Боясь нас

Рейд Б. Б.

Мои пальцы больше не проникали в нее. Вместо этого я схватил ее за бедра, чтобы глубже притянуть ее к своему члену.

— Это так больно. О, малыш, я кончаю, — взмолилась она.

— Бля, да. Давай на мой член. Я хочу чувствовать, как твоя задница засасывает меня.

Ее ноги дрожали, а дыхание вырывалось прерывистыми вздохами, когда она кончала с силой, заставляя меня следовать за ней и опустошаться внутри нее.

Сила наших оргазмов, казалось, высасывала из нас обоих силы, когда мы рухнули

на лестницу.

Мы заснули прямо на лестнице, и через некоторое время меня разбудил звонок телефона.

— Да? — я лениво пробормотал в трубку. Я даже не был уверен, что ответил, пока звонивший не произнес два слова, от которых у меня остановилось сердце.

— Лэйк пропала.

Я тут же вскочил и натянул джинсы. Шелдон начала приходить в себя, когда я крикнул в трубку:

— Какого черта ты имеешь в виду говоря, что она пропала?

— Я имею в виду, что она ускользнула среди ночи, — процедил Дэш.

— Ночью? Подожди… Который час?

— Сейчас седьмой час утра. Какого черта ты там делаешь?

— Ничего, — ответил я слишком быстро. — Я спал.

— Что происходит? — Шелдон сонно пробормотала.

— Это моя сестра? — закричал Дэш в трубку.

— Это Дэш? — я тихо кивнул ей, прежде чем приказать ей подняться наверх. Впервые она выслушала без возражений.

— Ты ей звонил?

— Несколько раз. Она не берет трубку, но я знаю, что она видит, что я звоню, потому что она продолжает отправлять меня на голосовую почту.

— Почему она ушла?

— Вероятно, потому, что Киран снова отклонил ее визит.

Я зажмурился и выругался:

— Он убьет нас, а затем и ее.

— Да, и раньше, чем ты думаешь. Нам удалось убедить частного детектива и больницу снять обвинения.

— Как?

— Деньги. Как еще?

— Так, когда же его освободят?

— Через три часа.

— Ебать! — закричал я. — Итак, у нас есть три часа, чтобы найти ее. Ты искал у ее тети?

— Я сейчас еду туда.

— Я уже в пути. — Я повесил трубку, не сказав больше ничего и на полной скорости побежал вверх по лестнице на первый уровень, свернул направо и побежал вверх по второй лестнице.

— Что происходит? — спросила Шелдон, натягивая вчерашние джинсы.

— Что ты делаешь? — я остановился и пристально посмотрел на нее. Шелдон была среднего роста, а я был высоким, и я использовал это в своих интересах каждый раз, когда пытался ее запугать.

— Я одеваюсь. Я же не могу пойти домой голой, не так ли?

— Ты никуда не пойдешь, так что отсутствие одежды не должно быть проблемой. Считай это своим домом, пока мы не найдем Кен.

— Не называй ее так. У тебя нет такой привилегии.

— Как мужчина, который оплодотворил твою яйцеклетку, я думаю, что есть.

— Но это все, что ты сделал. — Ее голос повышался с каждым словом,

когда она дергала одежду.

— Потому что сука, которая ее родила, не пыталась сообщить мне, что родила от меня ребенка.

— Не вини меня, потому что ты трус. Что мне было делать? Искать по всему миру? Переворачивать все камни, под которые ты мог залезть?

— Да, — просто ответил я. — Я бы сделал то же самое, если бы ты сбежала… если бы ты действительно сбежала.

Она уперла руки в бедра и холодно посмотрела на меня:

— Это угроза?

Я подошел к ней, пока моя грудь не оказалась на одном уровне с ее. Я нежно схватил ее за подбородок и поднял ее лицо, чтобы я мог посмотреть ей в глаза.

— Это угроза, обещание, обязательство и клятва. Отнесись к этому серьезно, детка, потому что, если ты когда-нибудь уйдешь, я найду тебя, но не могу обещать, что ты это переживешь.

— Я скучаю по-прежнему тебе, — неожиданно прошептала она. Боль в ее глазах была безошибочной.

— Это очень плохо, потому что он ушел. — Разбитое сердце невозможно вылечить.

— Навсегда?

— Да, детка. Навсегда.

Она высвободила подбородок из моих пальцев и сделала шаг назад.

— Тогда мне больше, нечего сказать. Я ухожу.

Я кивнул, и она, казалось, восприняла это как согласие, но, когда я поднял ее и швырнул на кровать, она закричала и начала сопротивляться.

— Молчи, а то я тебя трахну прямо здесь, и на этот раз я не буду ждать разрешения.

— Ты бы не изнасиловал меня. — Страх, выраженный в ее глазах, противоречил ее вызову.

— Ах, да? Испытай меня.

— Я буду драться с тобой.

— Мне это понравится.

Она замолчала и замерла, поэтому, не говоря больше ни слова, я сорвал с ее тела джинсы и встал. На выходе я подобрал остальную ее одежду и выбежал, на всякий случай захлопнув за собой дверь.

Сожаление подкралось ко мне, когда я прислонился к двери. Если бы я мог надрать себе задницу, то сделал бы это. Даже для моих собственных ушей я звучал как мерзавец, но что мне было делать?

Я не мог позволить ей уйти, но часть меня жалела, что не заходила так далеко.

Возможно, мне стоит отпустить ее.

Чем дольше я был рядом с ней, тем опаснее для нее я становился, но эгоистичная часть меня, которая была наиболее доминирующей, просто не могла отпустить.

* * *

Я подъехал к дому, где прошло детство Лэйк. Машина Дэша уже была припаркована на улице, поэтому я подошел к двери и позвонил. Я не ожидал, что Дэш откроет дверь, но как только я вошел внутрь, то понял почему.

— Просто скажи мне, где ты, дорогая. Мы беспокоимся за тебя… Да, я знаю, что твой парень — невнимательный засранец, но помни, почему ты его любишь… ты не это имеешь в виду.