Болото
Шрифт:
Они были фанатично преданы этой идее, не понимая, что такой противоестественный поступок не повлияет на других, что они сделают хуже только себе.
Это Общество рушило семьи, расстраивало готовые было сложиться союзы: мужчины не разделяли таких радикальных взглядов женщин. Многие потом одумывались, но было поздно: родить после операции они уже не могли.
С дюжину женщин погибли от операции или её последствий. Это вызвало истерию в СМИ, но уголовные дела не заводилось, ведь пациентки давали письменное согласие на вмешательство, их вроде бы никто и не принуждал.
Ещё возмутительнее оказался вскрывшийся
Девушка, которую звали Элла, упорно противилась матери. Ей хотелось семью, детей. Однажды, устав от нападок воинственной матери, Элла договорилась со знакомым врачом, и тот продал девушке липовые документы о выполнении операции трубосечения. Прошло время, девушка забеременела. Она хотела рожать, но до безумия боялась сказать матери о своём положении. Она надеялась, что, увидев округлившийся живот, мама проникнется, обрадуется скорому появлению внука или внучки.
Но мать не прониклась. Едва поняв, что произошло, она не замедлила обвинить дочь в предательстве интересов человечества и стала принуждать её сделать медицинский аборт. Но Элла не хотела убивать ребёнка, и была непреклонна. Она заявила матери, что сбежит с любимым человеком, и несостоявшаяся бабушка никогда больше не увидит ни её, ни малыша.
После такого заявления Эмили внезапно изменила своё мнение. Она сказала, что постарается простить Эллу, лишь бы та не сбегала, что будет даже любить малыша, только бы они не уходили. А через пару часов, когда бдительность обрадованной Эллы притупилась, Эмили усыпила её хлороформом и сама, с помощью тонкого кухонного ножа, удалила ребёнка, у которого уже были ручки и ножки, из чрева дочери.
Элла едва не погибла от кровопотери. Её любимый, отец ребёнка, был обеспокоен тем, что Элла не отвечала на его звонки. Он пришёл в дом миссис Стоун. Она отворила ему дверь и вежливо объяснила, что Эллы нет, она временно уехала из Вэллпорта. Доброжелательность Эмили насторожила парня - прежде женщина воспринимала его в штыки. Он прокрался на задний двор дома и заглянул в окно. То, что он увидел, было выше его разума. С тех пор парень стал невыносимо заикаться.
Однако в тот момент ему хватило сил, чтобы вызвать полицию. Эллу спасли, её долго держали в реанимации, переливали кровь. Эмили Стоун судили. Её приговорили к высшей мере наказания, и на момент появления болота в Вэллпорте она ждала своей очереди на смертную казнь в федеральной тюрьме.
Это был переломный момент в настроениях "Нерожаек". Многие женщины тогда вышли из общества в знак протеста перед поступком его создательницы. Но общество выстояло, и спустя время удвоило количество участниц.
Элла попала в психиатрическую клинику.
А Лиза, вспомнив всё это, подумала о том, что рожать для женщины - не наказание, не бремя, а великий дар. Возможность быть материю - награда, прелесть которой никогда не понять мужчинам, а также тем, кто самолично отказался от неё.
– Давай поторопимся, - обратилась она к Эндрю.
– Майкл, наверно, уже волнуется.
И они поспешили домой. Дорогой Лиза продолжала размышлять о других странных обитателях города. Все люди, о которых вспоминала она, удивительным образом попали в Вэллпорт. Город никого не отверг. Кто-то
В этом городе нашлось место убийцам и предателям, насильникам и обрекшим себя на смерть от медленно разрушающих тело и душу ядов - наркотиков, алкоголя. По соседству с ними жили праведники, чья верность убеждений подтверждалась только их собственными доводами, и те, кто действительно обладал внутренним светом. Разве мог город кого-то не принять, не пустить на свои улицы?! Для него все были равны.
Этот самый обычный, похожий на тысячи других таких же, город, был полон всегда. И существование его казалось таким же незыблемым, как прежде - почва под ногами. И теперь события в Вэллпорте лишь подтверждали истину о том, что ничего вечного в нашем мире нет.
8. Свет
Электричество пропало на следующие сутки около пяти утра.
Лиза по привычке встала в половине седьмого. Она быстро привела себя в порядок, оделась, вышла из дома и пробралась через заполненную жижей улицу к дому Греты. Её дом тоже был обесточен. Похоже, что света не было повсеместно, и она с содроганием осознала, что точка невозврата пройдена.
Холодильник на кухне начал размораживаться, и Лиза принялась разгружать морозильную камеру. Она не представляла, куда девать скоропортящиеся продукты. Вначале хотела разместить их на заднем дворе - на улице было прохладно, и еда пришла бы в негодность медленнее. Но - трясина! Лиза испугалась, что она уничтожит все её запасы быстрее, чем они сумеют испортиться.
Она сбилась с рук, перекладывая упаковки из одной комнаты в другую, и не представляла, как быть. Наконец, она оставила бессмысленные попытки что-то придумать, и пошла к Грете. Та предложила неожиданное решение: привязать пакеты с едой к флюгеру на крыше.
К тому моменту дом Лизы покрылся мхом до середины второго этажа. На внутренних стенах первого этажа начала появляться слизь, но не везде. Болотная вода появилась на полу лишь вчера, и Лиза приняла решение ходить по дому в верхней обуви. Крыша же пока оставалась нетронутой.
Обрадованная Лиза вернулась домой. Майкл только что проснулся. Она накормила его бутербродами. Обычно они с сыном завтракали кашей на молоке, но сейчас варить было не на чем. Пришлось довольствоваться сухомяткой.
Затем она взялась за упаковку продуктов в пакеты и сумки. Майкл с удовольствием помогал маме, но делал это неловко. Он разбил три яйца и последнюю бутыль с молоком, из-за чего очень расстроился и даже заплакал. Лиза утешала сына. Успокоившись, Майкл задал ей неожиданный вопрос:
– Знаешь, мам, мне на миг показалось, что это - последняя бутылка молока в моей жизни. Но это ведь не так, правда?
– Конечно же, мой хороший!
– поспешила заверить его Лиза.
Про себя же она подумала, что надо было взять молоко в тетрапаке, тогда бы и стекла не было, и Майкл бы не расстроился. Но мама всегда говорила ей, что в стеклянной таре оно более качественное. Мамы давно не было, а Лиза всё так же, по её привычке, покупала молоко в бутылках.