Борьба
Шрифт:
Сжимая в руке телефон, я прошла через дом, выключила свет и направилась в комнату Рен.
Она больше не издавала ни звука и крепко спала, поджав розовые губки, ее веки подрагивали.
А что касается судебных исков, то, думаю, я предпочла бы пойти в суд из-за оценки, чем из-за опеки над своей дочерью.
Жалюзи все еще были открыты. Дверь гаража Ронана была закрыта. В его доме было тихо. Темно. Одиноко.
Симпатия, которую я испытывала к нему ранее, испарилась.
Я выпрямилась
Эмбер получила тройку с плюсом. У меня не было особых достоинств, но я была честна. И я не позволю своевольному подростку или новому адвокату в городе заставить меня изменить свое решение, каким бы привлекательным он ни был.
Если Ронан Тэтчер хотел бороться за это, прекрасно.
Если Эмбер Скотт хотела бороться за лучшую оценку, отлично.
Для меня будет величайшим удовольствием победить их обоих.
Глава 8
Ронан
Эмбер уставилась на документ, лежащий перед ней на столе.
— Это все?
— Это все.
— О, я ожидала, что он будет длиннее.
— Нет.
— Вы уверены, что больше нечего добавить?
Эта девушка просто убивала меня.
— Да. Я уверен.
Официальная жалоба на Ларк была относительно простой. В ней была изложена суть проблемы, а также просьба Эмбер изменить ее оценку. Никакой денежной компенсации. Просто четверка вместо тройки с плюсом.
Было бы лучше подать иск о возмещении денежного ущерба, но поскольку у Эмбер не было стипендии, которую она потеряла из-за этой оценки, и поскольку она не могла доказать, что Ларк намеревалась лишить ее упомянутой воображаемой стипендии, больше требовать было нечего.
Итак, мы остановились на изменении оценки.
Судья спустит с меня шкуру за растрату судебных ресурсов. Это была гребаная шутка.
Тем не менее, я все равно составил жалобу, и, хотя она занимала всего три страницы, включая стандартную информацию, такую как имена и другие личные данные, у меня на это ушел целый день. Каждое набранное слово давалось мне с трудом.
Особенно после того разговора с Ларк в моем гараже на прошлой неделе.
— И что теперь? — спросила Эмбер, кладя документ на мой стол.
Я откинулся на спинку стула, разглядывая ее одежду. Она была такой же, как и во вторник. Вчерашняя одежда была такой же, как и в понедельник, а та, как оказалось, была такой же, как и в пятницу. Пока что я насчитал три наряда. Три, для девочки-подростка.
Возможно, они были ее любимыми.
А может, это все, что у нее было.
— Это будет подано в суд, — сказал я ей. — Там они уже решат, что с этим делать.
Я
Ей не терпелось поскорее приступить к делу, но я солгал, сказав, что у меня есть другие дела, которые нужно уладить до ее дела. В глубине души я надеялся, что, если подожду достаточно долго, она забудет об этом. Что этот судебный процесс был спонтанным, и кто-то — ее родители или друзья — отговорит ее от этого. Но она была так же непреклонна, как и в начале.
И вот мы сидели и смотрели на официальную жалобу, которую я должен был подать в суд утром. Или, если бы я мог придумать оправдание, я бы сделал это в понедельник и выиграл бы себе еще несколько дней.
— Сколько времени потребуется суду на рассмотрение этого дела? — спросила она.
Я пожал плечами.
— Это зависит от того, что еще произойдет. Неделя. Месяц. Шесть месяцев.
Черт, если мне повезет, это случится после того, как она выпустится и, возможно, поймет, что тройка с плюсом — это еще не конец света.
Глаза Эмбер расширились.
— Шесть месяцев? Но мне нужно изменить ее прямо сейчас.
— Все зависит от решения суда.
Она съежилась на стуле, прикусив нижнюю губу.
— Давай поиграем в предположения. Допустим, твоя оценка не изменилась. — Я целую неделю предупреждал ее, что наиболее вероятным результатом будет тройка с плюсом, но у нее была сверхъестественная способность либо игнорировать мои слова, либо просто отказываться их слышать. Возможно, она считала меня полным идиотом.
Возможно, я и был им, раз взялся за это дело.
— Моя оценка должна измениться.
— Но что, если этого не произойдет? — Почему это было так важно? Каждый раз, когда я спрашивал, она уходила от ответа. И, судя по тому, как она выпрямилась, вздернув подбородок и не глядя на меня, сегодняшний день ничем не отличался от предыдущих.
— Когда мисс Хейл сообщат об этом?
Я вздохнул.
— Это вообще из-за оценки? Или это просто месть?
— Я заслуживаю лучшей оценки.
Упрямая девчонка.
— Я не знаю, когда они сообщат мисс Хейл.
— Это будет в школе? — в голосе Эмбер звучала надежда, как будто она была готова к полному унижению.
— Я не знаю.
Это действовало мне на нервы и выводило из себя, насколько мстительной была эта девушка по отношению к Ларк, но я изо всех сил старался это скрыть. Если Эмбер поймет, что я одновременно на ее стороне и на стороне Ларк, она вылетит из этого кабинета, и я никогда больше ее не увижу.
Эмбер снова взяла жалобу, просматривая первую страницу.