Боги Гринвича
Шрифт:
– Гринвич – не место для старух, – заметила женщина с отбеленными зубами.
– Сай просил вас понянчиться со мной? – бойко и развязно спросила Бьянка; в ней явно плескался по крайней мере один коктейль.
Она поправила одежду и пригладила волосы. Потом залезла на табурет рядом с Кьюсаком.
– Он подойдет к семи.
Привычка заставила Джимми чуть ослабить уголок рта. Он пропустил мимо ушей шпильку насчет «понянчиться».
– Не надо защищать Сая, – пожурила его Бьянка, но не едко,
– Могу я предложить вам выпить? – спросил Кьюсак; эта фраза вполне годилась для мирного посольства.
Протянув руку, женщина ухватила Кьюсака за щеку и заявила:
– У вас симпатичные ямочки.
– Э-э, спасибо.
– Том, будь любезен, – обратилась Бьянка к бармену. – Сделай нам две водки с мартини; «Серый гусь», и побольше лимона. И взбей как следует.
– Один момент, миссис Лизер.
Том, лет двадцати с небольшим, мальчишеское обаяние жиголо, подмигнул ей, как старый приятель.
– Мне ничего, – сказал Джимми.
– А почему вы решили, что я заказала один для вас? – спросила Бьянка, приподняв правую бровь.
– По зрелом размышлении, – ответил Кьюсак, включая обаяние и отодвигая каберне, – я рад, что вы его заказали.
– Так и думала, что вы согласитесь.
В эту минуту Бьянка была великолепна: сияющие глаза, которые соблазнительно подчеркивали «гусиные лапки», теплый тон кофейной кожи и манящий румянец, вызванный алкоголем.
В 18.35 Кьюсак заставил себя расслабиться. Вечер шел по расписанию. Примерно через полчаса подъедет Лизер, и Джимми будет дома еще до 20.30. «Гарантирую».
Бьянка потягивала коктейль и рассказывала Кьюсаку историю своей жизни. Она оказалась интересной собеседницей. Уроженка Бразилии. Бывшая писательница, которая отложила свою работу, чтобы поддержать Сая и позаботиться о девочках. Она одновременно любила и ненавидела Дороти Паркер и сейчас продолжала образование в Нью-Йоркском университете. Бьянка не стала объяснять, почему не закончила университет раньше. Как матери, ей сейчас очень не хватало дочерей. Близняшки пробудут еще неделю в лагере в штате Мэн.
Ради Сая Бьянка играла в светские игры.
– Я занимаюсь организацией его большой вечеринки в МСИ.
– Мы с Эми туда придем.
Но она терпеть не могла гламур. «Гринвичская жизнь не для меня».
Бьянка не носила украшений. Когда мимо прошла живая реклама пилатеса и Тори Берч, на гибкие движения которой оборачивалась вся публика, Бьянка заявила: «Я могла бы поправиться на десять килограмм, только чтобы взбесить Сая и растормошить всю эту толпу».
Она оказалась внимательным и заинтересованным слушателем.
– Ваша пятая годовщина? Так почему вы еще не дома с Эми?
– Это долгая история.
Немного позже она спросила:
– А Яз – ваш первый?
Кьюсак
В 18.50 Бьянка угнала мартини Кьюсака. Он предпочел не пить, чтобы спокойно вести машину. Вечер шел на ура. По крайней мере, Джимми так думал. К 19.1 °Cай все еще не появился. И не позвонил.
Кьюсак решил в любом случае уйти в 19.30. Но он передумал в 19.15, когда откровения Бьянки заставили его забыть об Эми и их пятой годовщине.
– Вам нравится в «ЛиУэлл Кэпитал»? – Бьянка уже не мурлыкала, а проглатывала слова. – Том, принеси мне еще коктейль, и побольше вермута.
«Это обезьянник».
– Сай – прекрасный наставник, – ответил Кьюсак, все еще играя роль посланца мира.
– Мой муж бывает натуральным медведем. Не рыночным «медведем», – уточнила Бьянка, имея в виду брокеров, играющих на падении рынка. – И тогда он становится занозой в заднице.
– Вы следите за рынками? – спросил Кьюсак, отказываясь ухватить приманку и покатить бочку на Лизера; не лучшая стратегия в разговоре с женой босса, пьяна она или трезва.
– Я читаю всё.
На мгновение Бьянка протрезвела. В прояснившихся глазах ее сверкала убежденность. Заявление прозвучало с таким пылом, что Кьюсак заинтересовался его причинами.
– У Сая прикосновение Мидаса, – продолжил он, входя в рабочий режим, – испытанная в офисе практика.
– Вы шутите, – презрительно усмехнулась Бьянка. – У него прикосновение койота.
– Простите?
– Джимми, вы когда-нибудь видели мультики про Роудраннера?
– Конечно.
– У Уайла И. Койота результаты были получше.
– То есть? – переспросил Кьюсак.
– Биип, биип, – фыркнула Бьянка, изображая мультяшную птицу.
– Вы сталкивались с результатами работы Сая?
– Уайл И. Койот, – хихикнула она.
– Не смешно.
Кьюсак почувствовал, что барометр предвещает бурю.
Часы показывали 19.15.
– Сай когда-нибудь рассказывал, как он ставил против нефти? – продолжала Бьянка.
– Нет.
– Профукал все.
– Вы шутите?
– А он рассказывал про «Ночь оживших голов»?
– Да. Фильм оказался редкой удачей, – ответил Кьюсак.
– Удачей? – скривилась она. – Эти зомби отгрызли у него бумажник.
– Что?
Кьюсак не пытался скрыть резкость в голосе. Сай говорил совсем иное. Он хвастался, как деньги от фильма спасли в 2003 году показатели «ЛиУэлл».
– Сай профукал все, – ответила Бьянка. – Съемочная группа до сих пор под следствием.