели в ее маленькой гостиной. Я передал записку Кирану, который молча прочитал ее, прежде чем передать Дэшу.

— Это не имеет никакого смысла. Кто и зачем может хотеть, чтобы моя сестра убивала? Она не убийца.

— Нет. Но есть Киран. — Все повернулись к Кью, который теперь держал записку.

— Что?

Он поднял бумагу.

— Она адресована ему.

Я взял бумагу из его рук и, конечно же, на обороте жирными буквами было написано его имя.