Боярский сын
Шрифт:
Глава 15
— Давай-давай, Елисей! Покажи ей, как отдыхают бояре Ярославские! — выкрикнул Яромир.
— Елисей, всё запомни, мы потребуем подробностей. Маску можешь не снимать, но всё остальное огляди как следует! — вторил ему Борис.
— Господа, если хотите, то можете тоже воспользоваться приватом. Тогда сами можете оказаться на месте вашего друга, — подскочила официантка.
Она живенько убрала со столика пустую бутылку, поставила новую, которая ещё дымилась водяным туманом. Упругие груди качнулись над подносом. Ребята следили
— Адепты, держите себя достойно! — напомнил я. — И вытащите руки из карманов!
— А что, давайте! Встретимся тут через… Ну, минут через десять! — Мишка уже успел заметно опьянеть.
— А давайте! Если кто задержится на подольше, то мы пойдём его искать! — поднял бокал Всеволод. — И вытащим прямо за торчащие части тела!
— Господин, приват готов, — снова проговорила стриптизёрша и потянула меня за собой.
Я послушно двинулся в сторону кабинки. Внутри оказался круглый диван из красного дерева, подсвеченный снизу столик, красные атласные стены. Всё, что должно вызывать исключительно положительные эмоции.
Не скажу, чтобы мне это было противно, все-таки это своего рода искусство, пусть и низменного характера, ориентированного на возбуждение. А так какя мог считать себя ценителем красивого женского тела, то не стал противиться подобному приглашению.
Не, ну а что? Если на халяву, да ещё и как выигранный приз. Вдвойне приятно! Пусть Романовы злятся, но они противники брата, а я всё равно должен за него стоять.
За брата, за фамилию Ярославских, за славу Рода! И никак иначе!
Ага! Сейчас! Я уже понял, кто тянет меня в приват! И все громкие слова оставил в общем зале.
Я откинулся на спинку дивана, положил ногу на ногу и поднял глаза. Да в голове был лёгкий туман, но сейчас он не был для меня помехой. В любой миг мог сбросить это наваждение и вернуться в обычное состояние.
Кстати, надо бы это сделать. Вряд ли сейчас будет то, что нужно воспринимать на пьяный лад. Лучше оставаться в здравом уме и твёрдой памяти.
Девушка проскользнула следом и закрыла за собой дверь. Я успел увидеть покрасневшие рожи парней, которые пялились нам в спину. А пусть завидуют!
Музыка внутри кабинки стала чуть тише — бас забился где-то в полу, заставляя вибрировать подошвы. Девушка замерла напротив, вступив на круглый столик. Выдохнула:
— Трогать нельзя, только смотреть. А вот я могу вас касаться, господин…
Венецианская маска скрывала лицо, оставляя лишь разрез для глаз — огромных, неестественно блестящих в приглушённом свете. Линзы? Очки?
Длинные чёрные волосы падали на плечи, открывали при движении хрупкую шею. Как я уже говорил, помимо маски на ней была только лёгкая ночнушка. И эта самая ночнушка скрывала не так уж и много. Да. Было ещё нижнее бельё, но оно вряд ли было для моих глаз помехой. Она начала пританцовывать, не сводя с меня взгляда.
— Ну, начинай, — бросил я, стараясь придать голосу нарочитую ленцу. — Двигай бёдрами энергичнее!
Не, ну а чо? В прошлом мире не удалось нормально в стриптизе оторваться, только на экране и видел, так что бы в этом мире не попробовать? Конечно, я в прошлом
Девушка тем временем начала ласкать себя руками, проводя по шелковистой ткани, по груди, по бёдрам. При этом она сексуально двигалась в такт музыке и чуть постанывала, как будто сама заводилась от своих движений. Бёдра плавно ходили вправо и влево, оборки ткани скользили по гладкой коже.
За дверью раздался громкий хохот Мишки и крик Яромира: «Елисей! Ну как там? Живой?!».
— Всё нормально! — крикнул я в ответ.
— Ну давай, мы за тебя болеем!
— Дурачки, — констатировал я, обращаясь к танцовщице.
Она чуть наклонила маску, а потом потянула лямку на плече в сторону, позволяя ей немного сползти по руке. Правая грудь чуть оголилась. Вплоть до полупрозрачного лифчика. Потом танцовщица спросила:
— Я использую Покров Безмолвия, цтобы не отвлекали?
— Уверен, что это пойдёт только на пользу, — улыбнулся я.
Танцовщица махнула рукой, и музыка за стенкой стихла. Осталась только та, что играла из колонки на стене.
Девушка продолжила танцевать, и уже вторая грудь в бюстгальтере вырвалась на свободу. Сквозь полупрозрачную ткань угадывались красноватые соски. Сама ночнушка упала на столик. Потом отлетела в сторону, отброшенная изящной ножкой. На девушке остались только туфли на каблуке, трусики, лифчик и маска. Не так много одежды, да и она, если честно, почти ничего не скрывала.
Прогнулась в пояснице, показывая великолепный зад. Провела рукой по груди, спустилась ниже:
— Вам нравится, господин?
— Очень нравится, госпожа Сато, — ответил я с улыбкой.
Она вздрогнула. Маска повернулась ко мне.
— Неужели вы думаете, что своим маскарадом сможете обмануть меня? Ну, вы слишком самонадеянны, — покачал я головой. — Не стоит дёргаться. За дверью люди, которые меня уважают и которые вряд ли выпустят вас просто так, если со мной что-нибудь случится. Да и Покров Безмолвия вы не просто так наложили. Вы явно жаждете общения. Я тоже не прочь поговорить. Подраться мы всегда успеем, а вот выяснить настоящую причину вашего нападения на Хатурай будет не лишним. И да, продолжайте танцевать. Не стоит операторам видеокамер давать повод для подозрения.
Я показал на четыре полускрытые камеры в разных местах приватной кабинки.
— Вы правы, господин Ярославский, — оправилась Мизуки и продолжила двигать бёдрами, водить ладонями по телу. — Васа проницательность делает вам цесть.
— Ну да, проницательность, — усмехнулся я. — Как будто не видел, как вы прошли возле магазина готового белья, когда мы переодевались. И как потом наши машины преследовал тот же автомобиль, что отъехал от Академии… Ваши движения вас выдают с головой… Да и запах ваш, госпожа Мизуки. Вы хотя бы духи сменили, когда пошли на дело. Надеюсь, вы не думаете меня калечить? А то не хотелось бы снова ввязываться в бой. Однако, если нужно…